Заставили одного солдатика стратегическую ракету покрасить к приезду генерала. Влом ему стало красить, закинул он ведро на самую боеголовку, краска вся стекла вниз, а ведро там так и осталось. Идет генерал. Осмотрел ракету и спрашивает:
— А наверху, это что?
Солдат не растерялся и говорит:
— Фотонный отражатель, товарищ генерал!
Генерал:
— Вижу, что фотонный отражатель, а почему не покрашен?
Глава 32
Зихао немного завис от моего вопроса, и огненный рисунок в рамке слегка побледнел, что, возможно, говорило о том, что Зихао-цзань потерял концентрацию и ушёл в мыслях далеко отсюда.
Через какое-то время он вообще погасил рисунок и поинтересовался:
— Почему ты об этом спрашиваешь?
— Просто интересует та историческая эпоха, — пожав плечами, ответил я.
— Брат Зихао, — обратился к нему Бао-цзань. — Зачем ты тратишь время на недостойного?
— Подожди, брат Бао, — ответил своему товарищу Зихао. — Этот человек упомянул имя Каса.
— И что? — не понял Бао.
— Я давно ищу Каса, чтобы отомстить ему…
— Но месть недостойна последователя пути бессмертных, — растерялся Бао.
— Ты не понимаешь! — воскликнул Зихао. — Я должен отомстить ему! Он посмел оскорбить меня и унизить! Такое нельзя спускать!
Я смотрел на этих чудесных людей, как они высокопарно общаются и едва сдерживал смех. Это ж надо так разговаривать, да ещё и на полном серьёзе! Так и хотелось сказать им: «Будьте проще, и люди к вам потянутся!»
Наконец мне надоело их слушать, и я решил прервать эту милую беседу.
— Боюсь, отомстить императору Касу будет проблематично, — вмешался я в разговор бессмертных.
— Это почему же? — возмутился Зихао так, будто я сомневаюсь в его силах.
Я почесал затылок, соображая, как бы подоступнее объяснить. Но потом решил сказать как есть:
— Хотя бы потому, что император Кас не был бессмертным.
Сказать, что Зихао был растерян, это ничего не сказать. Он был просто огорошен моими словами. Мне даже показалось чересчур огорошен.
Для меня была немного не понятно его реакция. Но ровно до того момента, пока в разговор не вступил Юшоуша и не подлил масла в огонь.
— Великий Зихао-цзань позволил смертному обвести себя вокруг пальца? — с издёвкой спросил он.
Зихао отшатнулся, как будто ему залепили пощёчину.
Он даже дёрнул рукой, словно бы хотел схватиться за щёку. Но не донёс её до лица.
Зато нахмурился, а потом и вовсе набычился. Его глаза блеснули недобрым светом.
Я сразу почувствовал неладное. И в последний момент успел, схватив Юшоушу за руку, сигануть с пьедестала.
А Зихао моментально создав огненный рисунок из букв и иероглифов, метнул магический напалм туда, где мы только что стояли. И естественно, попал в остатки тумбочки.
Взрыв был такой силы, что нас отбросило в ряды монстров.
Собственно, именно это и спасло нас — мы приземлились на относительно мягкое тело Агуйн Баавгай.
Огорошенные монстры некоторое время с изумлением смотрели на нас, но потом раздалось угрожающее рычание.
Мы с моим мечом вскочили и попятились от монстров, держа оружие наизготовку.
А в это время Бао кричал:
— Зихао, брат, что ты наделал?! Ты же взорвал всю сеть порталов! Мы же её столько лет строили!
Мне бы тут порадоваться, что моя цель наконец-то достигнута, и теперь ни одна тварь не попадёт отсюда в мой мир… Но я не успел. Потому как твари больше не были привязаны к месту. Теперь они свободно могли перемещаться куда хотели. А хотели они ко мне. Точнее, хотели они разорвать меня, сожрать, чтобы не осталось даже маленькой косточки. Это было видно невооружённым глазом!
Вот только в мои планы не входило быть сожранным!
Позади раздался грохот, и я, обернувшись, увидел, что на пьедестал с противоположной стороны от нас запрыгнул арратан. И тут же к нему присоединились ещё двое. И теперь они сверху взирали на нас холодными безжалостными глазами.
