Читаем без скачивания Последний паладин - Александр Горобец

Тема ничего не ответил. Он закрыл глаза и начал глубоко, носом, вдыхать запах надвигающегося ливня.

— Ш-ш. Здесь Архангел. Цель вижу. Готов, — отрапортовал Артем открыв глаза.

— Принял, — улыбнулся Тяжин. Битву с Темой он выиграл, — Расслабься дружище. Выстрелишь, сразу уходи с рубежа. РАЗ, — Кирилл крепко прижался к остаткам стены, у самого края «пролома», — ДВА, — а когда он сказал «ТРИ», Шаман показался у него в прицеле, — Чеее-тыыы-ре-е-е-…

Обычно, при быстрой стрельбе, стрелки, будь то охотник, спортсмен или профессиональный снайпер стреляют поэтапно. Первый этап, называется — вскидка. Это, когда приклад уже лежит на плече и оружие направлено в сторону цели. Второй этап — вкладка. Стрелок прижимает приклад к плечу и ловит цель на мушку. И третий этап — выстрел. У снайперов есть ещё и четвертый — после выстрела нужно уйти с рубежа или «точки».

Стрельба Китяжа, разительно отличалась от этой формулы, потому что, этапов, как таковых, не было. Он сделал все одновременно. Как один большой этап. Как вскидкавкладкавыстрелуход! Это было одно движение. И это движение спасло ему жизнь.

Выстрели он, хоть на полсекунды медленнее, и наш рассказ можно бы было заканчивать, но… Когда стреляная гильза, со звоном упала на станину «цейсовского» телескопа, Тяжина на точке уже не было. Он прислонился к противоположному краю пролома. Правая скула у него горела огнем.

— Ш-ш. Здесь Архангел. Цель поражена, — по голосу было слышно, что Тему подташнивает.

— Здесь Китяж. Минус один. Архангел, уходи с рубежа. Уходи с рубежа! Как понял меня? — ответил Кирилл, трогая скулу. По шее бежала струйка крови. И, хотя, пуля, больше — обожгла, нежели поцарапала. Он, потрогав шрам, понял, что надо валить, — «Две царапины за день, это многовато»

БАХ!!! Ещё один выстрел разбил край кирпичной кладки пролома.

— Ш-ш. Здесь Архангел, — голос Темы, почему-то стал ледяным. В нем уже не было, ни капли суеты и ни тени сомнения, — Вспышку засек. Работаю второго.

— Дон. Как у тебя? — Кирилл понял, что Тема переломался и переключил свое внимание на Андрея.

— Ш-ш. Здесь Дон. Сижу на перекрёстке. Дверь просматриваю отлично.

— На каком, на хрен, перекрёстке! — взревел Тяжин. Он понял, в какой опасности находится Артем, — Архангел, срочно наверх! Уходи с точки.

— Ш-ш. Минус два, — ответил расслабленный Артема голос, — возвращаюсь.

А вот, Китяжу, расслабляться было некогда.

— Китяж — Дону. Дон, ответь.

— Ш-ш. Дон на приеме.

— Тебя, сучий потрох, куда посадили?

— Ш-ш. Лестницу пасти, — недоумевая, ответил Дон.

— Я тебе сказал, спуститься на первый этаж и вход прикрывать! — прошипел в рацию Тяжин, — Какого хрена ты на улицу поперся???

— Ш-ш. От Мля! — недовольно передразнил его Новиков, — Отсюда обзор лучше. Ладно, сейчас вернусь…

— Сидеть, где сидишь, — грозно возразил Китяж, — И, не дай бог, ты сдвинешься с места.

Кирилл направился к противоположному краю наблюдательной площадки и, не дойдя до него пару метров, лег на живот и пополз. На лестнице показался Архангел, у которого на лице не было, абсолютно ни каких эмоций. Создавалось впечатление, что Тема в трансе. Китяж ничего не говоря, только махнул рукой в сторону уничтоженного телескопа, и Артем покорно сел на его станину.

А Кирилл, тем временем, уже оценивал обстановку у входа. Новикова он нашел не сразу. Дон сидел в машине, на которой Артем и Кирилл упражнялись в меткости, доказывая кто круче, Архангел, Китяж или Вильгельм Телль. Точка для обзора, действительно, была не плохая. Вот только, Андрюха не знал, как ее использовать. Он, как та обезьяна, которой дали в руки гранату, крутил головой и больше шумел, чем слушал, совершенно забыв про тыл. Этим и воспользовался Никотин…

Андрей Никитин, он же, Андрюха — Никотин, был командиром лучшей, снайперской, разведывательной диверсионной группы в ЛенВО. Когда, полтора года назад, он собирал эту группу, то лично ездил в Новосибирск, чтобы подобрать себе самых надежных бойцов. И выбрал. Лучших из лучших. А бойцов звали так. Василий Пойгин — Шаман, Заур Бероев — Шер-Хан и Константин Пузоватов — Пузо.

Шаман — прирожденный наблюдатель и один из лучших стрелков школы. Он видел малейшие изменения в пейзаже местности. Не было, скажем, вечером пня или куста, а утром — ОПА! Появились. Нормальный человек хрен такое изменение, на километр фронта, заметит. А Пойгин заметит. Заметит, доложит и, в свой блокнот, занесет.

