– Привет, – сказала Кэндис, врываясь внутрь с кучей пакетов в руках. – Я так и подумала, что ты здесь. Я купила завтрак. Надеюсь, вы еще не поели.
– Мы как раз собирались, – ответила Лиз, забирая сумки у Кэндис и направляясь обратно на кухню. Она переночевала у Брен, потому что когда она подвезла ее домой, было уже слишком поздно, и ей не хотелось возвращаться в пустую, холодную квартиру. Брен дала ей футболку и голубые шорты в клеточку, в которых она до сих пор и ходила. Она спала на матраце в комнате, которая когда-то была ее спальней, и ей было там очень уютно. Она устала и была взвинчена. Атмосфера в клубе раздразнила ее, а за полчаса у Рэйли на коленях возбуждение достигло точки кипения. Забавно, но ей и в голову не пришло самой удовлетворить свои желания. Соответственно, и проснулась она в тяжелом настроении, и тяжелая пульсация внизу живота нисколько не исчезла.
– Нужно сделать кофе, – сказала Лиз, зная, что говорит она это вовсе не заботливо, а даже грубо. Вряд ли Кэндис проснулась, чувствуя, что она не желанна и не удовлетворена.
– Хорошо. Я буду кофе. – Кэндис села на один из высоких стульев в зоне готовки напротив Лиз, которая расставляла чашки. – Как тебе место, где мы были вчера? Было классно!
– Ну, такие женщины мне не очень нравятся.
– А последняя?
Лиз сказала бы «нет» вчера, даже, несмотря на то, что эта сцена с кожей и насилием отчасти стала причиной ее возбуждения. И все-таки, смотреть на то, как сильная женщина буквально встала на колени из-за желания, было возбуждающе.
– Это было сексуально.
– Да. Я и говорю. – Кэндис порылась в одном из пакетов и вытащила круассан с малиной. Брен хорошо повеселилась, как ты думаешь? Она сказала, что ей понравилось?
– Думаю, да, – сказала Лиз, включая кофеварку. Если Брен захочет рассказать Кэндис о танце на коленях, она расскажет. Видимо, Кэндис была чересчур погружена в завоевание кого-то, чтобы обратить внимание на такое необычное поведение Брен.
Кэндис отломила кусочек круассана и отправила его в рот.
– Вам с Рэйли тоже было очень уютно.
Лиз покраснела.
– Я думаю, мы можем быть друзьями. Я рада.
– По-моему, это выглядело не очень похоже на дружбу, – сказала Кэндис, доставая пустую чашку с полки. Она протянула ее Лиз. – То, как ты прижималась к ней.
– Я сидела у нее на коленях, – подчеркнула Лиз, наполняя чашку Кэндис, – потому что Паркер хотела поговорить с тобой. Правда, тебе было все равно.
– Паркер провела вечер с Рэйли, – небрежно заметила Кэндис. – Значит, она встречается с Рэйли, и, если ты не заметила, они выглядели весьма счастливыми, когда пришли. Я удивлена, что тебя это не обеспокоило.
Лиз чуть было не шарахнула кофейник об новое вручную расписанное столовое покрытие Брен.
– Во-первых, то, что делает Рэйли – не мое дело. Во- вторых, Паркер была немного пьяная. И она большую часть вечера пыталась добиться твоего внимания.
Кэндис повернулась на стуле и беззаботно скрестила ноги.
– Я ни с кем не встречаюсь во второй раз.
– Ты просто задница.
– Что? – негодующе воскликнула Кэндис, поворачиваясь обратно, чтобы посмотреть на Лиз.
– Ого, – сказала Брен, заходя на кухню. – Что я пропустила?
– Всего лишь то, что Кэндис идиотка.
– Всего лишь то, что Лиз противная.
Брен улыбнулась и взяла кружку с кофе, которую протянула ей Лиз.
– Ну хорошо. Ничего нового. Мм, это круассаны?
– Да. Для тебя есть с шоколадом. – Кэндис посмотрела на Лиз. – Не могла бы ты объяснить свои слова?
