Читаем без скачивания Первый Мститель. Гражданская война - Стюарт Мур

Толпа требовала крови, но оставалась стоять на местах.

– Расскажи моим людям, Сьюзан, – Нэмор теперь смотрел на неё. – Оправдай действия своих товарищей, так называемых героев вашего королевства, – он жестом указал на гроб. – Объясни, как произошло такое зверство?

Его люди вскинули вверх голубые кулаки, замахали копьями и оружием. Но Сью игнорировала их, её внимание было приковано к Нэмору.

– Намориту убил суперзлодей, – сказала она. – Не герой.

– Злодей, – Нэмор не дрогнул. – Вроде меня?

«Я ошибалась, – думала она. – Он всё-таки изменился. Он стал более злым, раздражённым; в нем не осталось никакой радости. И всё же… он не даст им меня обидеть».

Вдруг она почувствовала себя очень спокойно. Она залезла в сумочку, вытащила небольшой водонепроницаемый цилиндр, сделанный из высеченного мрамора.

– В этой урне – останки твоей кузины, – сказала она. – Точнее, всё, что мы смогли найти. Боюсь, что это не слишком много.

В толпе стали удивлённо перешёптываться. Тысяча глаз смотрели на то, как Нэмор берёт урну, проводит по ней рукой.

Сью прочистила горло:

– Нэмор, мне… мне очень жаль, что…

– Вашти, – Нэмор резко взмахнул рукой, и к нему подплыл старик. Нэмор положил руку ему на шею, что-то прошептал в ухо.

Затем он взял Сью за руку, повел её по направлению к большому зданию с минаретом. – Идём со мной, – сказал он.

– Не распускай руки.

Но она всё же позволила ему себя вести. За спиной она услышала голос старика, обращавшегося к толпе: «Эм. Церемония продолжится завтра. Воители, займите свои посты…»

Нэмор вёл её вперёд, прямо через мраморный зал, через гостиную, заполненную парящими стульями, в свою королевскую спальню. Большую часть комнаты занимала огромная круглая кровать, накрытая струящимися водонепроницаемыми простынями. Она смотрела на всё это, меняясь в лице. Он скинул накидку и начал снимать штаны.

– Э-э-э…

Он остановился, и в его глазах сверкнул огонёк былой игривости:

– Почему ты здесь, Сьюзан?

Она указала на урну, лежавшую на кровати.

– Я…

Он сдёрнул с себя штаны и остался в своей повседневной одежде – трусах защитного цвета. В его голосе зазвучала угроза:

– Не обмани меня снова.

Она кивнула, губы её были плотно сжаты.

– Дела плохи, Нэмор. Они издали что-то наподобие закона о суперлюдях и сажают в тюрьму всех, кто не подчиняется. Они уже убили одного из нас. Наступление, которое мы… точнее, Капитан Америка задумал, запланировано на завтрашний вечер. У тебя – самая лютая армия воинов в мире, Нэмор. Наша победа или поражение зависит от того, примешь ли ты нашу сторону.

Некоторое время он смотрел на неё безучастно. Затем запрокинул голову и рассмеялся:

– Ты слышала моих людей, – сказал он. – Ты почувствовала их горе, их ярость. Я их король, их боль, их злость – мои боль и злость. С какой стати, во имя семи морей, я буду помогать тебе?

– Капитан Америка – один их твоих старейших друзей, – она чувствовала, как у неё дрожит голос. – Вы вместе сражались во время Второй мировой войны… ты знаешь его дольше всех нас.

– И где мой друг сейчас? – Нэмор проплыл вокруг комнаты, театрально взмахивая руками. – Конечно, строит свои ничтожные планы на власть. А сюда отправляет именно тебя, чтобы сыграть на наших с тобой чувствах.

В его личных покоях Сью чувствовала себя очень маленькой и уязвимой.

– Между нами ничего нет, – тихо сказала она.

Нэмор пристально на неё посмотрел, и на его губах заиграла лукавая улыбка. Рассекая воду, он подплыл к Сью и приземлился на краешек кровати рядом с ней.

– Хорошо, – сказал он. – Я помогу тебе, Сьюзан Шторм.

От его тона у неё похолодело внутри.

– Вообще-то Ричардс, – сказала она.

Он стянул покрывало, указывая на кровать:

– Мне больше нравится Шторм.

Вся та ярость и отчаяние, накопившиеся в ней за все эти недели, вырвались наружу. Она замахнулась и дала Нэмору пощёчину, так сильно, как только могло ей позволить сопротивление воды. Он почти не шевельнулся, но его глаза похолодели.

– Ты самовлюблённый, наглый ребёнок, который ко всем и ко всему относится потребительски, – прошипела она. – И всегда таким был.

– Раньше ты не жаловалась.

