Стивен был одет в свою парадную капитанскую форму, более нарядную, нежели его обычное рабочее платье, — темно-синий камзол с обшлагами был без воротника, белую рубашку с плиссированным жабо из-под красного жилета, отороченного золотистой тесьмой. На нем были черные туфли с пряжками, а мускулистые икры обтягивали белые чулки. Как и Томас, Стивен собрал волосы на затылке в косичку, видневшуюся из-под черной треуголки с золотой тесьмой.
Команда «Либерти» одобрительно зашумела, когда Том поцеловал невесту после того, как Стивен объявил молодую пару мужем и женой.
Прежде чем предоставить новобрачным свою каюту, Стивен настоял на том, чтобы все участники церемонии с ним выпили. Он налил дамам по бокалу мадеры, а себе и Тому — коньяку. Стивен поднял бокал и провозгласил тост за счастье молодых.
— О Боже, терпеть не могу коньяк! — пожаловался Том. — Стивен, ты мог бы хотя в этот день угостить меня более приличным напитком.
— Придется терпеть, Том, если собираешься занять мои апартаменты, — добродушно сказал Стивен. — Ты ведь знаешь, что, кроме коньяка, мы не припасли другого спиртного. — Неприязнь Тома к любимому напитку Стивена была постоянным предметом стычек двоюродных братцев с того самого дня, когда Том, став взрослым, впервые выпил.
Патриция через некоторое время, извинившись, вышла. Барбара и Том тоже поднялись на палубу, чтобы дать возможность Стивену переодеться в обычные рубаху и штаны.
Тишину вдруг нарушили звуки скрипки и ритмичные аккорды гитары, к которым сразу присоединился варган[8].
Какой-то матрос подхватил Барбару и пустился с ней отплясывать джигу. Патрицию тоже вытянули на палубу и вовлекли в танцы. По случаю празднества открыли несколько бочек пива.
Стивен стоял, прислонившись к борту, и улыбался, наблюдая, как Патриция пытается приноровиться к быстрому ритму танца. Прежде у нее не было возможности научиться танцевать джигу, но вскоре она уже двигалась в такт партнеру, а ее лицо сияло от удовольствия, когда то один, то другой матрос приглашал ее на танец. Барбара тоже была постоянно занята, и жениху редко удавалось потанцевать с невестой.
Пока продолжалось торжество, корабль приспустил паруса. Патриция совершенно обессилела, но не могла припомнить, чтобы когда-нибудь так веселилась.
Стивен несколько раз ее приглашал. Он легко ее кружил, обнимая за талию и приподнимая в воздух как перышко. Она с визгом обхватывала руками его шею, а он вертел ее вокруг себя. Она смеялась и сияла от восторга.
Внезапно музыка кончилась, и Стивен медленно опустил Патрицию, прижимая к себе, пока ее ноги не коснулись палубы. Это движение ее возбудило. Она перестала смеяться, почувствовав жгучее желание. Когда они посмотрели в глаза друг другу, взгляд Стивена красноречиво говорил о его чувствах.
В следующее мгновение ее подхватил и увлек другой партнер.
Новобрачные потихоньку исчезли, а матросы явно перебрали пива. Музыканты играли традиционные шотландские мелодии. Им не требовались ноты, они знали их наизусть.
Стивен стоял один за штурвалом. В свободной руке он держал большую кружку пива. Время от времени он делал маленькие глотки. Патриция заметила его одинокую фигуру и пошла наверх.
Корабль плавно скользил по воде. Стивен не стал поднимать все паруса, поэтому они двигались со скоростью не более двух узлов в час. Легкий ветерок играл парусом, а вода и звездное небо сливались в бархатной темноте.
— Мне кажется, я могла бы так плыть целую вечность, — тихо сказала Патриция. — Море очень красиво ночью.
— Хочешь встать за штурвал? — спросил Стивен. Ее сердце подпрыгнуло от волнения.
— Очень хочу. Я все время думала, каково это — управлять кораблем.
Стивен отступил назад, и она взялась за тяжелое деревянное колесо.
— Как ты определяешь направление движения? — спросила она. — Ведь все вокруг так однообразно?
Стивен сделал шаг вперед, и Патриция оказалась в кольце его рук. Он указал на яркую звезду высоко в небе.
— Ориентируйся на эту звезду над головой. — Его теплое дыхание шевелило ей волосы на затылке. Он поднес ко рту кружку пива, но при этом не разорвал кольца своих рук.
— Хочешь глотнуть? — спросил он.
Она кивнула, надеясь, что он ее освободит. Его близость ее волновала. К ужасу Патриции, он поднес кружку к ее губам, и она сделала несколько глотков горького пива.
Ее нос сморщился от отвращения.
— Какое противное. К тому же оно теплое!
— Ну по крайней мере мокрое, — усмехнулся он, продолжая глотать пиво. — Я бы предложил тебе стаканчик мадеры, но, к сожалению, моя каюта занята.
— Значит, тебе негде спать. Где же ты устроишься этой ночью? — Патриция почувствовала, что не может сосредоточиться на путеводной звезде.
Он лукаво улыбнулся:
— Кажется, это не похоже на приглашение. Скорее всего придется устроиться в каюте моего помощника.
— Но она уже занята, капитан. Почему бы не поискать место там, где помощник спал раньше? — быстро сказала она.
Он придвинулся поближе, и Патриция почувствовала сквозь платье жар его бедер.
— Долго ты собираешься ставить меня в неудобное положение перед командой, Тори? Все знают, что я схожу по тебе с ума, — прошептал он ей на ухо.
Она намеренно избегала его взгляда.
— Скорее я лишусь рассудка, капитан.
Когда Стивен старался ее покорить, он был неотразим, и она не могла перед ним устоять.
Патриция выскользнула из его рук, чтобы поскорее уйти.
— Кажется, мне давно уже пора в постель. Спокойной ночи, капитан.
Однако соблазн был слишком велик, и она взглянула на него еще раз. Его темные волосы были взъерошены, на лице сияла невероятно притягательная улыбка.
— Это твой окончательный ответ?
— Окончательный и бесповоротный, капитан, — сказала она с притворной суровостью.
— Не зарекайся, Тори, — предостерег он ее, когда она поспешно удалилась.
Глава 23
Настроение команды явно повысилось. Корабль подошел к Кингстону.
Стивен на юте смотрел в подзорную трубу на три судна, стоящих на якоре в гавани.
— Проклятие! — выругался он вслух.
Томас Сазерленд, находящийся рядом, тревожно взглянул на него.
— В чем дело, капитан?
— «Серпентайн» в порту. Я надеялся, что этот подлый ублюдок Лауретти сейчас где-нибудь в другом месте. «Китаянка» тоже здесь. Это значит, нам не избежать встречи с Билли Вонгом. — Он направил подзорную трубу на третий корабль. — И это не наш корабль, но на нем нет опознавательных знаков. Я не вижу названия.
— Он вооружен? — спросил Том.
— Судя по ватерлинии, на нем есть пушки или трюм загружен до отказа. Право на борт, мистер Сазерленд. Давай-ка получше рассмотрим этот корабль.
