– Сразу видно, дама с деловой хваткой!
Я молчу. Ввязываться в пространные беседы с незнакомцами, а уж тем более вестись на их смутные комплименты – себе дороже. И Олег, видимо, понимает, что собеседник из меня никакой. Кивает. Ныряет в нагрудный карман пиджака и протягивает мне визитку. Пафосная черная карточка с золотыми буквами – вот все, что я успела заметить.
– Что это?
– Я генеральный директор строительной фирмы “Олир-групп”. Может быть, слышали о такой, Антонина?
– Не припомню.
Визитка так и повисла между нами, зажатая в длинных пальцах Шляпкина, или Шляпника, или как его там?
– Жаль, а я-то думал, что в мире большого бизнеса имею вес, – улыбается. Не дождавшись от меня никакой реакции, кивает, будто собственным мыслям, и продолжает:
– Моя фирма занимается застройкой по всей стране и не только. В основном туристических объектов: отели, гостиницы, торговые центры и прочее. Как говорится, все для народа.
– А еще ближе к делу, Олег? – начала я терять всякий такт.
– А вы нетерпеливы. Собственно, в этом году мы зашли на Южное побережье и готовимся к запуску элитного гостиничного комплекса. Первый подобный масштабный проект на побережье Черного моря.
– Кхм, поздравляю, видимо. Но вы же остановили меня не чтобы похвастаться достижениями своей фирмы, верно?
– Верно, – снова улыбочка. Хотя, что там, она с его лица и не сползала. – Мне сорока на хвосте принесла, что владелица самого известного столичного пиар-агентства в данный момент отдыхает в Сочи, и я решил, зачем упускать такой шанс.
А, так вот оно что! В голове щелкает, картинки пазла двигаются. Потихоньку начинаю понимать, откуда "ветер дует". Ну… братец! Фырканья сдержать не получается, так же как и вопрос:
– Сороку случайно не Игнат Кулагин зовут?
– Верно.
– Тогда говорю вам то же самое, что и ему. Нет.
– Что "нет"?
– Все "нет". Простите, – делаю рывок с места, пытаясь проскользнуть между людьми этого Кепкина. Дорогу заступают.
– Какого черта?!
– Тони…
– Ну, что вы сразу убегать? Я всего лишь прошу устроить нашему комплексу удачную рекламную компанию. Это же ваша стезя! А с меня хорошие деньги и огромная благодарность, Антонина. За мной не заржавеет.
– Что в слове "нет" вам непонятно? Игнат – самоуверенный кретин, если думает, что если он подошлет вас, мой ответ изменится. Я здесь в отпуске. Я не работаю с непроверенными компаниями. И я не люблю, когда на меня давят.
– Да что вы, боже упаси! Я еще и не давил, Антонина!
– Это что, угроза?
– Скажем… предупреждение. Первое. Я не люблю, когда мне говорят "нет".
– Какая досада, а я не люблю, когда моё "нет" не понимают с первого раза. Слушайте, я сказала братцу и вам повторю: в стране пруд пруди компаний. Есть специализирующиеся конкретно на туристическом бизнесе. Моя фирма вам ни к чему!
– Компаний много, но лучшая-то одна.
– Вы слышите, что я вам говорю?
Очевидно по взгляду, все же не слышит.
– Тони, – дергает за руку Ру, – пойдем.
– Всего вам хорошего, Олег Петрович.
Разворачиваюсь, решая обойти вместе с Русланой компашку другим путем, но на этот раз девчонка между столиков проскочить успевает, а меня больно дергают за руку обратно. Так, что на мгновение в глазах темнеет, плечо саднит, а пальцы этого Шляпкина больно обхватывают запястья. Давят и не дают вырваться.
– Руку!
– Ну-ну, тише.
– Я буду кричать.
– Антонина, вы поймите, согласиться в ваших же интересах. Я ведь не хочу с вами ругаться.
– Отпустите. Мою. Руку! – рычу, стиснув зубы, дергаю, бесполезно, впился так, что на запястье уже синяки проявляются.
– Давайте вы успокоитесь, все обдумайте и наберете мне, идет? – второй рукой запихивает мне в боковой кармашек сумки визитку Олег. – Мы обсудим условия и ваш гонорар. Заметьте, пока что я просто вас… прошу. Ласково.
– Боюсь, вам придется долго ждать звонка.
