Поскольку Трегарт стоял ближе всех к машине, его загнали внутрь одним из первых; прямо за ним шел М'Бора Сам. Трегарт задержался, сдерживая напор пленных, и крикнул:
- Джилли! Иди сюда! Нам нужно держаться вместе! Но она стояла слишком далеко; охранник уже собрался отвесить ей удар дубинкой, и она остановилась.
- Все в порядке, Капитан, - крикнула она в ответ. - Я буду в следующей партии!
Двери машины захлопнулись, она тронулась с места. Внутри было темно, хоть глаз выколи. Трегарт едва мог дышать жарким смрадным воздухом; но тут он ощутил на своем плече руку М'Бора Сама.
- С ней все будет в порядке, Трегарт, - сказал подводник.
- Я надеюсь, - пробормотал Трегарт. - Как бы то ни было, я уверен, что скоро снова увижу ее.
Но он и сам не верил в свои слова - и был в этом прав. Он больше никогда не видел Джилл Даннер.
Пленные платили свой «долг» тому государству, которое бросило их в тюрьму без суда и следствия, тем, что перекапывали выжженную, спекшуюся, твердую, как камень, землю на полях в поисках клубней картофеля, моркови, свеклы - словом, всего, что было съедобного под коркой мертвой земли.
Это была чудовищно тяжелая работа, и земля, более похожая сейчас на твердую скалу, была еще не худшим, что было в этой работе. Хуже было солнце, несущее смерть. Даже надсмотрщика не заставляли рабочие команды выходить на поля в полуденные часы. В это время заключенным давали возможность поспать - самое большее по два-три часа, меньше, если в небе были хоть какие-нибудь облака; когда был дождь, отдых отменяли. Но если им выдавалось несколько часов отдыха в середине дня, эти часы приходилось отрабатывать ночью. Вокруг стояли охранники с фонарями и дубинками, готовые наказать любого, кто посмел бы съесть хоть что-нибудь из того, что они добывали с таким нечеловеческим трудом.
Неизбежно было, что кто-нибудь даст возможность охранникам проявить свои навыки на практике. И, возможно, неизбежным было и то, что таким человеком оказался М'Бора Сам.
Они едва успели закончить ночную работу и, оступаясь, брели к навесу, под которым спали.
Несмотря на чудовищную усталость, Трегарт оглянулся через плечо, чтобы посмотреть на восход солнца. Теперь утреннее небо было окрашено самыми яркими и чистыми красками, какие только можно было себе представить. Трегарт никогда не видел таких восходов, но подводники вообще редко видят солнце. Даже через темные стекла очков небо виделось ему словно бы охваченным огнем.
- Они всегда такие? Восходы? - прошептал он пленнику из сухопутных, шедшему рядом с ним.
- Замолчи, - почти без голоса выговорил человек, бросив опасливый взгляд на охранника. Потом, когда тот отвернулся, и угроза попробовать дубинки-парализатора стала не столь реальной, пленник прошептал:
- Это дым. Копоть! Там, на западе, страшные пожары, и они продвигаются сюда.
Видимо, он все же говорил недостаточно тихо.
- Не разговаривать вы, двое! - прорычал охранник Пан-Мака, приближаясь к ним с дубинкой наизготовку. Трегарт попытался уклониться от удара, но не сумел: удар пришелся ему в шею, руки и ноги его задергались от шока, словно он был лягушкой под током в каком-нибудь эксперименте. Боль была неописуемой. Он растянулся во весь рост на дороге, ожидая следующего удара, уверенный, что второй удар прикончит его…
Но удара не последовало. Он услышал шум, а когда сумел поднять голову, то увидел командира подлодки из Сити Пан-Негра, М'Бора Сама, которого повалили на землю и держали четверо охранников.
- Будешь еду красть? - проорал один из четверых, обрабатывая темнокожего морехода дубинкой, а второй резко выкрикнул:
- Пусть визжит! У меня есть для него кое-какая еда! И когда М'Бора Сам разинул рот в вопле от боли,
охранник засунул туда конец дубинки и нажал на кнопку.
Звук, который издал М'Бора не был визгом. Это было более похоже на вопль проклятого в аду; Трегарт никогда не думал, что человеческое существо может так страшно кричать. Даже охранник Пан-Мака отскочил назад в ужасе и изумлении. Он огляделся по сторонам и проговорил, словно бы защищаясь:
- Это послужит ему хорошим уроком! И так будет с каждым вором!
Второй охранник резко приказал:
- Эй вы! Поднимите его! Если он умрет, ему придется умереть в лагере, где мы можем удостовериться, что он не прикидывается мертвым, чтобы потом бежать.
Трегарт подчинился приказанию. После этого он не мог заснуть много часов - он пытался по капле влить воду в рот М'Бора. В конце концов Трегарт уснул, сидя около так и не пришедшего в себя чернокожего. И, как это было каждую ночь, увидел во сне Грациэлу Наварро.
Но когда команду снова подняли, чтобы отправить на поля, М'Бора, хотя и не мог говорить, поднялся вместе с ними и с застывшим лицом принялся копаться в обжигающей грязи, добывая из нее остатки урожая.
Потом начались дожди.
Дождь лил целыми днями, неделями - горячий, маслянистый дождь, до нитки вымачивавший их изорванную одежду, превращавший поля в грязевые озера.
Заключенные говорили между собой, что это все из-за дыма; но, какой бы ни была причина, в следствии не было ничего хорошего. Река теперь была шоколадного цвета - от красной размытой по берегам глины и сажи, принесенной ветрами с пожарищ.
По крайней мере, думал Трегарт, больше не придется работать по ночам. Лучи солнца не стали менее смертоносными, но теперь они не могли пробиться сквозь сплошную пелену облаков, висевшую на высоте пять тысяч метров над землей.
Но тут он ошибался.
Дожди, которые превращали землю в грязь, размывали верхний слой почвы. В жаркой влаге оставшиеся корнеплоды начали гнить и преть; большинство же просто уносили водяные потоки.
Разумеется, Консорциум Пан-Мака не мог потерпеть такого разбазаривания своих ресурсов. А потому охранникам выдали новые распоряжения. «Сбор урожая» будет продолжаться день и ночь до тех пор, пока на полях остается хотя бы один корешок, пригодный в пищу. Стражники пировали в своих трейлерах - у них были консервы и замороженные продукты; подгнившие коренья предназначались для пленных. И в эту ночь стража отдала новое распоряжение:
- Ешьте на полях! Вы должны отработать еще по два часа, прежде чем уляжетесь спать, ленивые скоты! Ешьте сейчас - и быстрее!
Но рационы снова урезали. Теперь пища даже не была приготовлена! Им приходилось есть ее сырой; тот картофель, который днем погрузили в грузовики, сейчас снова высыпали из них и раздали - по две картофелины на человека. На этот раз гроза была еще страшнее, чем прежде. Молнии разрывали пелену туч над головой, громыхал гром, а когда Трегарт попросил немного воды для М'Бора, к которому только начал возвращаться голос, охранники только рассмеялись:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
