Водолазы приготовились к новому погружению, хотя ветер все усиливался и волны начали захлестывать палубу судна. Что и говорить, о погружении водолазов не могло быть и речи, а посему они согласились отложить погружение.
![]()
Киногруппа на борту судна One Eagle
Мы спустили за борт робот, который за это время был оборудован надежным крюком. Мы снова стояли у монитора связи с роботом и неотрывно вглядывались в экран. Однако гидролокационного аппарата мы так и не увидели. Точно так же как и 120 метров его ярко-желтого кабеля. При этом Пол и Крейг довольно быстро привели робот на место, где мы нашли аппарат днем раньше. При этом все приметы, по которым мы заметили местонахождение аппарата, остались на месте: стул из ходовой рубки «Эстонии», оконная рама, телефонный аппарат, чемодан. Все осталось на месте. А вот аппарат просто испарился.
Пол и Крейг не нашли для этого никакого иного объяснения, чем то, что его кто-то подцепил. А поскольку на этом месте ночью оставались только корабли береговой охраны, а шведский корабль имел на борту аналогичного робота, то можно было предположить, что наш аппарат подняли шведы. Однако доказать это мы не могли.
Когда далеко за полдень наши водолазы начали очередной спуск, снова был использован робот. Однако они снова забыли установить свой собственный маркировочный буй. Фатальная ошибка, которая уже вскоре создала дополнительные проблемы: из-за ухудшившейся погоды кабель робота попал в носовое подруливающее устройство нашего судна, что вызвало короткое замыкание. При этом не нашлось и поискового троса, который соединял бы буй на поверхности с местом его закрепления на корпусе «Эстонии», что обеспечило бы водолазам быстрое достижение этой точки на корпусе. И лишь благодаря энергичному и не лишенному эмоций вмешательству Фолькера робот все же был спасен, но из-за повреждений о его использовании нечего было и думать.
Наше настроение упало до нулевой отметки. Американцы находились в состоянии отчаяния. Они теперь не могли уже ничего делать. Все их высокотехничное снаряжение за прошедшее время было либо потеряно, либо приведено в состояние негодности. Грегг полагал, что лучше было бы прекратить наши поиски и вернуться сюда будущим летом. Но я не могла согласиться с ним. Он не понимал, что такого шанса мы больше никогда не получим. К «Эстонии» нельзя приезжать, когда захочется, как в отпуск.
Грегг аргументировал свою позицию тем, что мы получили достаточно большое количество видеозаписей носовой части «Эстонии». Для него и его команды этого было достаточно. А другие подробности, как он полагал, можно будет выяснить в следующем году. Но так не могло и не должно было быть. Может быть, для американцев эта операция и была одна из многих. «Лузитания», «Британник», «Эстония» — для них между этими экспедициями не было большой разницы. Но я твердо решила не допустить прекращения работ. И тем более сейчас, когда мы сумели пробиться через чинимые различными правительствами рогатки, сумели выстоять против хитростей и трюков, предпринимаемых береговой охраной. Результатов нашей экспедиции ждало множество людей, так много родственников погибших возлагали на нас свои надежды!
Я позвонила в фирму, с которой у меня уже раньше установились контакты и о которой я знала, что у нее также имеются роботы типа ИОУ и очень хорошие специалисты. При этом я использовала нашу большую установку спутниковой связи, поскольку только она обеспечивала устойчивую связь. Все другие спутниковые телефоны были забиты радиопомехами. И мне повезло. Они пообещали предоставить нам робот. Настоящий Hiball и опытного оператора к нему. На автомашине его перевозку можно было осуществить молниеносно. Оставалась лишь проблема его быстрейшей доставки по морю, так как в противном случае наш корабль должен был бы вернуться к ближайшему немецкому порту. Для этого потребовалось бы два дня пути туда и обратно. На несколько мгновений я заколебалась. Может быть, нам сможет помочь Вернер Хуммель из немецкой экспертной группы, о котором я знала, что на него в крайнем случае всегда можно положиться? И я решила, что именно такой случай настал.
Я предложила направить оператора нашего робота в Гдыню. Это позволило бы нам сэкономить время, и нам не нужно было бы возвращаться в немецкий порт. Хуммель согласился помочь нам с перевозкой робота.
