орлы.
– Есть товарищ майор.
Отрапортовал Сашка своему командиру, и они обнялись на прощание. А что до приглашения на свадьбу, так это было обычной солдатской присказкой. На практике, каждый из них вполне отдавал себе отчёт в том, что Родина располагает их судьбами сполна, а они всего лишь с ней в этом соглашаются. Сегодня майор на задании под Кандагаром, завтра Сашка на боевой заставе, сведёт ли судьба ещё разок не известно.
Глава 13
Новости в расследовании
Полуночники-трудяги под утро, наконец-то, разобрались со своими делами. Кто кого чему научил, было неважно и осталось между ними. Вымотанные тяжёлой ночной работой, невзирая на литры выпитого кофе, они непринуждённо спали. Сергей уснул в своём рабочем кресле, придав ему необходимый для этой процедуры уклон, который в инструкции назывался – «Позиция релаксации». А Игорь, развалившись один, как скромный Римский Папа, вырубился на просторном кабинетном кожаном диване. Планы на весь день у них были проработаны, цели намечены и сны их, в общем, особенно не тревожили. Ночь была в завершающей фазе и проснуться им полагалось примерно через полтора часа. На улице в это время ещё не гасло освещение, а рабочий день в независимости от этого начинался точно по расписанию. В эту утреннюю пору в кабинете Сергея начинал работать сетевой радиоприёмник. Сначала оркестр в нём играет маленький отрезок лунной сонаты Бетховена, а после неё сразу звучат обычные утренние новости типа: «Говорит Москва». Это он в сговоре со своим товарищем, год назад, подключились к магнитофонной студии в радиоотделе громкой кабинетной связи. Ему, при выборе места ночлега, редко, но приходилось рассчитывать на свой кабинет, словно на номер в гостинице. А просыпаться под звон будильника не очень хотелось, уж лучше под прекрасную умиротворяющую музыку. Этим вымученным утром начинался пятый день их весьма важного расследования..Казалось бы, всего-то пятый день, а как много уже сделано. Практически, им осталось выяснить личность библиотекаря и передать дело в другой отдел, где и решат его дальнейшую судьбу. Арестовывать или ещё немного поиграть с ним в кошки мышки. А вот самому Игорю сегодня предстояло познакомиться с человеком, к которому он заранее проникся такой теплотой и уважением, которых ещё никогда и ни к кому из соратников не испытывал. Это было весьма странно. Совершенно незнакомый ему господин практически мгновенно стал ближе и роднее близких родственников. А всего-то: несколько фактов его биографии, несколько прочтённых документов и единственный телефонный разговор. Неужели нам всем нужен такой мизер, чтобы проникнуться к другому человеку безграничной симпатией и таким же безграничным доверием. Игорь читал когда-то в книгах, что простые люди, посещая древних святых, буквально влюблялись в них, лишь только переступив порог их жилища. А первые, произнесённые святыми слова, запоминались ими на всю оставшуюся жизнь. Такова была сила человеколюбия в этих Боголюбцах и такова же была их притягательность. К Христианской Святости Игорь относился с большим уважением, хоть и числил себя атеистом, но ведь Макаров Александр не монах-отшельник из святых монастырских далей. Это такой же, как и мы человек, нашего Советского общества. В общем, ничего необычного в его личности не просматривалось. Но его человечность, образно выражаясь, непосредственность и искренность в общении, с непринуждённостью в поведении, притягивали к себе любого, кто хотя бы минуту с ним пообщался. Именно это и произошло с Игорем. Он с трепетом и нетерпением ждал их личного знакомства, словно от этого зависела судьба и вся оставшаяся жизнь самого Игоря. А почему бы, собственно говоря, и не так. Из двух спящих тружеников Игорь поднялся первым, слегка похозяйничал на столе, готовя лёгкий завтрак, и принялся за главное.
– Утро, утро начинается с рассвета. Здравствуй, здравствуй необъятная страна! Неумело напевая эти слова из старой пафосной песни, Игорь разбудил тихо спящего в своём кресле Сергея.
– Что, уже заиграло..?
Непонимающе, спросонья, спросил тот, не желая расставаться со сном раньше назначенного им самим срока. За время властвования в этом кабинете он уже привык к музыке ласково проистекающей из динамика настенного репродуктора и, не услышав её звучания, не желал верить, что утро настало по-настоящему. Не понимая, о чём идёт речь, Игорь его переспросил.
– А что должно, собственно, заиграть?
И сразу же продолжил будить лежебоку. Вставайте товарищ майор, нас с Вами ждут великие дела, не прекращал шутить Игорь.
– Майор, заткнись, пожалуйста, дай доспать до нужного момента.
– А нужный момент уже наступил.
Только закончил свою фразу Игорь, как и в самом деле, заиграл репродуктор. Тут же из его древнего, как помёт мамонта, картонного динамика, самого низкосортного, из всех звуковоспроизводящих предметов в мире, полилась нежнейшая музыка, прославившая когда-то одного из старинных композиторов. Динамик похрюкивал, поскрипывал при её воспроизведении, но сама музыка оставалась, при этом, вполне узнаваема. Сергей ещё секунду, другую покряхтел, помялся, но встал и встряхнулся, как будто не из спального кресла, а только что из воды вынырнул.
– Серёжа, приглашаю тебя к столу. Извини, я тут чуток за хозяина… Но в благодарность за твоё ко мне доверие уже приготовил утренний кофе. Вчера мы с тобой маловато его выпили, да и был он всего лишь вечерним. Зато сегодня ещё и утренним кофейком побалуемся.
Вспомнив вчерашний кофе, Сергей и в самом деле поморщился, но к столу, однако, присел. Взяв в одну руку приготовленный Игорем бутерброд, в другую, чашку с ненавистным кофе, Сергей, тягучим, слегка слащавым голоском высказал Игорю свою недавнюю догадку. И начал он так, с намёком на слова Игоря о «временном хозяине»:
– Никогда тебе не стать хозяином в этом кабинете, Игорёк. Дело ты практически раскрыл, расследование вот, вот завершится, так что тебя грубо отнимут у твоего высокозвёздного шефа, а про себя я вообще помалкиваю. А вот направят тебя, майор, на самый важный народнохозяйственный участок нашей необъятной, как ты только что спел, Родины. Где ты будешь приносить народу Родного государства исключительно пользу и никакого вреда.
Вроде как пошутил Сергей, но при этом сказал своему коллеге искреннюю правду, даже не смотря на то, что прозвучала она в форме проходной шутки. Ведь он в действительности практически стопроцентно предугадал дальнейшую судьбу своего подопечного и, теперь уже точно, друга. Игорь, услышав от своего патрона столь неоднозначную тираду, решил всё-таки уточнить и, полушутя, полусерьёзно переспросил:
– Ты обмолвился про некий «важный участок», это что, валить тот самый лес, который наши деды сажали? Или у страны есть другой участок с более важными делами?
Сергей понял свою словесную ошибку, хохотнул себе в кулак, прокашлялся, словно
