не мог меня слышать.
Лишенный голоса труп. А лица трупа я так и не смог рассмотреть.
9
Для Валери Лоун настало время анатомии греха: ей позвонило Агентство. Нет, не Спенсер Лихтман. Он был во Флориде, подписывая контракт с одной из актрис Айвена Торса для его новой пилотной серии об Эверглейдз. На шесть недель Спенсер выпал из голливудской жизни. Это был нелегкий контракт: пилотный материал, опцион на сериал, если пилот будет куплен, счета, транспорт и, кроме всего прочего, Спенсер эту актрисулю трахал. Так что Валери позвонило Агентство. Голос с металлическим тоном проинформировал ее, что у них идет реорганизация, что-то связанное с налоговыми долгами и бла-бла-бла.
Она спросила робота, что все это значит, и значило это, что контракта с Агентством у нее больше нет, а значит, ее теперь никто не представляет.
Она позвонила Артуру Крузу. Он отсутствовал.
Потом ей звонил менеджер отеля «Беверли-Хиллз». С ними связался бизнес-офис студии и сообщил, что арендная плата за бунгало остановлена с первого числа. То есть, через две недели.
Она позвонила Артуру Крузу. Его не было в офисе.
Она позвонила в закусочную Шиви. Чтобы спросить его, занято ли ее прежнее место. Шиви был в восторге. Все ждут ее, чтобы рассказать, как они рады тому, что ей снова удалось стать популярной, все эти газеты и ТВ, ого! Кто заслужил этого больше, чем их красавица Вал? И она не забывает старых друзей, не смотрит на них сверху вниз, даже снова став звездой, став знаменитостью, каково? Она поблагодарила его, сказала, что никогда их не забудет – и повесила трубку. Вот так вот! Вернуться в закусочную в пустыне она уже не может.
Она снова отхлебнула шампанского, и его вкус остался на языке.
Она позвонила Артуру Крузу. Он был в монтажной и просил его не беспокоить.
Она позвонила Артуру Крузу. Он был в Нь-Йорке с рекламистами и вернется только первого числа.
Она позвонила Хэнди. Он был с Крузом.
Она позвонила Эмери Ромито. Он снимался в вестерне для канала Си-би-эс. Его представители сказали, что он перезвонит ей позже. Но когда он позвонил, была уже ночь и она спала. Когда она позвонила ему на следующий день, он снова был на студии. На съемках.
Она попросила передать ему, что звонила Валери, но он так и не перезвонил ей.
Голодная хищная тень надвигалась на нее.
И прятаться было негде.
Катастрофа – как пожар в прерии. С какого-то момента его уже ничем не остановить, не погасить. Такая катастрофа знает только тактику выжженной земли.
Она позвонила Артуру Крузу. И сказала Роуз, что приедет поговорить с ним следующим утром.
Лимузина от студии уже не было, и она взяла такси.
Артур Круз провел бессонную ночь, зная, что она приедет. Ночью он смотрел ее старые фильмы в своем домашнем кинотеатре. Он ждал ее.
– Как дела с фильмом, Артур?
Слабая улыбка.
– Первые сборы вполне приличны. Студия довольна.
– Я читала рецензию в «Тайм». Они очень хорошо отзывались о тебе.
– Да. Ха-ха, вот неожиданность. Эти умники обычно ради красного словца…
Молчание.
– Артур, срок арендной платы истекает через неделю. Я бы хотела вернуться к работе.
– Хм… Мы все еще работаем над сценарием нового фильма, Валери. К тому же прошло пять месяцев с момента окончания съемок «Западни». Студия платила за бунгало до завершения пост-продакшна. Монтаж, редактура, озвучка, и все прочее. Они считают, что сделали для тебя достаточно много. И мне сложно с ними спорить, Валери… Серьезно.
– Я хочу работать, Артур.
– А разве твои агенты не добывают для тебя работу?
– Две мини-роли на ТВ, вот, пожалуй, и все. Думаю, слухи обо мне уже пошли. Наш фильм…
– Ты сработала прекрасно, Валери, просто прекрасно.
– Артур, не лги мне. Я знаю, что со мной… беда. Я не могу получить работу. Но мне же нужно что-то делать!
В ее голосе звучали жалобные нотки, но говорила она уверенно.
Как человек, требующий того, чего по праву заслуживает. Круз приуныл. И отреагировал враждебностью.
– Я должен что-то сделать? Боже, Валери, да я давал тебе работу в течение шести месяцев – ради трех дней съемок. Этого недостаточно?
Ее губы беззвучно шевелились, и потом она очень тихо произнесла:
– Недостаточно. Я не знаю, что мне делать. В закусочную я вернуться не могу. Я уже вернулась сюда. И мне не к кому обратиться. Ты меня сюда привел. Ты должен что-то сделать, это твоя ответственность.
Артура Круза затрясло. Под столом он сжал руками колени.
– Моя ответственность, – заявил он, расхрабрившись, – закончилась с твоим контрактом, Валери. Я из кожи вон лез, и ты не можешь этого не признать. Если бы у меня был на руках еще один проект, готовый к запуску, я бы дал тебе прочитать роль, но сейчас мы со сценаристом вносим серьезные изменения. Так что готового к запуску проекта у меня нет. И что я, по-твоему, должен сделать?
Его атака ошеломила ее. Она не знала, что сказать. Он был с ней честен и справедлив. Он делал все, что мог. Он рекомендовал ее другим продюсерам. Они оба знали, что она провалила фильм, и знали, что теперь все в Голливуде это знали. Круз был бессилен.
Она встала, решившись уйти, но он остановил ее.
– Мисс Лоун. – Не Вал или Валери. Он как бы отступил на шаг, чувство вины заставило его обратиться к ней почти официально.
– Мисс Лоун, могу я… кгм… Одолжить вам денег?
Она развернулась к нему:
– Да, мистер Круз. Можете.
Он полез в ящик стола, вынимая чековую книжку.
– Гордость мне не по карману, мистер Круз. Уже не по карману. Я слишком напугана. Так что выпишите сумму побольше.
Он не смел поднять на нее глаз. Потом склонился над столом и выписал чек на ее имя. Сумма не была настолько большой, чтобы унять дрожь в его коленях. Она взяла чек, не глядя на сумму, и молча вышла. Когда загудел интерком, и Рут сказала, что ему звонят, он рявкнул:
– Скажи, что меня нет. И больше сегодня не беспокоить!
Он отключился и откинулся на спинку своего глубокого кресла.
«Что еще я мог сделать?» – размышлял Круз.
Если он ждал ответа, то ответ пришел очень нескоро.
После того, как она рассказала Эмери обо всем, что произошло (хотя он и был с ней в последние пять месяцев – и знал, что происходит, запах могилы ведь не утаишь), она ждала, что он скажет ей: не беспокойся, я о тебе позабочусь,
