— Алек, о чём ты говоришь…
Он потёрся шершавой, с вечерней небритостью щекой о мою щёку.
— Они смотрят на тебя так, будто ты – их собственность. Я не могу думать о том, что ты там, с ними, в замкнутом пространстве, и что они могут ворваться к тебе ночью… Думаю об этом каждый раз, когда вижу вас вместе.
— Я не могу, Алек, – прошептала я – и он встал надо мной на колени.
— Даже после этого? – он взглядом указал на мои шрамы, и я стыдливо запахнула халат.
— Это случайность.
— Они делают с тобой, что хотят.
— Никто из них меня ни разу не тронул.
— Прошло всего два дня. Помнишь, с чего началось ваше знакомство? Думаешь, они не доведут дело до конца?
— Алек…
Он встал и с непонятным мне раздражением швырнул свою майку на пол. Тонкие домашние штаны не скрывали, а скорее наоборот – подчёркивали то, насколько он был сейчас возбуждён, но вместо того, чтобы продолжить, он распахнул окно и сгорбился над подоконником.
— Стелла, – произнёс он, не оборачиваясь. – Тебе нужно перевестись.
— Да что с тобой, в самом деле?! – воскликнула я, резко вставая с кровати. – Ещё два дня назад ты говорил о том, как здорово будет вместе поступить и продолжать учиться в академии, а теперь… что это всё значит?!
— Два дня назад у тебя не было двух телохранителей, мечтающих тебя трахнуть! – рявкнул в ответ Алек.
Я не узнавала его. Никогда раньше он не вёл себя так: не приставал, не кричал, ничего не требовал. Он привлекал всех вокруг своим непробиваемым оптимизмом и уверенностью в себе, которые всегда поднимали настроение в любой ситуации.
— Я хотела поговорить с тобой.
— Слушаю, – холодно откликнулся он.
— Алек… не знаю, что именно происходит в тайном клубе, но он опасен. Ты сам на себя не похож с тех пор, как сходил туда.
— О, это тебе тоже клонированные нашептали, да? Как ты не поймёшь, Стелла! Они сделают всё, чтобы не отпускать тебя от себя дальше, чем на длину поводка!
— Алек! – я невольно перешла на крик, а потом смущённо приблизилась и, встав рядом с ним, подняла взгляд на тёмный лес. – Я волнуюсь за тебя. И… и правда хочу быть с тобой.
Кровь прилила к щекам от нестерпимого смущения, но ни за что я не позволила бы ему встать между собой и своей целью. Игнорируя грохочущее сердце, я смело посмотрела на Алека.
Он смягчился.
— Тебе не о чем волноваться, Стеш. Но, правда, я не могу видеть тебя рядом с ними. Давай вернёмся к этому разговору, когда клонированные перестанут тебя пасти.
— Что ж, – я выдавила из себя улыбку. – По крайней мере, это не отказ.
— Я ни за что не отказал бы тебе.
— В таком случае… пойду к себе. Надо подготовиться к завтрашним занятиям.
Алек взял меня за затылок и, подтянув к себе, крепко поцеловал в губы.
— Спокойной ночи.
… Я еле сдерживалась, чтобы от досады не расколотить что-нибудь на своём пути. Прошедшие несколько дней я была уверена, что хочу избавиться от близнецов при первом же удобном случае, но после слов Алека осознала, что на самом деле, в них больше плюсов, чем минусов. В конце концов, мне нужно закончить учёбу, и по возможности лучше всех, а без них это будет невозможно.
Вернувшись к себе, я не сдержалась и хлопнула дверью, запоздало испугавшись, что за порчу имущества могут и компенсацию затребовать. Вжала голову в плечи, осторожно обернулась, но штукатурка не посыпалась и дверь выглядела целой. Тогда прошла к постели и просто упала на неё лицом вниз.
Через минуту раздался деликатный стук в дверь.
— Госпожа? У вас всё в порядке?
Ной.
— Да, всё нормально, – я приподняла голову над покрывалом.
— Можно войти? Задание нужно сделать, пока не сильно поздно.
Я со вздохом села на кровати.
— Валяй.
В комнату зашли оба близнеца. Пока Ной закрывал за своей спиной дверь, Эл прошёл на середину и, внимательно глядя на меня, повёл головой.
— Серьёзно? – медленно протянул он. – Ты была с ним?
Я вспыхнула, догадавшись, что он чувствует запах Алека, и прекрасно понимает, как именно этот аромат мог на мне остаться. Независимо вскинула голову.
— Мы здесь для того, чтобы выполнить задание, так что садитесь рядом и приступим. Дневник принесли?
Ной вытащил тетрадь и открыл на странице, где была обозначена сегодняшняя дата. Потом сел на кровать рядом со мной и протянул брату – тетрадь, а мне – ладонь.
— Эл, записывай.
Тот хмуро взял ручку с дневником и сел напротив нас в бархатное кресло.
— Весь внимание.
После того, как мы соприкоснулись пальцами, сила так и полилась в меня, толчками, бросками, как-то неуклюже и совершенно необъективно. Я разъединила наши пальцы и покачала головой:
— Ты передаёшь сразу слишком много. Не торопись, всё равно больше, чем допускает поток, ты не сможешь передать.
Ной понимающе кивнул и снова прикоснулся ко мне, коротко отвечая на вопросы Эла по списку. Затем мы приложили друг к другу ладони, экспериментируя с более крупным каналом, и даже, смеха ради, пробовали через пятки.
— Не представляю себе ситуации, чтобы было удобно обмениваться силой через пятки, – фыркнула я, усаживаясь в изголовье кровати. Немного развеселившейся, меня уже не так напрягали сведённые брови Эла, и я махнула ему рукой: – Иди сюда, твоя очередь.
Он передал тетрадь брату и, сев рядом со мной, положил ладонь на кровать. Я коснулась его пальцев, и они будто обожгли меня. Бросив на него испуганный взгляд, я помедлила, но всё же открылась навстречу его силе, которая потекла, внутри, словно наэлектризованная, и то и дело отдавала разряд тока, пробивая меня до самого затылка.
— Эл, что с тобой? – осторожно спросила я. – Мне больно.
Он одёрнул руку и запустил её в волосы.
— Как именно больно, – оживился Ной. – Покалывания, спазмы или тянущая?
— Как будто током бьёт, – я несколько раз сжала и разжала кулак, пытаясь избавиться от остаточного ощущения.