– Я не закончила. У тебя нет никакого уважения к женщинам, нет уважения к себе. И всё же я всегда думала, что в тебе есть своеобразное благородство, где-то глубоко внутри. Что-то такое, что заставляет твоих людей идти за тобой, что бы ни случилось. Но я ошибалась. Так это и есть твоя цена? Ты нам поможешь, спасёшь своих друзей и союзников от заточения, порабощения и смерти, если, и только если, я соглашусь с тобой переспать?

Он сердито отвернулся. Пожал упругими мускулистыми плечами:

– Что-то мне становится скучно.

– Это уже слишком. Знаешь что? Это ведь действительно важно для меня. Я оставила своего мужа и детей, а это самое сложное, что мне приходилось делать. Я так сильно по ним скучаю, каждую секунду каждого дня, я вижу их лица повсюду, но понимаю, что это всего лишь моё воображение. И я сделала это всё, я поставила свою семейную жизнь под угрозу не для того, чтобы спуститься сюда и подчиниться прихотям какого-то самодовольного грязного рыбочеловека. Я сделала так, потому что это было правильно!

Она понеслась к нему, но он уже плавал в дальней части комнаты. У него был удручённый, сердитый вид.

«Ну вот, – думала она. – Я зашла слишком далеко. Даже если он хотел помочь, то теперь его гордость этого не позволит».

Волна адреналина отхлынула. Она чувствовала себя пристыженной, чувствовала, что не справилась с задачей. Ей хотелось плакать.

Несмотря на всё, она хотела расставить точки над «i». Что-то не позволяло ей уйти, закончив на такой ноте.

– Прах, – она указала на урну. – Мы не знаем, Наморита ли это. Взрыв разнёс всё в пыль. Власти сделали всё, что было в их силах, но…

Нэмор сжал зубы.

– Но, Нэмор. Её прах, Спидбола, Ночного Громилы или Микроба. Так ли это важно?

Он молчал. Только указал на дверь твёрдой рукой. Его глаза горели холодным огнем ярости.

Она ушла. Через гостиную и большое фойе выплыла в открытые воды Атлантиды. Мимо толп и небольших групп подводных мужчин и женщин, которые сейчас были поглощены повседневными делами, но если замечали её, то провожали враждебным взглядом.

«Они – все те же люди. Такие же мелкие и ограниченные. Со своей ничтожной ненавистью, готовые поносить всех и обвинять в своих грехах других. Но нет, – думала она. – Разница всё же есть. Когда плачут люди Нэмора, их слёзы просто растворяются в воде».

Глава 28

– ТО ЕСТЬ Нэмор не в деле?

Джонни Шторм щёлкнул крышкой телефона и отрицательно помотал головой.

Кэп скривился. Он шёл по вестибюлю впереди, стараясь сильно не тревожить раненую ногу. На миг он почувствовал злость. На Тихоокеанском театре действий Нэмор взял целую японскую базу с помощью только одного человека – самого Капитана. Тогда Нэмор ни за что не оставил бы его в беде.

– Дальше, – сказал Кэп. – Кто ещё у нас есть?

– Росомаха, как и Люди Икс, сохраняет нейтралитет. Так что он отпадает. Сокол смотрел в планшет. – И Щ.И.Т. только что схватили Геркулеса, недалеко от Чикаго. Ох, хотел бы я на это посмотреть!

– Плохо дело. У Тони уже есть один греческий бог, нам бы тоже не помешал.

– Чёрная Пантера, однако, за нас, – сказал Джонни. – Смерть Билла Фостера привела его в бешенство. Он и Шторм – его жена – говорят, что мы можем на них рассчитывать.

– Шторм разве не мутант?

– Она теперь ещё и королева Ваканды.

– А Доктор Стрэндж?

Сокол нахмурился:

– Сказал, что ему нужно осмыслить ситуацию. В последний раз, когда я с ним говорил, он входил в «Восьмидневный транс Фальтина». Сегодня я бы не стал на него особо рассчитывать.

Кэп ударил кулаком по ладони. Он чувствовал возбуждение и беспокойство – его обычное состояние перед битвой. Особенно перед такой, где слишком много «если».

– Меня беспокоит первая фаза нашего нападения, – сказал он.

Сокол кивнул:

– Нам нужно как можно больше людей. Я задействовал все резервы, Кэп.

Капитан переступил порог зала совещаний. За столом – ряд ярких костюмов: Кейдж, Кинжал, Патриот, Скорость, Фотон, Скат и с полдесятка новичков. Среди всех Капитан узнал также бывших суперзлодеек Аспид и Алмазную Змею.

Напротив Капитана в углу стола сидел Каратель, методично начищая пару самозарядных винтовок маслом из жестянки.

Кэп сел во главе; Джонни и Сокол – по обе стороны от него.

– Что ж, давайте начнём, – он нажал на встроенную в стол кнопку.

Недавно установленные голографические прожекторы пробудились к жизни, и над столом появилась вращающая схема. Она демонстрировала несколько зданий.