Заур Бероев — Шер-хан. Мастер маскировки. В первую Чеченскую был ещё совсем малышом, а вот во вторую, в свои одиннадцать, уже был круглым сиротой и познакомился с СВД. С ней он и был пойман, тогда майором, а ныне, полковником Селедкиным. Им же и был обучен и воспитан. Потом Суворовское, Рязанское и повышение квалификации в Новосибирске. Когда по полку прошла информация, что Селедкин пошел в Павловск один и на связь больше не выходил, именно Шер-Хан пришел в Шатер к Никотину и с предложением прогуляться в «мертвую зону».

Костя Пузоватов был душой компании, сначала в Пскове, потом в снайперской школе и, на конец, в группе Никотина. Сам — потомственный охотник в шестом поколении. Его прадед поставлял дичь ко двору генерал — губернатора Иркутска Югану, Александру Николаевичу. Жил Костя с мамой — инвалидом первой группы и пропойцей — отцом, не далеко от Северобайкальска. В маленькой, почти заброшенной деревушке на двенадцать домов, из которых жилых было — четыре. Ему было тринадцать, когда пьяный отец начал воображать себя Нероном и, для того, чтобы черпать вдохновение для его гениальных песен, подпалил дом, вместе со всеми его обитателями. Спасти Косте удалось, только старенькое ружье ИЖ-27, патронташ и мать, которую он вынес на себе, вместе с ее костылями. А веселый папаша сгорел вместе с остальным, не хитрым скарбом. В тот день, в маленьком Косте и взыграла охотничья кровь. На ужин у осиротевшей семьи Пузоватовых был молодой кабанчик, которого они приготовили прямо на углях своего дома. С тех пор, Пузо бил без промаха.

И вот, сейчас, Никотин не мог связаться ни с одним из своих бойцов. Последний сеанс связи прошел, когда группа вышла на точки. Он уже полз по канаве, поперек которой лежал разбитый рейсовый автобус, а сразу за ним, на эту канаву лег не то «пассат», не то «октавия», когда прозвучали первые выстрелы.

— Здесь Никотин. Доложиться по обстановке, — только он успел это сказать, как выстрелы прозвучали вновь. Причем стреляли не только его ребята но и кто-то, с башни.

— Ш-ш. Здесь Шер-Хан. Вижу объект у телескопа. Похоже, я его зацепил

— Отлично, Шер, — шепотом похвалил своего стрелка Никотин и стал ждать доклада от других… Но доклада не было. Никотин повторил, — Здесь Никотин. Шаман, Пузо. Доложите обстановку… — В эфире было только:

— Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш.

— Шер-Хан. Прикрой подход к башне, — Никотин уже начинал нервничать. Он вспомнил свой сегодняшний выход в «мертвую зону».

Сегодня, когда он шел со своей группой в рейд, их выпускал майор. У майора была сигарета во рту. Никотин посмотрел на него, молча вынул сигарету у него изо рта и затоптав пошел в «мертвую зону». Майор попытался что-то сказать, но идущий следом за Никотином Шер-Хан, приложил указательный палец к губам и сказал

— Тсссссс.

Шаман просто подмигнул. Но больше всех отличился Пузо, который, как обычно, шел последний. Поравнявшись с майором он, как бы, невзначай сказал:

— Товарищ майор, вы разве не знали? Никотин убивает… — и эта фраза, вызвала бурный хохот во всей группе.

Сейчас ему было не до смеха. Половина группы не выходила на связь

— Шер-Хан, попытайся посмотреть, где Пузо?

— Ш-ш. Похоже, он хак…ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш — связь с Шер-Ханом прервалась.

— Здесь Никотин. Шер-Хан, ответь… — командир группы понимал, что происходит что-то не ладное, — Шер-Хан, ответь! Пузо… Шаман… — ответа не было.

«Этого не может быть, потому что, этого быть не может!!!» — думал Никотин, ползя по канаве. Он уже дополз до места, которое было точно, между дачей и «Славянкой». «Может со связью проблемы. Может радиация влияет на аппаратуру. С пацанами не могло ни чего произойти. Это — лучшие бойцы, на данный момент. Стрелки лучше них остались в истории!!! Спокойно, Андрей. Не паникуй. Соберись. С ними все в порядке. Сейчас обойдешь эти развалины и выйдешь со стороны города. С тыла. Он тебя, от туда, не ждет…»

Никотин подполз к дороге, которая вела на «Оборону», в сторону воинской части. Минуту он осматривался, а затем, в два прыжка перемахнул на другую сторону дороги и снова затаился. Движения на башне не было. Зато, оно было в остове машины, стоящей на перекрёстке улиц «Елизаветинской» и «Мариинской». Никотин уже прицелился, чтобы снять сидевшего в ней «пассажира», но опустил СВУ подумав: «На башне может сидеть второй. Выстрелю — спалюсь. Лучше взять его тепленьким. И расспросить, что — к чему. По ходу, это — „хомяк“».