смогу больше отпустить тебя и начать жить, как будто ничего не было, — для нее было непривычно произносить такие слова, раньше бы она просто молча согласилась, как это часто и делала, но не сейчас.
— Ты не понимаешь, — рассерженно начал Кирилл, но она его мигом перебила.
— Понимаю! Знаю, что ты хочешь оградить нас от опасностей, но все же, я не могу! — она уверенно обхватила его за шею, крепко прижимаясь к его взъерошенным волосам. — Я очень сильно люблю тебя, — она уверенно посмотрела в его глаза и слегка коснулась губ.
Он замялся, отчаянно пытаясь сдержать себя, но она сильнее прижалась к его губам — и он дал задний ход. Руки крепко обвили ее тело, не желая больше ждать ни минуты. Она тут же, улыбаясь, отстранилась и поманила его в дом, желая только одного — быть с ним в эту ночь! Какие бы тревоги ее не съедали из-за опасности в лице его бывшей жены, сейчас она хотела быть с ним, смотреть в такие любимые глаза и чувствовать его горячее дыхание рядом.
Они поднялись в ее спальню, и он тут же стянул с нее узкое платье. Тело его было настолько горячим, что было неимоверно сложно выдерживать его скользящие прикосновения. Те дни, что они не виделись, накапливали неимоверную страсть, которая, наконец, смогла выплеснуться наружу, затапливая все волнами жгучего вожделения и неукротимого влечения. Его руки настойчиво обхватили ее бедра, прижимая к себе в нетерпеливом желании скорее перейти к следующей фазе. Она больше не смущалась его, как все прошлые разы, наоборот, хотела дать ему как можно больше от этой ночи. Вика не видела на его лице улыбки или веселого интереса, который замечала ранее. Сегодня он был совсем другой — серьезный, закрытый, сдержанный. Ей это совсем не нравилось, и она плавно потянула его на себя. Он нежно прижался к ее шее, вдыхая аромат ее кожи, но лишь слегка касаясь губами. Тогда она слегка толкнула его и пересела сверху, отчаянно пытаясь убрать какую- то непонятную стену, которой он окружил себя. Кирилл повел губами в сторону, удивляясь ее неожиданным действиям, явно получая удовольствие от нового положения.
— Это что-то новое для тебя, — слегка задыхаясь, произнес он.
— Тебе не нравится? — обольстительно улыбаясь, она приблизилась к нему, нежно касаясь его лица и шеи.
Парень довольно выдохнул, выдавая голосом свое увеличившееся возбуждение. Руки резко сжались на ее талии, удерживая крепко на разгоряченном теле. Ей так хотелось, чтобы он стал прежним — первым брал свое, настойчиво привлекая к себе. Но сегодня все было по-другому. Она вела эту пламенную игру, а он выполнял покорно ее условия.
Отбросив все мыслимые правила и предрассудки, она чувственно впилась в его губы, потонув в слишком интимных поцелуях, которые прерывались лишь на короткие моменты вдыхания воздуха, которого в этот момент ужасно не хватало в душной комнате. Она в полной мере не осознавала, как сильно он был ей необходим, поэтому упрямо искала в его глазах ответа — ответа, что он будет с ней, останется в ее жизни навсегда, встречая своими карими глазами каждую ночь. И он ответил — расслабленно улыбнулся, притянул рукой за шею и прошептал:
— Я не уйду, не переживай…
Их руки сплелись воедино, а тело, достигнув полного исступления, наконец-то, выдохнуло. Они лежали, счастливо всматриваясь друг другу в глаза. Кирилл нежно провел ладонью по ее лицу, смахнув непослушные пряди. Тело вспотело, а на щеках появился легкий блеск.
— Ты сегодня была другая, — он отрешенно улыбнулся, видимо, прокручивая самые приятные моменты в памяти.
— Просто надоело всего смущаться, — смело ответила она, серьезно при этом посмотрев в его лицо.
— И правильно. Ты очень классная, когда открываешься, — в его голосе перемешивалось восхищение и ухмылка.
Девушка молча рассматривала его лицо, наслаждаясь каждой деталью. Смотрела и не верила, что так круто изменила свою жизнь. Сейчас она чувствовала неземное блаженство и безмерную эйфорию, наполняющую каждую клеточку ее тела. Только с ним она в полной мере осознала понятие всепоглощающего эфемерного счастья и безудержной страсти, объединяющих под собой огромное неподдельное чувство — любовь. В своей жизни, текущей по законам общепринятых стандартов и истин, она не заметила, как потеряла себя. Закрылась от всего мира, покорно зарывшись под толщу правил, насаждаемых со всех сторон и не видя оттуда выхода. Кирилл, так внезапно ворвавшийся в ее жизнь, полностью разрушил все до основания, вытащил ее на поверхность, заставив посмотреть на себя с другой стороны. Именно он стал тем человеком, с которым она познала самые сильные чувства, от которых тело сжимается в неутолимом голоде страсти, а душа просто отрывается от земли.
Нежно улыбаясь темному силуэту молодого человека, подсвеченному желтоватым светом луны, Вика думала, что может пролежать так вечность, не заснув больше ни на миг, но уже через несколько минут, зажатая в крепкие теплые объятия, она моментально погрузилась в тягучий безмятежный сон, охраняемый плотной завесой жаркой летней ночи.
ГЛАВА 33
Утро наступило неприлично быстро, подсветив услужливо в окна бледными рассветными лучами. На улице занимался новый безоблачный день — второй выходной недели.
Расслабленно приоткрыв глаза, Кирилл посмотрел на окружающую его обстановку: небольшая светлая спальня в белых тонах, плетеные кресла и столик, заставленные всевозможными пышными растениями, винтажные цокольные лампыc необычной формой нити накаливания — во всем чувствовалась творческая жилка хозяйки дома. Кириллу это очень нравилось. Он чувствовал, что именно в работе она давала волю своим эмоциям, разрешая выпускать целый спектр разных мыслей и ощущений, которые запрещала себе во всем остальном.
Он медленно сместил взгляд в сторону, осматривая крепко спящую рядом с ним девушку. Завитые локоны медного оттенка в хаотичном порядке распластались на подушке, прикрывая частично ее лицо.
«Красивая», — с нежностью подумал он и убрал тут же руку, не желая тревожить ее сон.
Телефон однократно завибрировал, призывно указывая на входящее сообщение. Слегка приподнялся на кровати и, подхватив с пола джинсы, достал свой телефон.
«Мы можем поговорить? Есть серьезный разговор», — пришло сообщение от Яны.
Неприятно кольнув в сердце, он отбросил мобильник обратно, тут же уйдя в свои тяжелые мысли. Яна писала и звонила ему каждый день, маниакально донимая его различными поводами, чтобы встретиться. Несколько раз он приезжал к ней на встречу, пытаясь убедить подписать бумаги по разводу, но та постоянно вешалась на шею, надрывно и оглушающе рыдая и прося вернуться обратно. Слезы и истерика сменялись гневными выпадами и оскорблениями, особенно в сторону Виктории, наставительно предупреждая о возможных
