Руди понимающе кивнул, догадываясь, что делал Ингольд. Ингольд отыскивал и понимал изменение каждого острого листика сорной травы, понимал и шорох песка под тяжестью ступни, каждый запах, который приносил воздух ночи. Он получал эти сведения через свои чувства, заброшенные, как сеть, на сотни миль. Он искал опасность в ночи и не находил.
- Но в таком случае, - спросил Руди, - где и что такое дух?
- Именно этот вопрос задают мои люди, - прогрохотал бас. Посмотрев вверх, Руди увидел, что Эхо Ветра вошел в убежище, наклонив свою высокую голову под низкой крышей. Его окружала грязная аура запаха костра и тушеной дичи. Воины, которые вошли за ним, - младшие начальники военного отряда, предположил Руди - с трудом внесли прочно сплетенную корзину, измазанную снаружи и внутри затвердевшей глиной и полную больших кусков дымящегося мяса. Другие несли посудины, заполненные зеленоватой кашей с резким запахом. Руди посмотрел еще раз и увидел, что часть маленьких сосудов были черепами дуиков. Другие, судя по размерам черепов и отсутствию подглазных краев, были черепами животных.
Младшие начальники устроились в стороне, усевшись на шкуры и тихо переговариваясь. Время от времени медленное течение разговора доходило и до Руди - умеренный приглушенный шум голосов, напоминающий вздох ветра, дополненный знаками, и с едва различимыми изменениями интонаций.
Только Эхо Ветра подошел и сел с Руди и Ингольдом, он принес мясо, кашу и бутыль напитка, который имел тошнотворный сладковатый привкус и коварный алкоголь.
- А теперь, - сказал вождь, когда они закончили трапезу и вечер все окутал темнотой, - вы, колдуны, которые прочли все бумаги безумных землекопов за горами, что это за дух, который страшнее Дарков, Пожирателей в Ночи?
- Страшнее? - тихо спросил Ингольд. Руди послышалось в густом шероховатом голосе не только опасение, но и переполняющее любопытство. Руди подумал, что Ингольд или узнает все, или умрет.
- Он должен быть таким.
- Почему? Вы видели его?
Отрицательное движение головой - и серебряная вспышка на толстом сверкающем шнуре.
- Тогда откуда вы узнали, что он страшнее?
Рейдер дернул плечами - легкое движение, напоминающее резкие движения Ледяного Сокола.
- Исчезли Пожиратели, - сказал он. - Они бросили все Гнезда в земле, из которых появлялись, и больше не приходят в эту часть равнины. Если дух поглотил Дарков, то теперь, когда они исчезли, не уничтожит ли он нас? Когда погибнут выбранные им жертвы, не придет ли он за другими? Мы ничего не знаем о нем и никогда его не видели. Но почему ушли Пожиратели? Отчего бы сбежали такие существа? Ты слышал что-нибудь о нем в твоем учении, Пустынный Странник?
- Нет, - сказал Ингольд. - Я ничего об этом не слышал. Давно ушли Пожиратели в Ночи?
Эхо Ветра задумался. Снаружи с падением температуры неистово завыл пронзительный ветер, в нескольких дюймах от их голов крыша убежища сердито трещала на своем креплении.
- Это было в первую четверть луны осени, - сказал наконец варвар, и Руди, одаренный тайным зрением мага, увидел, как Ингольд вдруг поднял глаза, необычный пыл озарил его изборожденное морщинами лицо. - Да, продолжал вождь. - Они вышли в последнюю полную луну уходящего лета далеко на севере, охотились на наших землях, на землях Охотников на Мамонтов и Народа Равнин. А мы, Народ Извилистых Холмов, Народ Белых Озер, Народ Вулканов и все другие, двинулись на юг. Мы прочесали пустыни, собирая с земли маленьких клопов, как это делали дуики. А теперь Пожиратели в Ночи ушли и больше не появляются из своих нор. Но что заставило их уйти, Пустынный Странник? Почему они так боятся этого духа? Сейчас он пришел сюда и увел Пожирателей из их Гнезд даже в пустыне. Мы проводили ночь у каждого Гнезда, они не выходили ночью. А что нам делать, если он решит охотиться на нас?
