вы все-таки не против, то я б хотел предложить кое-что. У меня есть одна подруга, которая могла бы избавить тебя от игрового эмулятора.
А вот теперь он таранит своими пристальными радужками именно меня.
- На нее можно положиться? На твою эту знакомую? – хмуро клокочет Квордор.
Нервничает, кажется.
У меня тоже мелко рябит в внутренностях от волнения.
Неужели я смогу избавиться от этой скилл-дряни перед глазами? А еще от настырных приказов в голове?
- Зависит от того, насколько вы доверяете институту брака, - хитро подмигивает вайдовец.
- А это тут причем? – подаю я голос.
Он у меня прибитый сейчас, размазанный в жижу. Как и мой разум.
Мне страшно и радостно одновременно!
«Пусть это окажется достижимым! Ну, пожалуйста!» – визжу про себя.
- При том, что девушка, о которой я говорю – супруга командора Вайда, - ошарашивает нас Гермун. – Она землянка тоже. То есть мне она не подчиняется. И ручательств за нее вам я не выдам. Но, повторяю, она жена Вайда…
Он разводит руками, как бы говоря: «Дело ваше, хотите принимайте такие гарантии ее лояльности, хотите нет».
Глава 31.
- Как именно она сумеет добраться до эмулятора, внедренного Майе? – Квордор в отличие от меня не собирается бросаться с головой в шанс.
- Через нейросеть, - говорит Гермун.
Но дреду и этого мало.
- Детализируй, - напирает он.
- У моей знакомой особая мана, - неохотно принимается вайдовец вводить нас в курс. -Она умеет частью своего сознания внедряться во всё цифровое, электронное, нейро-кибернезированное. И устраивать там кабздец всему, что ей не понравится.
- Крутой навык! – восхищенно расширяются мои глаза. – Я тоже так хочу.
- Нее, не рекомендую. Не каждая выживет после того, как ее разум порвало на части в портальном туннеле, - как нечто обыденное рассказывает Гермун.
А у меня внутри всё обрывается, когда представляю, через что девчонка прошла. Особенно когда он опускается до подробностей. И начинает рассказывать про сам момент раскола психики девушки. И про последующую кибер-нейролизацию.
Видимо, Гермун очень хочет, чтобы мы прониклись доверием.
- Она относительно недавно научилась сливать воедино обе версии своего «Я» - дигитальную и биологическую, - вещает он. – Но я голову даю на отсечение – Лайма тебя мигом починит, землянка! Сделает всё в лучшем виде.
- Смотря, что ты имеешь подразумеваешь под починкой, - задумчиво трет Квордор скулу. – С точки зрения маршалов – это значило бы избавить Веснушку от брака. А нам с ней бракованность как раз таки выгодна.
- Не слушай его, - возвращаю внимание Гермуна к себе. – Квордор любит рассматривать истину с разных позиций. Давай лучше ближе к делу. Как мы можем связаться и напроситься на репарацию к твоей подруге?
***
Это фантастика, конечно! Но… мы пришли к согласию.
Я и Гермун.
И даже Квордор в конце концов нехотя кивнул. Что означало, он не станет препятствовать предстоящей мне операции.
Она, разумеется, немедицинская намечалась. Но, если честно, от наркоза я бы не отказалась.
- Ты и так хохочешь, будто этим вашим веселящим газом надышалась, - брюзгливо замечает Квордор.
Сидит у моего изголовья, как участливый посетитель пациентки.
Только что за руку меня не держит. И фруктов не принес замороженных!
Мог бы хоть генно-модифицированные аналоги раздобыть!
Озвучиваю ему причины своего недовольства. И нарываюсь на еще более ворчливую гримасу.
«Чего доброго еще сдёрнет меня с койки, к которой меня ремнями прижали, - проскакивает разумная мыслишка в голове, - и вынесет из репарационного модуля! С Квордора станется!»
Решаю проявить благоразумие.
- Это у меня от нервов, - делаю глубокий вдох, чтобы перестать паясничать. – Не каждый день тебя обездвиживают. И готовят к интервенции в твой мозг! Я вся как на иголках, Квордор! – говорю и вдруг принимаюсь хихикать и в самом деле как ненормальная. – У меня эмоции шалят. Вкусно?
- Очень, - беззастенчиво признается мой ухажер. – Если выживешь, поделюсь с тобой посредством хвоста этим накопленным спектром энергии. Охренительный коктейль!
- Зачем ты так? – моргаю остекленевшими глазами. Смотрю на своё отражение в зеркальном потолке и вижу, как меня ужасом приморозило. – Зачем напоминаешь про «выживешь»!
- Затем, что это опасная для жизни процедура, Майа! - цедит альбхитарец, клацая на меня челюстями. – Надо было обдумать всё. Подождать. Разузнать. Проверить. Обсудить, - сыпет он радугой глаголов. – Поэкспериментировать. Посоветоваться. Проконсультироваться у…
- Квордор, - нежно зову, дотягиваясь до его грозной руки кончиками своих тонюсеньких пальчиков. – Не бойся. Я выживу, обещаю! – даю клятву, глядя в немигающие глаза дред’ хитарца.
Он гулко сглатывает. И дышит, трепыхающимися ноздрями.
«Мой дред реально трясется за меня. Потерять боится! – ловлю озарение. – Люби-и-ит…» - прикрываю глаза и расплываюсь в довольной улыбке.
- Опять нервы? – вздыхает Квордор, лишившись зрительного контакта со мной.
- Нет, это уже от счастья, чувствуешь?
- Чувствую, - выгибаются строгие брови дреда. – А отчего?
- Оттого, что я молодец, - улыбаюсь шире. – Я Легенду любить научила!
Ответ Квордора остается за мембраной тайны. Потому что к нам возвращается Гермун и сообщает, что всё готова для внедрения в мою нейрональную систему.
Лайма, а именно так зовут супругу командора Вайда – девушка с неординарными способностями - уже на связи. И она начнет синхронизацию с моей нервно-психической системой прямо сейчас. В режиме реального времени!
Я всё еще лежу на жёсткой койке.
Краем сознания я всё примечаю. Так что точно знаю, где моё тело.
Оно неподвижно, будто застыло в вакууме. Висит в невесомости где-то по центру между вдохом и выдохом. А иногда валится обратно на койку.
На самом деле оно постоянно на койке. Но мне временами чудится, что всё не так…
На моих вспотевших висках — имплант-контакты.
Это крошечные штырьки, чуть подрагивающие от поступающего сигнала.
Металлический обруч под самой грудью шипит, как сердитая змея — это в систему входит ОНА.
Лёрда Лайма.
Девушка-цифра.
Девушка - мега-кибер-мозг!
Сначала это был только холод. Не по коже, нет.
А где-то внутри, под черепом. Словно куском айсберга грубо и шершаво прошлись по синапсам.
Потом началось щекочущее покалывание. Словно стая наношершней жужжала вдоль позвоночника, пробираясь всё глубже, вгрызаясь в ядра позвонков. И оттуда устремляясь в головные ганглии мозга.
"Я близко," — отозвался голос, когда я подсознательно спросила, смогла ли Лайма обнаружить