Одновременно я попросила Кая обеспечить связь с берегом на буксире Bulck. Благодаря такой комбинации мы могли бы оставаться на месте. Я проинформировала о принятом мною решении американских водолазов и других американских участников экспедиции. Новый робот должен был прибыть, как я рассчитывала, в течение двух суток. Если кто-то из них не захочет больше оставаться с нами, то он может вернуться на буксире Bulck на польское побережье, а оттуда домой. У некоторых водолазов уже возникли проблемы с их женами, подругами или руководством после того, как стало ясно, что наша экспедиция вместо запланированной недели, по всей вероятности, продлится еще несколько дней. Кроме того, американцы испытывали большую досаду и разочарование из-за потери техники, а Грегг, очевидно, был озабочен тем, что я заявила «нет» на его намерение прервать экспедицию.
У каждого из них был в распоряжении один час на принятие решения. Водолазы удалились для обсуждения ситуации в кают-компанию. Я лично переговорила с Полом, Лаурой, Крейгом и Баком, заверив их, что очень высоко ценю их помощь и что они действительно могли бы быть полезны при проведении дальнейших поисков.
И вот к нашему борту причалил буксир Bulck.
Было интересно, кто из американцев покинет нас?
Я с трудом переносила волнение.
А между тем Вернер Хуммель организовал отправку морем нового робота. Андреас, оператор нового робота, находился уже в Польше, по пути в Гдыню. Кай и капитан Bulck настаивали на скорейшем отплытии, чтобы не терять ни часа времени. Когда Bulck отвалил от нашего борта, все члены нашей экспедиции остались на борту.
Водолазы сказали мне, что они не оставят меня и продолжат работы, несмотря на недовольство своего начальства и жен.
А как же американцы?
Бак крикнул вслед удаляющемуся буксиру: «Привезите нам настоящей пиццы!»
Я была не в силах описать своей радости от подобного оборота дел.
Перед следующим погружением Якоб подошел ко мне и показал два теннисных мяча, которые он получил от команды буксира: «Я буду выбрасывать их снизу, если мы не обнаружим «Эстонию», а если обнаружим, то выпустим красный водолазный буй».
Итак, мы могли спокойно продолжать наши поиски.
Водолазы подготовились к погружению. По крайней мере, нам везло с погодой: установились прекрасные солнечные дни, и море было зеркально гладким.
С грузом 120 килограммов за спиной водолазам теперь нужно было только подойти к краю борта и, пройдя через отверстие в нем, которое расширил газовым резаком Губерт, просто спрыгнуть в воду.
Вчетвером они отправились на 80-метровую глубину.
Я смотрела на сверкающую гладь моря еще в течение двадцати минут.
И вот внезапно на поверхности моря появился красный декомпрессионный буй. Итак, они нашли останки «Эстонии».
От радости и в надежде, что находящийся на Bulck Кай сможет что-то услышать, хотя их судно на экране радиолокатора уже превратилось в светящуюся точку, я три раза нажала кнопку туманного сигнала. Буксир взревел пронизывающим до мозга костей ревом.
![]()
Водолаз Якоб Ольшевский
Свои два теннисных мяча Якоб снова поднял на борт и подарил их мне. Они и сейчас хранятся у меня дома, и я возьму их собой, если мне придется возвратиться к месту гибели «Эстонии».
В последующие дни работа шла спокойно и уверенно, несмотря на то что нас постоянно беспокоили облетающие нас самолеты и вертолеты шведской береговой охраны. Однажды с вертолета даже спрыгнули в море легкие водолазы. По чьему указанию они работали и какую работу они выполняли, осталось для нас загадкой. Неоднократно посещали нас и шведские военные корабли. Одному из них вдруг приспичило провести чистку стволов своих орудий именно в том месте, где мы проводили водолазные работы… О чем они уведомили нас лишь после того, как жерла их орудий были направлены на нас. А другому военному кораблю зачем-то понадобилось проверять в течение нескольких часов свои пожарные брандспойты. И хотя струи воды и не были направлены в нашу сторону, это было похоже на угрозу. Наконец, уже в предпоследний день нашего пребывания здесь, нам сообщили по радио наряду с прогнозом погоды также и о том, что военно-морские силы Эстонии будут проводить вблизи от нас минные учения. Но мы не позволили запугать себя ни в одном из этих случаев.
