мне рассказывал, но я хочу всё своими глазами посмотреть, – заканчивает все сверкнув улыбкой.
– Да, конечно, – тянет мама и я, сжалившись над ней, одними губами обещаю ей, что объясню всё позже. Тогда мама кивнув, уходит с Алёной, но до нас с Миленой доносится:
– Бабушка, я тебе всё сейчас расскажу про этих двоих. И как я их свела… – и голос Алёны пропадает в доме.
– Сейчас нас с потрохами сдадут, – произносит Милена, обернувшись ко мне. – И всё для того, чтобы очаровать твою мать.
– Моя мама любит детей. И Алёна её уже очаровала, – прыскаю от смеха. – Мама смирится с моим выбором быстрее, чем отец. Алёна уже начала работать.
– Надеюсь, – поджимает губы.
– Милена, перед тем как мы зайдём в дом, я хочу сказать, что настроен серьёзно насчёт наших отношений и нашего будущего, решаюсь всё же высказать ей и сказать всё, что думаю. – И хочу понимать, какой настрой у тебя. Не считаешь ли ты, что это всё быстро? Не давлю ли я на тебя?
– Разве ты не видишь, как я настроена?
– Вижу, но я должен тебе кое в чём признаться. Стоило сделать это раньше, но я боялся, что это может тебя напугать, – начинаю, закусив губу. – Милена, я бесплоден. У меня не может быть детей. Но я рассчитываю на то, что нам хватит Алёны. Она уже считает меня своим отцом. Если моя болезнь как-то тебя смущает, то…
– Вадим, стой! – прикладывает палец к моим губам и дарит улыбку. – Мне самой выносить ещё одного ребёнкабудет сложно. В детстве у меня были проблемы с сердцем. Я долго лечилась, но вылечить сердце окончательно может лишь пересадка. У меня не было острой необходимость в этом и я не сделала её. Мне Алёну было выносить трудно. Врачи давали прогнозы, что я вообще не рожу или ребёнок мёртвым будет. Поэтому я вряд ли на ещёодного ребёнка решусь. Это было такое испытание, которое я не готова повторить. Очень и очень тяжело носила Алёну! Но я планирую, что когда ей исполнится десять, я возьму мальчика из детского дома. Ты со мной? Ты не имеешь ничего против детей из приютов?
– Усыновить мальчика? А мне нравится! Выберем того, что будет похож на нас. А почему бы и нет! А можно даже не одного! – рассуждаю с улыбкой. И наклонившись целую Милену.
Мало того, что спокойно ко всему отнеслась. Не посмотрела на меня, как на больного с жалостью и отвращением, хотя именно так я на себя смотрел, когда узнал о диагнозе. Так и предложила хороший вариант для нашего будущего.
– Но Вадим, у меня тоже есть секрет, – продолжает она, взяв за руку. – Очень важный для нас секрет. И ты должен его узнать прежде, чем мы войдём в дом и ты представишь нас с Алёной своим родителям.
– Эй, чего застыли, – разносится голос Владаа, а после он толкает нас в сторону дома. – Давайте ногами топайте! Мать столько наготовила! Давайте шустрее!
Глава 45
Милена
Копия Вадима затаскивает нас в дом, прямиком в столовую. И лишь сейчас, разглядывая их двоих настолько близко, я могу с уверенностью сказать, кто есть кто.
Вика и Сара были правы. Они похожи, но они разные. У одного глаза умные, а у второго такие, словно в них бушует океан боли. У Вадима черты лица мягче, а у Влада они острее. Возможно, это из-за того, что он немного худее своего брата.
– Мать старалась, готовила, – болтает Владислав, продолжая нас вести к столу. – А вы стоите на улице и сопли жуёте! Неуважительно, господа! Так обижать мать могу только я, а ты, Вадимка, у нас правильный. Маму расстраивать не в твоём стиле. И девушка твоя отставать не должна. Как говорится, муж и жена – одна сатана, – заканчивает и, отпустив нас, обходит стол. Отодвигает стул и садится напротив, оставляя нас стоять.
Ворует со стола кусочек сыра и поднимает взгляд на меня и Вадима. И замирает, разглядев меня.
– О боже! Это же ты! Плакса! – восклицает, хмыкнув и расхохотавшись. – Да ладно! Что, реально так бывает? Спустя столько лет?
– Не понимаю, – тяну, взглянув на такого же озадаченного Вадима. Тот нахмурено смотрит на брата и тоже не понимает.
– Ну ты что, не помнишь? – спрашивает Влад, разведя руки. – Пять лет назад. Ночной клуб. Ты ещё ревела в тот день без остановки. Пила и пила, что бы я тебе ни приносил. Тебе вроде тогда парень изменил. С матерью или тёткой, что-то в этом духе. Жаловалась мне.
О господи! Я что… перепутала их всё же? И тогда ночь с Владиславом провела, а не с Вадимом? Ведь он знает то, о чём я говорила, а Вадим даже не вспомнил.
А что, если?..
Но ведь тест показал мне, что Влад не отец Алёны.
– А ты всех своих баб, что ли, помнишь? – ревниво уточняет Вадим, прижав меня к себе плотнее.
– Ну, эту запомнил, – кидает, недовольно поджав губы. – Я её, единственную в своей жизни, пожалел и такси вызвал. Домой отправил отрезвиться. Я её обрабатывал, обрабатывал, а потом решил, что нечего девчонке делать в клубе. Явно пришла только обиду и предательство залить. Переспала бы со мной, а потом бы жалела всю жизнь. Ну, блин, по ней сразу было понятно, что девочка-пай вырвалась в жизнь. Да и выглядела она не очень. Опухшее лицо, как у нашей тёти, после того как она сделает пилинг или что она там делает с собой в салоне, после чего у неё лицо опухает и облезает. Фу! Даже вспоминать не хочу! Но я тебя всё равно узнал! Я ведь тебя видел до того, как ты заливаться слезами начала.
– То есть ты с ней не спал? – озвучивает мой вопрос Вадим.
– Не спал! – кивает, утвердительно замотав головой. – Мы тогда ещё в этот день втроём сидели в ложе потом, помнишь? Я, Егор и ты. Ты тогда ещё был после того, как поразвлекался со своей девственницей, с которой переспал и сбежал из-за родаков, – напоминает ему, а я совсем теряю логику. – Сорян, мадам, за такие подробности!
Влад со мной не спал! А Вадим в тот вечер… И тест ДНК!
Я всё же с Вадимом, получается, ночь провела? Ведь шрам на пальце. Взгляд. И Влад говорит, что Вадим тогда переспал с девственницей и сбежал. А ведь так всё и было! Я помню, как он сбежал, и я тогда была невинна.
– Помню, – бросает Вадим, виновато