– Антонина… ну, что вы, в самом деле? Вы ведь понимаете, – уже почти шепчет мне в ухо Шляпкин, наклонившись близко, окутав ароматом своего дорогого неприятного парфюма, – что моим ребятам не составит труда выбить из вашего братца ваш адресок, м? Мои люди очень не любят упрямых и несговорчивых…
– И вы наивно верите, будто я, проработав столько лет и пересмотрев с десяток подобных вам личностей, до сих пор не пуганая? Я вас разочарую, но пошли вы со своими угрозами на х…
– Побереги-и-ись!
Ру. Руслана!
Сердце в пятки уходит. Оборачиваюсь, глаза из орбит вылезают, когда вижу мелочь. Она со всей дури в официанта несется, который как раз в это мгновение мимо нашей четверки проходит с огромным заставленным блюдами подносом.
– Ру! Ты что тв… – кричу, но у этой девчонки явно свой план. И этот план поднял на уши все кафе!
С коварной ухмылкой девчонка с разбегу врезается в одного официанта, толкая в спину. Ставит подножку второму, не вовремя попавшему в замес с напитками. Вокруг крики, оры, маты. Еда и коктейли летят во все стороны разноцветной котовасией. Оседает на костюмчиках растерянных, отскочивших и отряхивающихся громил. Парни-официанты в недоумении барахтаются на полу, пытаясь подняться и не убиться, а выскочивший на помощь коллегам бармен поскальзывается на разлившемся супе и, хватаясь за воротник Шляпина, падает, утягивая за собой Олега, который ослабляет свою мертвую хватку…
Я в ужасе, в шоке, в растерянности. Онемела, офигела и еще тысяча всевозможных "о"! Не знаю, то ли громко смеяться, то ли охать от ужаса. Сердце ощутимо колотится. Чувствую, как мелкая за руку меня цепляет и кричит:
– Сматываемся-я-я!
– Ч…что?
– Быстрее, Тони!!!
– Ру!
Мелкая бандитка хохочет. С моих губ срывается нервный смешок. Я наконец-то сообразив, для чего все это устроила девчонка, подхватываю подол юбки и, перескочив через официанта, срываюсь за ней следом. Боже, что творим?! Бежим что есть сил, отмеряя метр за метром. Выскакивая из кафе на парковку, запрыгиваем в первое свободное такси, тут же скомандовав:
– Едем!
– Быстрее!
И только когда машина трогается с места, я выдыхаю. Откидываю голову на подголовник и пытаюсь отдышаться. Пульс по вискам лупит, губы от улыбки болят, Руся, как заведенная, хохочет, провожая взглядом кафе. Что это, черт побери, было?!
– Ну, ты даешь, футболистка!
– Ну, а чего они в тебя вцепились? Огромные, стремные и противные!
– Спасибо, Ру! – обнимаю рыжеволосую задиру, буквально утонув в приступе накрывшей с головой нежности к малышке.
– Мы крутые.
– О да. Дай пять! – выставляю ладошку, по которой Руся звонко отбивает "пятюню". – Придется нам теперь выбрать новое кафе, в этом нам вряд ли обрадуются.
– Точняк.
– Только, Ру?
– М?
– Чипу ни-ни!
– Естессно! Если узнает, ругать будет. И меня, и тебя.
– Угу.
А с этим Шляпкиным-Кепкиным я и сама разберусь…
Глава 17
Глава 17
Виктор
– Почему моя дочь не берет трубку, Виктор? – звучит с ходу. Ни здрасте тебе, ни до свидания. В этом вся Ольга.
– Понятия не имею, Оль. Может не хочет разговаривать с матерью, которая вспоминает о ее существовании от силы раз в полгода?
– Ты прекрасно знаешь, что я не виновата, просто ситуация сложилась подобным образом, – сбавила обороты сестричка. – Для нее же стараюсь.
– Аха. На старости своих лет это Ру объяснишь. Что все ее детство ты для нее “старалась” жизнь свою устроить.
– Своих детей заведешь, потому будешь умничать, братец. Не дорос еще!
Ухмыляюсь, присаживаясь на ступеньки у дома. Пять лет разницы, но Ольга, видать, до сих пор считает, что мне где-то между пятнадцатью и восемнадцатью. И вообще у Оли на все один аргумент железобетонный: своих заведешь, поговорим. Особенно бесит это – заведешь! Как собачку! Хотя в ее случае почти так и вышло. Залетела от бывшего женатого любовника, который ей с пузом пинка под зад дал. Скинула мелкую на предков и полетела дальше свою жизнь сытную устраивать. Да, точняк, как говорит Руся, в ее ситуации слово “заведешь” самое оно.
