Читаем без скачивания Шакалы из Лэнгли - Федор Раззаков

– Федор Иванович, Жолташ мертва, – огорошил своим сообщением генерала его внезапный гость.

На лице хозяина кабинета не дрогнул ни единый мускул. Жестом предложив гостю сесть на стул, он прошел к своему креслу и, опустившись в него, произнес:

– Отдышитесь, Глеб Сергеич, и расскажите все по порядку.

После короткой паузы, Жмых начал свой рассказ с самого начала:

– Сегодня ночью состоялся очередной радиосеанс из франкфуртского центра. Из трех возможных участников сеанса из числа наших подозреваемых только один человек в тот момент находился дома – Юлия Андреевна Жолташ. Росляков вчера после работы отправился к матери в Воронежскую область и до сих пор в Москву не вернулся, а Зорькин вместе с женой был на дне рождения у своего сослуживца и дома объявился в половине второго ночи. Таким образом, только Жолташ имела возможность участвовать в этом сеансе. Правда, как уверяет нас «наружка», свет в ее квартире погас за полчаса до его начала – без пятнадцати двенадцать ночи, однако судя по шуму в квартире, зафиксированному нашими специалистами, Жолташ на момент начала радиосеанса находилась в ванной комнате. Вышла она оттуда уже после его завершения – в пятнадцать минут первого и сразу легла спать.

Сегодня Жолташ проснулась в восемь пятнадцать утра, на скорую руку позавтракала и отправилась на своем автомобиле в Восточное Бирюлево. Там она приехала на Липецкую улицу, где когда-то жила в трехкомнатной квартире одна, отделившись от родителей. Но после смерти матери она оставила эту квартиру, переехав жить к отцу. У нас пока нет сведений о том, как часто она посещала квартиру на Липецкой улице – эта информация проверяется только теперь, после случившегося. Там Жолташ пробыла два часа пять минут. Подробности ее пребывания в этой квартире нам станут известны чуть позже, а непосредственно в тот момент все было покрыто туманом, так как функциональные возможности «прослушки» оказались ограниченными. Дело в том, что наши люди смогли припарковаться только со стороны Липецкой улицы, а в комнатах, окна которых выходят на эту сторону улицы, Жолташ практически не была, пребывая на другой стороне – в дальней, балконной комнате, окна которой тоже выходят на другую сторону. Подъехать к дому с этой стороны «наружка» не смогла, поскольку там совершенно нет места для парковки: идет строительство детского сада, все перерыто и перегорожено, места для парковки автомобиля с аппаратурой нет.

– А что с мобильной связью, подключить через нее прослушку было нельзя? – спросил Кондратьев.

– Увы, Федор Иванович, так как свой мобильник Жолташ оставила в автомобиле то ли случайно, то ли нарочно.

– То есть установить точно, была ли она в доме одна или с кем-то, не удалось?

– На тот момент нет.

– А оставить человека возле ее квартиры, чтобы проверить это потом, наружка не удосужилась?

– Она предположила, что женщина была в доме одна. Поэтому все внимание было сосредоточено только на ней.

– Хорошо, продолжайте.

– Судя по направлению движения Жолташ, она двигалась к госпиталю, где лежит ее отец. Однако спустя пятнадцать минут после начала движения возле поворота с Пролетарского проспекта на Каширское шоссе автомобиль Жолташ потерял управление и выскочил на встречную полосу, где столкнулся с автомобилем «Ниссан». Правда, скорость у обоих транспортных средств была не слишком большая, поэтому назвать эту аварию серьезной нельзя: так, фары побило, вмятины на капоте. Однако в результате этой аварии Жолташ… скончалась. Вернее, как установили врачи, ее смерть наступила примерно за минуту до столкновения от сердечного приступа. Об этом, кстати, говорит и ее поведение на дороге: примерно за минуту до аварии ее автомобиль начал как-то странно себя вести, сильно петлять, после чего и выскочил на встречку. Мы сделали запрос в поликлинику, где состояла на учете Жолташ, и выяснили, что никаких проблем с сердцем у нее никогда не было. Сейчас ее тело находится в морге 7-й городской больницы, там же на Каширском шоссе. Да, чуть не забыл: согласно результатам вскрытия, погибшая находилась на втором месяце беременности. Кроме этого, врачи установили, что примерно за два часа до своей смерти у погибшей был сексуальный контакт: в организме был обнаружен биологический материал, а иначе сперма.

Закончив свою речь, Жмых уставился на генерала, ожидая его реакции. А Кондратьев глядел прямо перед собой и хранил молчание, тщательно осмысливая только что услышанное. Наконец он спросил:

– Видеозапись этого происшествия, сделанная «наружкой», при вас?

