меня, но слюна ударилась о купол, которым я его накрыл.
— Террорист? И что же я такого сделал, чтобы получить такое обидное прозвище? — удивился я. — Может, пробрался в спальню к беременной девушке и попытался шантажировать ее мужа? А?
— Ты это заслужил.
— Разговор ушел далеко… — покачал я головой. — Имя вашего начальника.
Тот молчал.
— Что ж, хорошо, — я кивнул и Тари запустила ему под кожу своих жучков. — Чувствуешь? Они будут медленно тебя пожирать, постепенно пробираясь к мозгу.
Несколько секунд он молчал, но потом закричал от боли.
— Отпусти! Скотина! — орал он, но все его тело было зафиксировано, так что он не мог даже шевелить руками.
Я перешел ко второму, этот уже не выглядел таким уверенным, но все же держался.
— Имя командира.
— Нет! — задрал он голову.
— Хорошо, — я щелкнул пальцами, и Угольки накинулись на него, разрывая на части.
Первый, в котором ползали жуки, наполовину разложился и теперь через его глазницу пробегали дорожки насекомых.
— Следующий, — я подошел к третьему. — Думаю, ты слышал вопрос.
Но вместо ответа он закрыл глаза и начал читать молитву.
— Не верно, — я щелкнул пальцами, и купол начал медленно сжиматься, ломая конечности так, чтобы человек оставался в сознании как можно дольше.
Остался последний.
— Итак… — я сел перед ним на корточки. — Перед тобой четыре выбора смерти. И как ты понял, все они будут очень мучительными. Так что выбирай.
— Я… Я скажу… — произнес он. — Это генерал Вейган. Мы под его командованием. Он велел нам сделать так, чтобы ты не создавал проблем.
— Каких? — улыбнулся я. — Вы же сами вырыли себе могилу.
— Это только часть плана… Больше я не знаю, — произнес он и не соврал. Видимо, страх смерти куда страшнее, чем сама смерть.
— Вот и умничка, — кивнул я, щелкнув пальцами, и перед ним оказались его товарищи целые и невредимые.
Его выпученные от удивления глаза меня очень повеселили.
— Предатель! Ты что сделал! — крикнул его товарищ. — Ты выдал нас!
— Иллюзия, — пожал я плечами. — Смотреть, как гибнут твои товарищи, всегда тяжело. Тут может сломаться кто угодно, лишь бы с ним не произошло ничего такого. Что ж… Теперь я знаю, кто умрет следующим.
У меня есть куча питомцев, которые с удовольствием дадут понять, что не стоит доводить до боевых действий. Пусть знают рамки дозволенности, хотя, как говорится, на войне все средства хороши. Но со мной это не прокатит.
Я пошел к машине.
— Они ваши. Делайте с ними, что хотите, — кивнул я напоследок своим питомцам.
Когда мы с Лорой сели в машину, для лазутчиков все было кончено.
— Ну хоть получили быструю смерть.
Обратно я летел немного не в настроении. Значит, первые нанесли удар французы. Вот только какой был толк фотографировать Машу и Свету?
Но и на этот вопрос мне быстро пришел ответ. Точнее звонок.
У меня было несколько телефонов, как секретных, для связи с семьей, и чатик, так линии для международных звонков. Не то, чтобы он был в общем доступе, но главы государств уже про него знали. Именно на такой и поступил звонок.
— Не ну ты посмотри, они даже не шифруются, — фыркнула Лора. — Звонят прямиком из Парижа.
Пришлось ответить.
— Слушаю, — скучающим голосом произнес я.
— Слушаешь…
Голос мне не особо понравился, какой-то жеманный и наглый.
— Как тебе фотографии своих жен?
— Какие фотографии? — я решил прикинуться дурачком. — У меня их полно… Кто вообще говорит?
— Тебя это не должно волновать, — усмехнулся собеседник. — Сейчас твоя забота только в одном. Если не хочешь, чтобы твои драгоценные жены пострадали, то веди себя тихо и не делай никаких попыток вступить в войну с нами…
— С вами, это с кем? — улыбнулся я.
— С нами! С Северной Европой! Если не хочешь потерять свою семью, то не дергайся. Нам хватит семидесяти процентов от ресурсов, плюс половина экспорта.
— Хм… — Лора уже отследила звонок. Он был произведен с какого-то особняка на Елисейских Полях. — А может, вы хотите купить у нас несколько эксклюзивных военных изобретений? Есть то, что вас заинтересует. Но конечно, без скидки. Все же, мы в военном положении…
— А ты дерзок! Посмотрим, что ты скажешь, когда найдешь неприятный сюрприз у себя в спальне…
— Вот как, — вздохнул я. — Видимо, ты только и можешь, как делать анонимные звонки и нести всякий бред. Хотя чего от вас, европейцев, ожидать. Трусы и лицемеры, готовые целовать в жопу любого, кто помашет перед вами молетами. Верно?
— Думаешь, я трус? Ты говоришь с генералом Максимилианом Вейганом! Лучшим полководцем! На мне была оборона южных Диких Зон, которые я с успехом оттеснил! Бояться такого лягушонка, как ты, просто стыдно!
— Что ж, я тоже оставлю для вас послание, думаю, оно вам запомнится, — после чего положил трубку.
Пролетая над центральной площадью, все же успел застать фейерверк. Народ отдыхал и радовался новому царю. Теперь уже официальному. Приглядевшись к VIP-зоне увидел, как Эль отплясывал вместе с Палмер и Надей. Вот уж у кого был сегодня заслуженный выходной.
Эля я специально не стал дергать лишний раз. Да и зачем? Уж с десятком французских супер-солдат я справлюсь.
— Не сказала бы, что они были супер… — фыркнула Лора.
Приземлившись у дома, первым делом я нашел Валеру. Они с Настей сидели на кухне и смотрели по телевизору церемонию моей коронации.
— Вижу, на публике ты выглядишь еще нелепее, — хмыкнул Валера.
— Уж явно лучше, чем мужик в гавайской рубашке и шортах. Зимой, — парировал я. — Как там девочки?
— Спят.
— У меня для тебя есть интересное задание, давай отойдем, — кивнул я.
Мы переместились в кабинет, где я в подробностях рассказал Валере, что ему надо делать. Попасть вглубь вражеской территории и сделать так, чтобы местные служки поняли, что не стоит заходить настолько далеко в своих угрозах.
Тут Валера страшно захотел поучаствовать. Машу и Свету он любил и не мог допустить, чтобы какой-то лягушатник им угрожал.
Валера улыбнулся, поняв, что в этот раз его ничто не ограничивает и не мешает. Никаких напарников и прочей обузы. Только старая