– Сейчас утро субботы, так?
Кэндис нахмурилась.
– Да.
– И в четверг – сейчас с четверга прошло два дня – ты в середине ланча убежала, чтобы заняться сексом с Паркер?
– Да, – ответила Кэндис, отламывая еще кусочек от круассана. – И что?
– С чего ты решила, что в пятницу, когда Паркер пришла в клуб, в который, нужно заметить, пригласила ее ты, она пришла не для того, чтобы увидеть тебя?
Брен молча пила кофе и наслаждалась шоколадным круассаном.
– Потому что, – ответила Кэндис, – Паркер и я уже обсудили то, что мы не собираемся встречаться. И, – продолжила она, не давая себя прервать, – если ты помнишь, когда она пришла, она прямо-таки висла на Рэйли.
– Паркер выпила, а до этого она пила обезболивающее, поэтому она была пьяная. – Лиз взяла пакет с круассанами. – Здесь есть с творогом?
– Конечно, – заносчиво ответила Кэндис.
– Кроме этого, – продолжила Лиз, – Паркер наверняка запуталась в твоих правилах, исходя из того, что ты пришла к ней за день до этого.
– Паркер все прекрасно понимает. И вообще, с каких пор тебя так волнуют мои девушки?
– С тех пор, что эта девушка мне нравится, Кэндис. – Лиз положила круассан на салфетку и облокотилась на стойку.
– И мне кажется, тебе тоже.
Кэндис отвернулась.
– Ты выглядишь такой свежей и отдохнувшей с утра, Кэнд, – сказала Брен в наступившем молчании. – Как прошел остаток вечера?
– Отлично, – сказала Кэндис.
– Это кто-то, кого мы знаем? – Брен подлила себе еще кофе.
– Не думаю.
– Ты хоть узнала ее имя? – спросила Лиз.
– Софи, – Кэндис вздохнула, облокотилась на стойку и подперла подбородок руками. – И я не спала с ней.
– Что? Ты не осталась с ней? Как ты добралась домой?
Воскликнула Лиз, ее раздражение боролось с тревогой. – Мы бы подождали тебя, если бы ты сказала, что ты не едешь домой с ней. Это было безумие, Кэндис.
– Я поехала домой с ней. Я просто не спала с ней, когда мы добрались до дома.
Брен удивленно спросила:
– Это у тебя в первый раз? Кэндис ухмыльнулась.
– Кажется, да.
– Почему? – спросила Лиз.
Кэндис пожала плечами.
– Она много выпила.
– И? – настаивала Лиз, чувствуя, что дело не в этом.
– И я была не так уж возбуждена.
– И? – хором сказали Брен и Лиз.
– И мне просто не хотелось, понятно?
– Не понятно, – сказала Брен, и Лиз с ней согласилась.
Кэндис встала со стула и прошла по кухне к открытой задней двери. Она стояла, глядя на улицу, и утренний свет обрамлял ее светлые волосы золотым ореолом. Лиз подумала, что в профиль она выглядит чистой и непорочной, как Мадонна.
– Мне показалось, что это бессмысленно, – тихо сказала Кэндис. – Возможно, она довела бы меня до оргазма. И я абсолютно уверена, что я довела бы до оргазма ее.
Лиз улыбнулась, но ничего не сказала.
– Но потом все, что нам дало бы это – всего лишь пара секунд удовольствия. Которое уходит сразу же.
– Не всегда, – тихо сказала Лиз.
Кэндис хитро улыбнулась ей.
– Я знаю.
– Почему прошлой ночью все было по-другому? – спросила Брен.
– Я не знаю.
Лиз хотела было сказать, что это, должно быть, как-то связано с Паркер, но Кэндис наверняка уже размышляла об этом. Ее боязнь обязательств, боязнь отношений вообще, была слишком глубокой, чтобы ее можно было так просто преодолеть. Лиз выбрала более мягкий подход, хотя ей и хотелось устроить Кэндис встряску.
