Читаем без скачивания Умирать — в крайнем случае - Богомил Райнов

— Какой беседы?

Я вкратце излагаю ему содержание беседы, после чего следует новый вопрос:

— Кто делал запись?

— Понятия не имею.

— В сущности, теперь это уже не имеет значения. Продолжайте.

Я с относительной точностью и незначительными сокращениями рассказываю о том, как развивались события в кабинете шефа.

— Значит, вы не видели, что произошло в подвале?

— Я не мог видеть. Могу только предполагать.

— А на чем основываются ваши предположения?

— Мистер Дрейк сказал: «Оставьте его Марку». А Марк — это его наемный убийца.

— Ваши предположения правильны, — помолчав, заявляет хозяин кабинета. — Сегодня утром тело Ларкина было извлечено из Темзы. С двумя пулями в сердце.

Мортон берет в руки каминные щипцы с длинной ручкой и, пододвигая наполовину сгоревшее полено к раскаленным углям, следит рассеянным взглядом за фейерверком искр. Помолчав, он говорит:

— Предполагаю, что Ларкин был вам достаточно антипатичен, чтобы вы за него заступились.

— В общем-то да — по-моему, его действительно нельзя причислить к людям, которые могли бы вызвать внезапный прилив симпатии. Но это не значит, что он был мне антипатичен, скорее я бы сказал безразличен, хотя о покойниках так не говорят. Будь у меня хоть один шанс, я бы попытался его спасти.

— А почему вы хотели его спасти?

— Да потому, что это безумие — восстанавливать против себя ЦРУ.

— Гм… — мычит Мортон. — Почему же вы все-таки не попытались?

— Вы не знаете Дрейка.

Мортон смотрит на меня своими задумчивыми карими глазами, под которыми набрякли мешки. Этот Мортон, видимо, привык действовать осмотрительно, не торопясь. И вообще он производит на меня впечатление осторожного и сообразительного сыщика, который не чета элементарным типам вроде Ларкина. И внешность у него не отталкивающая. Мортон даже как-то располагает к себе вежливостью, обходительностью, мягким голосом и выражением лица, на котором светится благосклонное участие.

— Я достаточно хорошо знаю Дрейка, — говорит хозяин кабинета. — Он просто старый осел… Только из тех ослов, которые мнят себя пронырами и которым даже удается создать такое впечатление у других. И все же он просто старый осел. А убийство Ларкина — последняя глупость, которую ему суждено было сделать на этом свете.

Для внесения полной ясности Мортон добавляет:

— С Дрейком кончено, мистер Питер, хотя он все еще не подозревает об этом. А вот что прикажете делать с вами…

Он смотрит на меня в упор, но я как ни в чем не бывало наблюдаю за игрой огня в камине. В кабинете воцаряется тишина, которую время от времени нарушает потрескивание горящих поленьев.

— Разве вас не волнует этот вопрос? — вырывается у Мортона.

— Уже нет.

— Как, неужели вы свыклись с мыслью о смерти? — не унимается дотошный Мортон.

— Люди моей профессии быстро привыкают к этой мысли, сэр. Впрочем, не думаю, что мне предстоит умереть в ближайшем будущем.

— Вы так уверены? Почему?

— Потому что если вас все еще интересует операция с героином, то вам без меня не обойтись. Дрейк только финансирует покупку наркотика, но организовать его доставку и вообще провести всю эту операцию могу только я. Вы можете заменить Дрейка кем угодно, но меня вам заменить некем.

— А я-то думал, что незаменимых людей не бывает.

— С философской точки зрения — да. Но, насколько я знаю, ваша организация не занимается решением философских вопросов.

— Впрочем, это идея, — заявляет Мортон, немного подумав. — Мы, пожалуй, действительно могли бы использовать вас. При условии, конечно, что вы прямо не замешаны в убийстве Ларкина.

— Я отнюдь не настаиваю, чтобы вы меня использовали, — говорю я. — Что же касается убийства, то я предпочитаю держаться в стороне. Я профессионал, а профессионалы моего ранга обходятся без пистолетов.

— Ну, если вы не настаиваете… — задумчиво произносит Мортон и умолкает. Затем уже другим тоном он спрашивает: — А почему вы не хотите, чтобы мы вас использовали?

— Потому что эта операция потеряла для меня всякий смысл. Меня интересует контрабанда, а у вас, как мне кажется, совсем другие интересы. Меня занимают торговые операции, получение прибыли, а у вас, насколько я могу судить, интересы чисто политические.

— Вы думаете, что политика не может приносить прибыль? — цедит сквозь зубы хозяин, рассматривая меня со сдержанным любопытством.

