воплощением воли кристалла, прямо сейчас умирала. Просто становилась ничем, растворяясь в бесконеченом потоке эфира.
И Черный брал контроль, как над моим телом, так и над всем живым коконом вокруг. Этот процесс занял мгновения в реальном времени, закончившиеся судорогой. По залу прошла вибрация, от которой многие люди в серых балахонах попадали с ног.
- И что дальше? – спросил я мысленно. – Убьешь и меня?
- Это было бы слишком скучно, - прорычал Черный. – Хотя и хочется. Но ты слушал и не слышал, восьмерка. Я не могу тебя убить. Пусть мы и рождены были по отдельности, но слились воедино, когда ты стал химерой. Одно тело, одно сознание. Убью тебя – умру сам. Ты просто каким-то невероятным образом смог изолировать волю кристалла, создал барьер между нами. Но мы были рождены, чтобы оказаться здесь или умереть в пути. Все недостойные сдохли, а великий Черный переродился в совершенное существо. Так или иначе, тебя ждет та же участь, что постигла и меня. Теперь твоя очередь быть запертым в клетке. Наслаждайся. Дам тебе совет, как более опытный. Постарайся не свихнуться.
И в то же мгновение я понял, о чем он говорит. Что-то произошло, но это не было похоже на передачу контроля над телом, как раньше. Мы с Черным словно объединились, но в то же время я остался собой. Как будто бы я долго спал, а сейчас наконец проснулся, но где-то на задворках сознания остался уголок, в котором еще сижу я из сна. Что-то мелкое, что не нужно слушать. На что можно даже не обращать внимания, ведь он из сна, а мы тут, в реальности.
Во сне я был грозным инквизитором восьмого сектора. Освободителем, защитником и вообще тем, кем захотел бы быть. Что-то там делал, кого-то убивал, кого-то спасал, куда-то ходил. Но все это не важно, все это там, во сне.
А сейчас у меня были дела куда важнее. Сейчас я был един с Основой. Инкубатор и сердце, дом и Исход, точка отсчета, место моей силы. Отсюда я чувствовал все.
Каждую жилу, протянувшуюся от кристалла на километры вокруг. Каждую альфу, транслирующую мою волю остальным созданиям. Каждую бету, выполняющую индивидуальные функции. Я даже чувствовал каждого Иного на планете, но до большинства из них не был способен дотянуться, чтобы отдать им приказ, так что пока те были предоставлены сами себе.
Но когда мы очистим воздух, впитав весь разлитый эфир, то связь будет чище и я спокойно буду знать все, происходящее в мире. Я даже краешком сознания ощущал энергетические пути в другие миры, но пока что слишком рано туда идти. Я словно наткнулся на некий барьер, не дающий мне покинуть этот мир и отправиться в следующий.
Скорее инстинктивно я ощутил некий Договор, нечто высшее, что связывает мои перемещения сводом правил, установленных… Кем? Не важно. Теми же инстинктами я понимал, что как только последний разумный абориген умрет, путь будет свободен.
И сейчас я сосредоточился на особо большом скоплении Иных на юге. Память услужливо подсказала название города аборигенов, вокруг которого собралась моя армия. Альтаир.
И в памяти возникли образы из сна. Как эта дура, мнящая себя матерью моей армии пыталась взять соседний город. Ее нелепые неумелые попытки штурма, где она и так, и эдак пробовала прощупать оборону аборигенов. И все равно потеряла слишком много особей при атаке. Можно было сделать все гораздо эффективнее, вот уж точно, военачальник из нее никакой.
Зато прослеживался бабский материнский инстинкт. Сделать из людей кормушку. Эта мысль вызвала лишь усмешку пополам с раздражением. Игрушки нужны, чтобы ими играть, а когда они все сломаются, мы пойдем в новый мир за новыми. Я не собираюсь сидеть в этой песочнице веками.
Уловив сознание альфы, что вела орду, дал нужные команды и сосредоточился на ближайшем пространстве. А что эти особи делают близ моего сердца? Ой, какие они забавные. Они же мне поклоняются. Я почувствовал связь с подсаженными в их тела паразитами и убедился, что они находятся полностью в моей власти, пусть и сохраняют видимость свободы воли.
Ладно, пусть повеселят меня немного своим преклонением. Сожру их последними.
А это что? Человеческое дитя, чем-то похожее на мою вторую оболочку, которую я использую, если отрываюсь от источника. В этом существе чувствуется моя плоть Иного, но почему-то с ней нет связи. Она словно закрыта от моей воли.
Точно, это же та девчонка, Оби. Образ из сна где-то на краю сознания вновь затрепыхался, но я лишь отмахнулся от наваждения. Точно, я же сам передал этой дуре-матери сведения про девчонку, чтобы она ее захватила. И после этого я сам направился к источнику, чтобы наконец освободиться от оков примитивного разума изначальной плоти. Я разыграл целое представление перед этим чудаком, которым я был во сне, чтобы наконец пробудиться.
Всего-то и требовалось, что аккуратно воздействовать на одного из поклоняющихся мне аборигенов, когда тот оказался рядом, чтобы тот передал информацию в Источник. Капля моего эфира, смешавшаяся с его кровью и дело сделано. Моя воля направила его в нужном направлении.
Я хотел было убить девчонку, скованную в теле Источника, но остановился. Какое-то наваждение, на грани инстинкта говорило мне, что если эта особь пострадает, то случится что-то очень плохое. Что-то вроде апокалипсиса. Ее смерть угрожает самому существованию Источника.
Нет, бред. Видимо я еще не до конца пробудился и остатки сна не слетели с моего взора. Ладно, забавную девчонку можно убить и потом, никуда не денется.
А теперь переходим к самому главному. Я мысленно обратился к крови и плоти Источника, вызывая из нее память о всех поглощенных существах. Нашел подходящие, перемешал, соединил, уничтожил, смешав заново. Я работал с материалом, словно с глиной. Предыдущая хозяйка Источника уже пыталась сотворить нечто подобное, но у нее явно не было никакого вкуса.
То ли дело я. Хотя, некоторые ее наработки можно использовать, все-таки они жизнеспособны, а это важно. Просто добавить массу, изменить гены, увеличить тут, уменьшить здесь, добавить брони и шипов. Да, больше шипов. И клыков. И когтей. Хотя нет, зачем ей когти, это лишнее.
Вот так и вот так, теперь напитать эфиром, вдохнув жизнь. Найти подходящий инкубатор и запустить процесс создания. Ускоренное воспроизведение нежелательно, потому что расходует слишком много эфира. Но мы же не хотим создать армию однотипных существ. Сейчас я создаю шедевр искусства, а значит, он должен быть в единственном экземпляре.
Процесс пошел и скоро этот
