словно взглядом сканирует.
«Или «нет»», – добавила я с нескрываемой досадой про себя. Да, я сильно скучала без Дамиана. Да, меня как магнитом тянуло к нему как к мужчине. Да, мне будет плохо без него. Но «замуж»…
– Витария?
Да что ж он такой настойчивый-то. И все еще смотрит, не отрываясь. Как будто даже не моргает.
– Зачем, Дамиан? Я такая молодая, я не хочу заживо похоронить себя в гостиных тупых аристократок, не хочу постоянно следить, правильно ли нянька пеленает ребенка. Я…
Этот изверг закрыл мне рот поцелуем! Пока я говорила, он добрался до меня, вытащил меня из кресла и сейчас самозабвенно целовал.
На этот раз я не стала его прерывать. Как ни странно, я сама растворилась в этих губах и сходила с ума, когда его язык играл с моим.
Несмотря на весь свой теоретический опыт, полученный на Земле, я все еще оставалась девственницей. А потому и те ощущения, что погребли меня под собой, были мне в диковинку.
Я словно нырнула с головой в глубокий омут, наполненный непонятным восторгом, странным ликованием, пресловутыми «бабочками» внизу живота и желанием, чтобы поцелуй не заканчивался никогда. Не знаю, сколько мы целовались в реальности. По ощущениям, это была вечность.
Наконец, Дамиан отстранился от меня. Мы оба тяжело дышали. Я хватала ртом воздух, пытаясь прийти в себя. Ноги подкашивались, руки тряслись, в голове стоял густой туман, мешавший мыслить адекватно.
– Не выдумывай глупостей, – выдал Дамиан. – Просто скажи «да».
– Я не…
– Витария, я тебя сейчас зацелую.
– Шантажист.
– Скажи «да», Витария.
Ну вот и что мне еще оставалось в такой непростой ситуации?
– Да, – выдавила я неохотно.
И этот шантажист меня снова поцеловал!
Глава 54
Беседуют два друга.
– Ты знаешь, уборка квартиры обходится нам пятьдесят долларов в день!
– А почему так дорого?
– Десять баксов я плачу нашей молодой горничной, а сорок долларов платит жена частному детективу.
Ночь мы, как и следовало ожидать, провели в одной постели, в спальне Дамиана. Именно тогда я стала женщиной. И тогда же, после очередных постельных игр, внезапно узнала, что через три недели состоится наша свадьба.
– Я тебя убью. После свадьбы. И стану богатой вдовой, – пригрозила я, наконец-то справившись с шоком. – Такие вещи, чтоб ты знал, решаются совместно.
– Если мы начнем решать это совместно, то свадьба состоится лет через пять, когда у тебя в кои-то веки закончатся все твои многочисленные возражения, – ухмыльнулся, как довольный наглый кошак Дамиан.
Вообще-то, через десять, никак не раньше. Так как возражений у меня чересчур много. Но в любом случае так не поступают! В нормальной паре! Особенно если твердят о любви! А так получаются одни слова, а как до дела доходит, начинается сплошная тирания!
Меня отвлекли от вполне справедливой обиды поцелуем. Традиционно. И со мной сработало.
В общем, ночью мы почти не спали, потому и утром я выползла из спальни Дамиана, зевая так, будто готова была проглотить полконтинента и второй половиной закусить на завтрак. Мои вещи за время моего не особо длительного отсутствия уютно устроились у Дамиана в шкафу. И конечно же, на этот шаг у меня снова никто не спросил разрешения – просто поставили перед фактом предложив открыть обе дверцы.
– В таком случае я работаю до самой свадьбы. В своей должности, – выдвинула я ультиматум.
– Так и слышу сплетни между аристократами, утверждающие, что я женился на собственной домоправительнице, – хмыкнул Дамиан, но спорить со мной в этот раз благоразумно не стал.
Мне на те сплетни было откровенно плевать – какая разница, кто и что скажет, я и так в их глазах давно являюсь старой девой. А вот стабильности хотелось. Слишком быстро моя жизнь сделала очередной поворот вокруг своей оси. К новым условиям следовало еще привыкнуть.
В коридоре второго этажа, еще до завтрака, меня поймала Аурелия. Впрочем, иначе и быть не могло. С моим-то везением.
– А вот и потеряшка нашлась, – заявила она весело. – Ты же понимаешь, что от занятий тебя никто не освобождал?
Я только вздохнула, тяжело так, с надрывом, как будто умирать собиралась, вот прямо здесь, на полу. На Аурелию мои актерские способности не произвели ни малейшего впечатления.
– После обеда, – сообщила она мне. – Твой жених знает о расписании. А потому оговорки насчет занятости не пройдут.
Отлично. Окружили, блин.
На кухню я приползла в состоянии «Не подходи, убью. А после закопаю».
– Ты есть будешь? Или тебе прямо сейчас лопату в руки дать? – ухмыльнулся Арсан, едва я переступила порог.
– Буду, – буркнула я, садясь на свое место и снова зевая. – Блин, ну вот какой из меня некромант?!
– Обычный. Не доучившийся, – просветил меня любезно Витор.
– Прибью, – мрачно пообещала я.
И уставилась в свою тарелку.
Бутерброды с кусками дичи, оладушки и пирожки с картошкой я проглотила за несколько минут. Мой голодный, уставший организм требовал подкрепления. Заполировав все съеденное морсом из ягод, я довольно улыбнулась и откинулась на спинку стула. Вот теперь мне действительно было хорошо.
А после завтрака меня «порадовала» Линда. Вернее, одна из ее подчиненных.
– Ася беременна, – сообщила Линда, когда мы вдвоем вышли из кухни и направились по коридору в холл. – Упорствует, хочет рожать и отдать ребенка на воспитание своей матери, в деревню.
Мои брови прыгнули вверх, под самые волосы. Не то чтобы в усадьбе запрещали слугам спать друг с другом. Скажем так, не поощряли. Лакею делали выговор, лишали его части зарплаты за нанесенный лорду ущерб. А беременную служанку однозначно рассчитывали. Как она будет дальше жить, с приплодом или без, начальство точно не интересовалось.
Вот только тут, подозреваю, дело было не в лакее. Ася – довольно симпатичная юная служанка, черноглазая брюнетка, убиравшая комнаты господ, очень часто появлялась наверху во время скачек.
– Это ведь внебрачный ребенок кого-то из аристократов? – уже не сомневаясь в ответе, уточнила я.
Линда кивнула.
– Кого именно – не говорит. Но она тогда убирала всего в двух-трех комнатах. Так что вычислить отца можно, пусть и не со стопроцентной вероятностью. Только смысл…
И правда. Мало того, что аристократы на служанках не женятся – чистоту крови усиленно блюдут, так он уже и был женат – на скачки приезжали только «перебесившиеся» семейные мужчины, с женами и дочерьми. Сыновей сюда не брали, как раз потому что Дамиан не хотел, чтобы его служанок «портили».
– Как долго она сможет проработать? – спросила я, обдумывая дальнейший план действий.
– Вита…
– Что?
– Увольняют сразу, ты же
