– Да не знаю я его, – стал подыгрывать Александр. – Вы нас в чем-то обвиняете? Выражайтесь немного яснее. А то мы не сильно любим шарады. По крайней мере, шарады с участием милиции нам не очень нравятся.
Командир наряда позеленел от злости. Он бы уверен, что перед ним находились тем самые «кладбищенские беглецы».
– Я бы советовал вам не играть со мной в эти игры, – после секундного замешательства предупредил Парис. – Не нужно здесь «включать дурочку». Мы люди опытные и знаем, как ваш брат умеет отпираться. Поэтому вам лучше сейчас же прекратить этот глупый спектакль и во всем сознаться. Я прекрасно вас двоих помню. Мои подчиненные тоже вас моментально узнали. Проедемте в отделение.
Бойцы посмотрели на лейтенанта, затем друг на друга и одновременно пожали плечами.
– Мы законопослушные граждане, – заявил Володя. – Я убежден, что произошла какая-то нелепая ошибка. Вы явно нас с кем-то путаете. Но раз вы настаиваете проехать с вами в отделение, то мы не станем возражать. Пускай будет по-вашему. Вы все-таки представители правопорядка.
– Да-да, – наигранно поддержал друга Саня. – Надеюсь, что в отделении вы быстро разберетесь и осознаете свою ошибку. Будет прискорбно, если преступники, похожие на нас, останутся разгуливать на свободе. Правда, простите, что не могу вам предложить два запястья для наручников.
Парис внимательно посмотрел на одного из подозреваемых. Бинт и перевязь навели его на определенные размышления и лишь еще больше укрепили в своем мнении.
– Полагаю, что можно обойтись и без наручников. Вижу, что и тебе от нас немного перепало, – озвучил свое заблуждение милиционер.
– Я не понимаю, о чем вы говорите, – настаивал Галченков.
Локис отдал недоуменной официантке деньги за фактически нетронутый заказ и шепнул ей что-то на ухо. Затем оба десантника поднялись с мест и отправились к выходу. Они не собирались оказывать сопротивления или куда-то бежать. На улице почти вплотную к дверям стоял милицейский «уазик». Водитель открыл тыльную дверь машины. Сержант и прапорщик с абсолютно равнодушным видом вошли в камеру для перевозки задержанных. Дверь за ними захлопнулась. Милиционеры сели по своим местам. Автомобиль тронулся с места и помчался кратчайшим путем к здешнему РОВД.
Всю дорогу Париса одолевали сомнения. Он не мог поверить в то, что задержание прошло без малейших эксцессов. По его мнению, задержанные должны были сопротивляться, буянить, бросаться в драку. Ничего этого не наблюдалось. Лейтенант все ожидал какого-либо подвоха в пути.
Вскоре Локис и Галченков сидели в комнате дознания. Олег Парис проводил допрос. Он пытался получить от них признание в том, что именно они у кладбища устроили драку с милицейским нарядом, излагая им факт за фактом в самых мельчайших подробностях. Он восстановил всю цепь событий от драки у кладбищенских ворот до выяснения отношений у забора воинской части. Однако на все поставленные вопросы десантники отвечали предельно кратко и одинаково: «Это какая-то ошибка. Вы нас с кем-то путаете». Этим они изрядно трепали лейтенанту нервы.
Внезапно двери кабинета широко распахнулись. В дверном проеме появилась величавая мужская фигура. Это был командир гвардейской части ВДВ полковник Герман Федорович Хорошев. Он без спроса вошел в помещение и приблизился к ошарашенному лейтенанту. Сержант и прапорщик подскочили со стульев и встали по стойке «смирно». Командир жестом дал им отбой и грозно посмотрел в глаза Парису.
– Я могу привыкнуть к тому, что вы не реагируете надлежащим образом на появление старшего по званию, – начал Хорошев. – Но я никогда не привыкну к тому, что вы норовите приписать моим лучшим бойцам всякие гадости.
Лейтенант с виноватым видом поднялся и пробормотал:
– Я ничего им не собираюсь приписывать. Я на все сто процентов убежден, что именно эти двое мужчин не так давно затеяли драку с милицейским нарядом. А потом скрылись от преследования.
– Я помню. Вы уже излагали вашу версию событий, – снисходительным тоном говорил полковник. – Тем не менее ваши подозрения по отношению к старшему сержанту Локису и прапорщику Галченкову не имеют под собой никаких оснований. Поймите же наконец одну важную вещь. Эти парни не хулиганы, а герои. Между прочим, их к государственным наградам представили. Вы понимаете, что это значит?
– Так точно, – без энтузиазма ответил Парис. Он понимал, что все его усилия были напрасными.
– Замечательно, – усмехнулся Герман Федорович и похлопал собеседника по плечу. – Приказ об их награждении пришел буквально полчаса назад. Награды уже в пути. Сержанту и прапорщику необходимо срочно быть на территории вверенной мне воинской части. Потрудитесь, лейтенант, доставить их туда с максимальным комфортом. Можете даже такси вызвать, например.
– Есть доставить с комфортом.
Десантники были несколько ошарашены новостью, но виду не подавали. Они с удовольствием наблюдали за разносом, который командир части устроил милиционеру. Ни один, ни другой не заметили, что в дверях стоял начальник РОВД и тоже следил за развернувшейся сценкой.
Когда Хорошев умолк, начальник попытался высказать свое мнение:
– Товарищ полковник, а ведь фоторобот совпал. По-моему, это довольно весомый аргумент не в пользу ваших людей.
– Я не знаю, при каких обстоятельствах этот фоторобот появился. Зато мне известно, за какие заслуги мои люди представлены к наградам.
– То есть вы ручаетесь за них?
Герман Федорович посмотрел на начальника РОВД чуть снисходительно и твердо заявил:
– За своих людей я всегда и везде ручаюсь!
