понял, здание-то построено так, что в его внутренние помещения могут попасть только рейги, и, скорее всего, при проекте и во время составления дизайна помещений, а также при закупке мебели, организаторы изначально рассчитывали, что им удастся привлечь в организацию куда больше Рыцарей, чем вышло в реальности.
Поднимаясь, рассчитывал, что меня тут же встретит Макс Краас в форме своей проекции, но это оказалось не так. Номинальный глава РИЗВа стоял посредине зала в обычном телесном облике и разговаривал с кем-то по телефону на повышенных тонах.
– Да… Настаиваю… Это наше дело…
Он говорил, развернувшись к лестнице лицом, и заметив марево, оставляемое моей проекцией в реальности, помахал рукой, а затем жестами показал, что извиняется и просит немного подождать, пока закончит разговор. Макс выглядит не так замучено, как Майя, но всё же заметно, что он довольно сильно вымотан. Похоже, юноша после отражения Прорыва вообще ещё не ложился. Впрочем, ему недавно двадцать исполнилось, одна ночь без сна – не такое и большое испытание для столь молодого организма.
– Нет, это мы… Мне всё равно, что они там подумают… Это принципиально!
Пока он разговаривает с неизвестным мне собеседником, более внимательно осматриваю помещение. Если первый этаж вызывает удивление необычностью своей планировки, то здесь всё стандартно до уныния. Сфотографируй это место, затем выложи фото в сеть, и никто не отличит офис РИЗВа от любого иного. Те же столы; стандартные, пусть и высшей ценовой категории, кресла; популярные марки оргтехники и компьютеров с мониторами – взгляду не за что зацепиться. К тому же отчётливо заметно, что только пять столов являются реальными рабочими местами.
Столик Майи я опознал легко по стопке фантастических, с уклоном в ужасы, бестселлеров, что стояла у монитора. Сместился немного, чтобы рассмотреть рабочее место девушки повнимательнее, но так, чтобы не выдать своего интереса Краасу. Тот по-прежнему о чём-то ожесточённо спорил, не соглашаясь с доводами оппонента и твёрдо отстаивая свою позицию по неизвестному мне вопросу. Кроме сложенных в довольно приличных размеров башню книг, столик девушки был завален различной канцелярской мелочью, а также раскиданными тетрадями. Судя по всему, помимо всех своих рабочих обязанностей, а также чтения ужастиков, она готовилась к поступлению в какой-то институт. Впрочем, логично, ей же столько же лет, сколько и Изао, так что возраст как раз подходит. Ещё моё внимание привлекла фотография в рамке. На фото были запечатлены все три открытых рейга и средних лет лысый мужчина в характерной каштанового цвета кашае, одежде буддийских монахов. Даже от изображения этого человека веяло какой-то внутренней силой. Также на фотографии была надпись красивым, аккуратным, почти каллиграфическим почерком: «Победи себя и выиграешь тысячи битв». Где-то я уже читал эту цитату или слышал? Не помню, но точно это было ещё в прошлой жизни. Во время нашей встречи в кафе Майя упоминала какого-то наставника, видимо, это как раз он. Иначе вообще непонятно, почему это фото стоит рядом с наклеенным на рамку монитора изображением офицера в белой парадной флотской форме, почти на сто процентов уверен, отца девушки.
– Да! Так и передайте! – с этими словами Макс завершил разговор, бросив трубку.
После чего по моим ушам резануло уже привычное: – Ре-е-е-е-й-й-й-г-г!..
Броня проекции главы РИЗВа впечатляет, когда смотришь вот так близко. Блистающие золотом полные пехотные латы европейского образца, миланский доспех, если мне не изменяет память. В ней этот юноша производит устрашающее впечатление, особенно с учётом гигантского меча, для которого даже не было ножен, и Макс вынужден был держать его в руке.
– Приветствую вас в нашей скромной обители, – латы не мешают ему сделать глубокий церемониальный поклон.
– Скромным это здание я бы точно не назвал, – усмехаюсь в ответ на эти явно заученные слова. – Доброго дня и тебе, если, конечно, после такой ночи день вообще может быть добрым, – без предисловий задаю нужный мне тон в диалоге.
Плечи Макса тут же поникли, он, как и я, при упоминании о Прорыве вспомнил чёрные колонны, возносившиеся в небеса этой ночью.
– Это да… – гулко доносится из-за забрала. – Я уже месяц требую, чтобы нам позволили выделить в нижнем зале место под траурную стену! – даже не видя его мимики, понимаю – парень жутко раздражён, не моим визитом, а вообще. – А пиар-отдел и их аналитики твердят, что не надо пугать людей! Мы умираем, а они: «отрицательно скажется на рейтинге удовлетворённости населения»!!! – когда он цитировал эти слова, его даже скривило немного. – Но сегодня мне наплевать на их выводы… Мы потеряли шестерых и, если бы не вы, то даже не знаю…
Неожиданно он протягивает мне открытую ладонь, и я на автомате её пожимаю.
– Погиб кто-то из ваших? – уточняю у него.
– Наших? А? Нет! Один парень из Масок и ещё пятеро Рыцарей одиночек, мои все целы. Но раз они откликнулись на Зов, то все, кто там был, уже «наши»!
Хм-м-м, я думал, что Макс занимает своё место из-за должности папочки, но, похоже, ошибся, у этого юноши очень неплохие лидерские задатки. К тому же мне очевидно, он не врёт и говорит искренне.
– Подобное количество жертв среди Рыцарей для Вилфлееса – норма? – того, кто изначально считает меня приезжим, такая постановка вопроса, ещё больше утвердит в выгодном мне заблуждении.
– Нет! – тут же очень быстро и резко ответил мне Макс. – Из пяти Прорывов до этой ночи подобные жертвы были только единожды! Когда из порталов побежали дети, а за ними жуткие монстры. Это был третий Прорыв, мы ещё не знали… – эта заминка, она требует уточнения, и я её запомню. – Встали на защиту этих «детей», а потом получили удар в спину, – боль в его голосе неподдельна.
– Почему вы скрываете информацию о Прорывах? – он вроде любит правду и открытость, так и спрошу в лоб, в данной ситуации это будет, как мне кажется, верным выбором.
– Скрываем?
– О том, что такое Прорыв, – я что, ошибся?
– Да… Если бы всё было так явно, как этой ночью! – он сжимает рукоять своего двуручника с такой силой, будто хочет сломать меч. – Мы подозревали: то, что лезет из Прорыва, подчиняется хоть какой-то системе, начали только в прошлом месяце… – Макс ещё сильнее сжал руки. – У нас нет никакой связи с Рыцарями других регионов, все прячутся, как мыши, и не идут на контакт! Никакого обмена информацией нет вообще, – его явно злит сложившаяся ситуация. – А что бы вот так, что прямо сомнений нет, как эти АББ из «Стальной Волны» – так вообще впервые, – значит, мне не привиделись эти андроиды, уже хорошо.