Что касается Зихао-цзань и Бао-цзань, эти трусы мгновенно вспрыгнули на свои мечи и вознеслись под потолок. И теперь летали под крышей и сверху наблюдали за происходящим. Чего ещё ждать от мужиков в платьях?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но мне было не до них. Монстры, угрожающе рыча, сжимали вокруг нас с Юшоушей кольцо. Мы с ним стояли, прижавшись спиной к спине, готовые биться не на жизнь, а на смерть.
Я понимал, что мне одному, да даже и с Юшоушей, всё это войско тьмы не победить. Но я был полон решимости забрать с собой столько жизней, сколько успею.
А потому стоял готовый принять бой, внимательно следя за обстановкой. Но сам не нападал. Ждал атаки с их стороны. Потому что, кто нападёт первым, тот и слабее — это я ещё по дракам в школе усвоил.
Монстры тоже не спешили нападать. Как не спешит нападать хищник, когда понимает, что жертве деваться некуда.
Вот только в моём родном мире самый страшный хищник — это человек. У него нет когтей, у него нет острых зубов, у него даже шерсти на теле нет! Он далеко не самый быстрый и далеко не самый сильный. Однако все быстрые и сильные, с когтями и зубами предпочитают держаться подальше от людей. А потому люди беспрепятственно расселились по всей планете!
И я носитель сознания этих людей! Я царь и бог в животном мире! Я тут главный!
— А ну всем, сидеть! — гаркнул я, посылая приказ во все, даже самые дальние уголки этого огромного зала. — Вы будете меня слушаться! Я ваш босс!
Агуйн Баавгай, на которого перед этим мы упали, огрызнулся, и я мечом, плашмя, ударил его по носу и заорал:
— Не сметь открывать пасть! Лежать!
Повисла напряжённая тишина.
И вдруг момент истины — охреневший Айгун Баавгай, неуверенно потоптавшись, лёг у моих ног.
— Хороший мальчик! — похвалил его я. И глянув на соседних монстров, рявкнул: — Вам что, особое приглашение нужно? Лежать, я сказал! Быстро! Ну?
И замахнулся катаной, как хлыстом. Потому что катана — это орудие убийства, а хлыст — орудие наказания. Наказывает всегда тот, кто сильнее, кто имеет на это право.
Я имел.
Почему, спросите вы? А потому что! Я так решил! Мне для этого не нужно чьего-либо разрешения. Будет так, как я сказал.
И я буду наказывать нерадивых монстров! Именно наказывать, а не убивать! Ведь, когда убивают, просыпается инстинкт самосохранения, и животное начинает отчаянно сопротивляться. А вот когда за непослушание наказывают, они в конце концов начинают слушаться. Особенно, если хвалить и поощрять за хорошее поведение… Метод кнута и пряника отлично работает во всех мирах!
И вот сначала один зверь, потом другой, следом ещё несколько, потом и остальные склонили передо мной свои головы.
А я смотрел на склоняющиеся башки монстров, и у меня в голове крутились слова из «Маленького принца»: «Мы в ответе за тех, кого приручили».
Получалось, я теперь в ответе за всех этих монстров.
Твою мать! Не было печали, купила баба порося.
И что мне теперь с ними делать?
И тут мой взгляд упал на парящих под потолком Зихао и Бао. У меня к этим голубчикам были вопросы… Но как их достать?
Я по новой оглядел своё воинство. Жаль, летающих тварей среди них не было.
Думать про то, что существуй летающие монстры, я возможно сюда и не добрался бы, я не стал. Смысл? История не знает сослагательного наклонения.
Летающих тварей не было. Но были бегающие и прыгающие.
Хотя допрыгнуть туда, где сейчас находились длинноволосые мужики в платьях, было невозможно.
В общем, пока без вариантов.
Мужики не улетали. Они продолжали парить. Интересно, почему? Не для того же, чтобы убедиться, что монстры благополучно скушали меня?
Или их привлекала та хрень, которую они взорвали? Хотят восстановить свою сеть порталов? Но это мы ещё посмотрим!
Я перевёл взгляд на пьедестал.
К сожалению, мне отсюда было плохо видно. Но прыгать туда, когда там арратаны, я точно не хотел. Поэтому я, глядя на монстров, которые были наверху, скомандовал:
