Она, должно быть, очень устала, раз не предприняла никаких попыток бежать: когда Кэйл вышел из ванной, так и сидела на прежнем месте в прежней позе. Не окажись она сплошным геморроем, он, возможно, и пожалел бы дамочку.
Вместо этого Кэйл мрачно изготовился к следующему сражению.
– Ладно, Майк Тайсон, пора в постельку.
* * * * *
ДЖЕННЕР ТАК УСТАЛА, что целую минуту пыталась осознать смысл сказанного. Майк Тайсон? Когда она поняла, что Кэйл намекает на тот злополучный укус, то чуть не рассмеялась, но, усвоив все предложение, передумала веселиться.
Дженнер вскочила на ноги, по крайней мере, насколько позволили наручники.
– Что значит «пора в постельку»?! Я с тобой спать не буду! Можешь лечь на чертову кушетку. В каюте нет внутренних дверей, поэтому нет и необходимости…
– У тебя только один выбор: взять пижаму из гардероба или спать голой, – отрезал Кэйл.
И это, называется, выбор? Спать голой она точно не станет. Очевидно, он это прекрасно понимал. С самодовольной ухмылкой подошел к ней и снял наручники. Однако свобода была недолгой: стальные браслеты сменились хваткой железных пальцев.
– Иди, переоденься. – Кэйл подтолкнул ее в сторону шкафа.
Спотыкаясь, Дженнер, прихватив первую попавшуюся пижаму, прошла в ванную. Он встал на страже у двери. Его деспотизм до того бесил, что она едва могла связно соображать. В этом конвоировании не было никакой нужды, ну кроме как продемонстрировать, кто здесь главный, – как будто до сих пор не понятно.
Дженнер быстро разделась и шустро смыла всю косметику, потому что Кэйл мог распахнуть дверь в любую минуту. А надев пижаму, уже не торопясь, принялась тщательно чистить зубы, как делала каждый вечер. И все-таки надо было орудовать щеткой побыстрее, потому что он открыл дверь без стука и застал ее с пеной во рту.
Она чуть не подавилась зубной пастой, увидев в дверном проеме больше, чем хотела бы. Кэйл тоже не тратил время зря: снял обувь, штаны и остался в одних черных плавках-боксерах, которые не скрывали насколько он крепок, мускулист… ничего не скрывали. После первоначального удивления Дженнер отвернулась и выплюнула пасту в раковину.
– И куда же я, по-твоему, собралась? – огрызнулась она. – Смываться через канализацию?
– Ты достаточно тощая, – ухмыльнулся он.
Она уже хотел заспорить, но вместо этого раздраженно процедила:
– Попроси Бриджит принести тебе пижаму.
Он картинно удивился:
– У меня нет пижамы.
– Тогда, черт возьми, одень хоть что-нибудь!
С нее хватило и многочасового разглядывания Кэйла без рубашки. Сейчас же он почти полностью обнажился, и являл собой настолько прямую и явную угрозу, что кожа Дженнер покрылаь мурашками, словно по ней поползли сотни муравьев.
– Я не сплю в одежде. Но твоя добродетель, если таковая имеется, со мной в полной безопасности, так что прекрати корчить из себя викторианскую девственницу.
– Ха, у меня-то добродетели побольше, чем у некоторых здесь присутствующих, господин Похититель, – открыла Дженнер ответный огонь.
– Конечно-конечно. Ну же, Куджо[4], не тормози и вытри пену с пасти. Я устал.
Она взглянула в зеркало и увидела, что зубная паста все еще пятнает губы. Смутившись до крайности, быстро прополоскала рот, сплюнула, промокнула лицо полотенцем и вновь устремилась в бой:
– Ну хоть штаны натяни. Не хочу мыть глаза с мылом, если твой крохотный динь-дон случайно вывалится из трусов.
– Не сомневаюсь, ты переживешь, что бы ни сделал мой динь-дон, – спокойно ответил Кэйл. Его глаза блеснули, но Дженнер не смогла определить, хотел ли он рассмеяться или ударить ее.
Кэйл схватил ее за руку и вывел из ванной. Пока она там переодевалась, он успел не только снять штаны, но и выключить весь свет в каюте, кроме ночников, и расстелить постель. От одного вида гладких белых простыней тело нетерпеливо заныло. Не будь здесь Кэйла, Дженнер бы радостно взвизгнула, получив возможность наконец улечься.
– Залезай, – приказал он, подталкивая ее к дальней стороне кровати, подальше от двери в гостиную.
Она слишком устала, чтобы спорить. Ее несгибаемый дух рвался продолжить перепалку, но измученное тело скулило, что если немного не поспать, то сознание просто вырубится. Дженнер молча нырнула между простынями и укрылась одеялом. Кэйл выключил светильник с ее стороны, обошел кровать и лег рядом с ней.
Глаза Дженнер уже сами собой закрывались, несмотря на все усилия впиться в похитителя сердитым взглядом, но распахнулись, как только он схватил ее за руку. Холодный металл защелкнулся на ее правом запястье, затем Кэйл спокойно закрепил второй браслет наручника на своей левой руке и вытянул правую, чтобы выключить свой ночник.
Темнота поглотила их, и Дженнер начала оправляться от шока. Проклятье, он приковал ее к себе! И что же дальше?
Глава 14
ДЖЕННЕР СИЛЬНО УСТАЛА ОТ ДНЕВНЫХ КОЛЛИЗИЙ И НЕДОСЫПА, но нормально выспаться не получалось. Спать прикованной наручниками к другому человеку не очень-то удобно, особенно когда этот другой фунтов на сто тяжелее и при каждом движении утягивает за собой. А самой Дженнер никак не удавалось повернуться по-своему, главным образом из-за пресловутой сотни фунтов разницы. Не получалось сдвинуть Кэйла с места.
Беспокойная дремота – лучшее, на что она могла рассчитывать. На грани яви и сна ей иногда чудилось, будто она снова сидит в баре и переживает минуты знакомства до того, как поняла, кто такой Кэйл на самом деле. Вот он наклоняется к ней совсем близко, и Дженнер ощущает тепло его тела, а потом впервые заглядывает в эти синие-пресиние глаза и чувствует напряжение и тяжесть глубоко в животе. Она уже давно не позволяла никому за собой увиваться, но Кэйл легко завлек ее низким спокойным голосом и чарующими глазами.
Осознание того, что ее элементарно соблазнили, так сильно взбесило, что Дженнер совсем проснулась. Несколько минут неподвижно лежала и смотрела в потолок. От похитителя ее отделяла всего лишь пара дюймов, и она опять чувствовала жар его тела. Как ни противно признавать, но ей нравилось ощущать этот жар. Каким-то образом одеяло и покрывало оказались свалены на пол. Каким таким образом? Как будто перемещение могла провернуть неизвестная третья сила! В мире Дженнер одеяла существовали для того, чтобы в них укутываться, а не чтобы отбрасывать в сторону. Даже притом, что она в пижаме и укрыта простыней, все равно замерзла. Еще бы, на ней же майка без рукавов и руки полностью раскрыты.
С раздражением Дженнер спросонья попыталась подтянуть простыню к шее, но тяжелая рука Кэйла намертво придавила ткань. Злость прогнала последние остатки сна, Дженнер повернула голову и впилась в похитителя прожигающим взглядом, правда, совершенно без толку в кромешной-то тьме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