Ингольд сидел, будто окаменев. Но Руди почувствовал его напряжение, похожее на электрический ток, и услышал его за глубоким спокойствием его скрипучего голоса.
- Когда уходят олени, лев не питается травой, которую ели они, сказал он тихо. - Не делает этого и страшная птица. Может быть, человечеству нечего бояться. Но расскажи мне, Эхо Ветра, где это Гнездо, рядом с которым ты провел такую тихую бессонную ночь?
Вождь Рейдеров сказал:
- Взяв быстроногих скакунов, мы сможем быть там завтра. - Его янтарные глаза сверкнули в темноте, как глаза чудовища.
- Где же ваши быстроногие скакуны? - живо откликнулся Ингольд.
10
Руди никогда раньше не сидел на лошади, если не считать его лихую попытку по дороге из Карста. Он скакал вместе с патрулем, чтобы получить сведения о сожженном Белыми Рейдерами фермерском доме. Он до сих пор поеживался при воспоминании о верховой езде. Но воскрешая в памяти то, как он сидел на Маверике и Паладине, Руди находился под впечатлением, что не было ничего лучше, чем скакать верхом на лошади на закате. Лишь недавно он обнаружил, что ошибался.
У Белых Рейдеров были высокие и длинноногие скакуны. Правда, от скудного кормления солончаковыми растениями и жесткой травой они отличались худобой, норовистостью и дикостью. Руди познал все муки унижения, когда в кромешной тьме перед рассветом в ледяной пустыне ему пришлось понукать самую тихую и старую кобылу из всего стада, ту, что Эхо Ветра выбрал для него из-за ее кроткого характера. Он перевел взгляд на Ингольда в горькой зависти; тот сидел на неистово фыркающем жеребце, как атаман.
- Вам не случалось служить в кавалерии? - спросил он, когда несколько Рейдеров пошли ловить кобылу, их беззвучный хохот почти ощущался в свинцовом мраке.
- Как сказать, - таинственно ответил колдун. Его дыхание было едва слышно, в руке он держал единственный сыромятный повод, другая рука расслабленно отдыхала на бедре.
Руди вспомнил, что в молодости Ингольд был рабом в Алкетче, он вспомнил и то, как тренируется алкетчская кавалерия. То, что он, прикованный к тренировочному столбу, испытал на себе все сабельные атаки местных вспыльчивых людей, конечно, не улучшило его верховую езду. Но если история говорит правду, то все это объясняет железные нервы старика.
- Считается, что служил, - выдохнул он.
Вернулись Рейдеры с серьезными лицами, привели тихую и кроткую кобылу.
Они не давали себе передышки до рассвета и продолжали путь днем. Внезапно стало облачно, похолодало. Маленький конный отряд мчался галопом на север под бледным, холодным небом. Слой снега покрывал красные пески и становился все толще.
Тут и там Руди видел незнакомые ему следы, это были следы северных животных. Тишина, нависшая над землей, была страшнее холода. Казалось, все было безжизненным в этих пустынях песка и снега. Даже пыльные ветры, что кружили, как дьяволы, над пустыней, появлялись только для того, чтобы исчезнуть. Когда всадники останавливались, чтобы отдохнуть или сменить лошадей на запасных, которых они вели с собой. Эхо Ветра неугомонно шнырял, тихо переговариваясь с дюжиной своих воинов, или прислушивался к звукам, которые были недоступны слуху Руди. Воины, которые прибыли с ними, были молчаливы и раздражительны, как животные перед зарницей, держались вместе в бесконечных просторах снежной пустыни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