Как будто спохватившись, Жмых сунул руку в карман пиджака и передал Кондратьеву флэшку. Однако вместо того, чтобы вставить ее в свой ноутбук, генерал положил флэшку на стол и произнес:

– Вы будете удивлены, Глеб Сергеич, но после вашего рассказа я переживаю состояние некоего дежавю. Думаю, что и вам грозит то же самое. Не верите? Тогда почитайте вот это, – и Кондратьев протянул коллеге шифротелеграмму, присланную из Каира Максимовым.

Жмых внимательно прочитал текст депеши, после чего поднял полные удивления глаза на Кондратьева.

– Видите, я не ошибся на счет вашей реакции, – принимая обратно телеграмму, заметил генерал. – Тысячи километров разделяют Москву от Каира, а всего лишь за сутки там и здесь происходят две совершенно одинаковые смерти, причем местом обеих является транспортное средство – автомобиль. Как вы думаете, это случайность или чей-то злой умысел?

– Честно говоря, я теряюсь в догадках, – развел руками Жмых. – В моей практике подобное встречается впервые.

– Думаете, у меня было нечто подобное? Ошибаетесь. Но даже при отсутствии опыта в подобного рода делах интуиция подсказывает мне, что между этими происшествиями существует весьма определенная связь. И адресат у нее, судя по всему, один – Центральное разведывательное управление. Думаю, Жолташ была отравлена тем же ядом, что и каирский полицейский, причем по тем же мотивам: чтобы скрыть следы. Значит, мое чутье меня не подвело: у Жолташ и в самом деле был некий друг, который использовал ее в своих корыстных целях. А потом безжалостно от нее избавился. И никто бы на эту смерть не обратил внимания, не проходи Жолташ по нашим спискам.

– А вдруг это банальная бытовуха? Узнал мужик, что любовница от него забеременела, вот и решил от нее избавиться. Сколько таких случаев в жизни бывает.

– Не спорю, бывает. Однако откуда у этого, как вы выразились, мужика яд «невидимка»? А то, что это был именно он, лично у меня нет ни малейших сомнений. Нет, я вижу здесь прямую перекличку с каирской историей. Это – наш клиент.

– В таком случае он, видимо, почувствовал опасность, если решился на такой шаг.

– Вполне вероятно. Вопрос только один: какую опасность? Кто его спугнул? Не мы ли своей слежкой за Жолташ? Или здесь вмешался какой-то иной фактор?

– Но если он решился на устранение, то должен был понимать, что Жолташ как источник информации для него окажется навсегда потеряна. Однако же это его не остановило. Почему? Чего-то сильно испугался или у него мог появиться другой источник информации, поэтому Жолташ можно было пожертвовать?

– Гадать можно до бесконечности, но ответы на все свои вопросы мы сможем получить, только познакомившись с этим незнакомцем лично. Вы послали людей на квартиру Жолташ на Липецкой?

– Да, вскоре после аварии. Сначала там побывали наши люди, а потом к делу подключились ребята из «шпионского» отдела Следственного управления. Однако квартира оказалась пуста, никаких видимых следов присутствия мужчины там обнаружено не было. Во всяком случае, пока.

– А вы думали, будет иначе? Преступник, который наверняка не спонтанно решился на убийство, а тщательно его подготовил, оставит нам какие-то зацепки? Нет, уважаемый Глеб Сергеич, этот экземпляр еще заставит нас побегать в поисках себя. Впрочем, один прокол этот душегуб совершил – оставил в покойной свой биологический материал.

– Может быть, это вышло случайно: бывают, знаете, такие контрацептивы, которые рвутся.

– Если это так, то воздадим хвалу контрабандному ширпотребу, который мутным потоком завалил нашу страну, – не скрывая иронии, заметил Кондратьев, после чего его голос вновь брел прежнюю серьезность:

– Соседей Жолташ опросили? Может, кто-то из них мог видеть мужчину, который приходил к Жолташ? Ведь у нее двухмесячная беременность, значит, длится эта связь с лета. Стоп, если отмотать эти месяцы, то получается, что забеременела покойная, скорее всего, в июле, видимо, вскоре после того, как был завербован «крот», которого мы разыскиваем. Получается, что познакомиться они могли почти сразу после этой вербовки.

– Может, это случилось в том же Египте?

– Вполне возможно. Только кто этот человек, если он не попал в наш список?

Вместо ответа Жмых пожал плечами.

– Так что с соседями Жолташ? – после некоторой паузы вновь нарушил тишину генерал.