— Возможно, кое-кому и приносит, раз столько людей занимается политикой. Каждому, как говорится, свое.

— Конечно, мы бы могли вас ликвидировать, — мягко замечает Мортон после новой паузы. — Вы слишком надеетесь на свою незаменимость, однако забываете, что вас некем заменить всего лишь в одной, притом незначительной операции. И что мы можем легко поставить крест и на вас, и на самой операции.

Он продолжает наблюдать за мной, словно ему доставляет удовольствие видеть, как я реагирую на его слова. Думаю, что как объект исследования я не представляю особой ценности.

— Откровенно говоря, мистер Питер, лично я с удовольствием поставил бы крест на этой проклятой операции и занялся своим делом. И, если бы я имел привычку делать все, что мне взбредет в голову, вы в эту минуту уже находились бы в компании с Ларкиным, который, да простит меня бог, действительно не обладал даром вызывать симпатии у окружающих.

Мортон молча подкидывает в камин пару поленьев.

— Но я стараюсь не поддаваться чувствам, а слушаться голоса разума. Когда мне в руки попадается вещь, на первый взгляд бесполезная, я все же не спешу выбрасывать ее, а стараюсь придумать, как ее можно использовать. Точно так же я поступлю с вами. По сути, сейчас передо мной стоит важный вопрос: можно вас как-то использовать или нет. А от ответа на этот вопрос зависит все остальное.

— Позвольте заметить, что я формирую этот вопрос несколько иначе: что я буду иметь, если соглашусь работать на вас?

— Вы получите обещанные два процента. Неважно от кого — от нас или от Дрейка, — успокаивает меня Мортон, который, оказывается, неплохо осведомлен о моих делах.

— Да, но какая мне от них польза, если в конце концов в качестве награды вы удостоите меня пули в лоб?

— Наконец-то я слышу рассуждения разумного человека, — одобрительно кивает головой хозяин кабинета. — И поскольку наш разговор становится все более содержательным, позвольте сказать вам следующее: дело не в деньгах, мистер Питер, хотя деньги нужны любому из нас. Азартному игроку деньги ни к чему: ведь он все равно их тут же спустит. Ваша ситуация еще более неутешительна, поскольку вы рискуете не только деньгами, но и головой.

Помолчав, он бросает давно погасший окурок и, чтобы дать мне время обдумать услышанное, берет из стоящей на столике коробки новую сигару и прикуривает ее от массивной серебряной зажигалки.

— Эта операция пройдет и забудется, как многие другие. А вместе с ней следовало бы и вам уйти в небытие, получив, как вы выразились, награду. Но если вы проявите мудрость и добрую волю, я предложу вам постоянную работу, которая избавит вас от печальной участи азартного игрока и от неизбежного краха.

Наступает новая пауза, и в кабинете вновь воцаряется тишина, нарушаемая лишь треском горящих поленьев. Я сосредоточенно думаю, то есть всем видом демонстрирую напряженную работу ума.

— Ваше предложение довольно соблазнительно, — говорю я. — Но это пока что одни слова.

— Совершенно верно, — соглашается Мортон. — Эти слова могут так и остаться словами. Все зависит от того, как вы справитесь с вашим первым заданием. Первое задание — это ваш вступительный экзамен, мистер Питер.

— Понимаю, — говорю я. — Что ж, я готов.

Мортон только теперь вспоминает о своих обязанностях хозяина.

— Хотите чего-нибудь выпить?

— Если за компанию — можно.

Спустя несколько минут горилла в полосатом жилете ставит на столик неизбежную бутылку шотландского виски и столь же неизбежное ведерко со льдом, после чего исчезает из кабинета.

— А теперь приступим к выяснению сути, — говорит Мортон. — Как вам уже известно из записи, попавшей в руки Дрейка, мы хотим, чтобы следующая партия наркотика была как можно более внушительной. Здесь, конечно, следует учитывать всю сложность возникшей ситуации. Дрейк, вероятно, временно воздержится от отправки новой партии груза. Однако, если вы сумеете каким-нибудь образом убедить его, что все еще есть возможность провести операцию, он может и согласиться. Ваши аргументы должны базироваться вот на чем: нужно провести операцию немедленно, пока ЦРУ не успело сорвать все планы. Вам понятна задача?

— Вполне.

— Тогда перейдем ко второй части задания. Нам потребуется точная информация о ходе операции: когда груз будет доставлен пароходом и когда он прибудет в Вену. Информацию о прибытии груза, мне кажется, вам будет получить легко: ведь вы сами отправляете сообщения.