толпился народ, люди, раахи, темные и светлые эльфы, все веселились и танцевали. Кажется, что до нас никому не было дела.
— Вернулась? — тихий голос Тайгира выделялся из шума.
Я только кивнула. Тай выпрямился и убрал руку с бедра, освобождая мне место. Тут же подползла к нему, села на освобожденное место, обвила руками шею и уткнулась носом в волосы. Мне сейчас как никогда было важно ощутить его сладко-терпкий запах, почувствовать жесткость его волос. Кажется, у меня полились слезы из глаз.
— Моя Саша, моя маленькая безрассудная женщина.
Тайгир говорил тихо, прямо на ухо, щекоча своим дыханием. Горячая ладонь скользила по почти обнаженной спине. Я больше не ощущала его прикосновения словно клеймо, эти прикосновения дарили защиту и заботу.
— Как ты умудрилась провалиться в такой глубокий транс?
— Не знаю. — пожала плечами. — Я просто считала цветочки.
— Женщина, прекрати сводить меня с ума.
— Я не специально. — подняла голову с плеча рааха и заглянула ему в глаза.
— Что-то такое, ты уже говорила. — он улыбнулся и прикоснулся к моей щеке ладонью. Я тут же прильнула к ней, обхватывая его запястье пальчиками.
— Ты на меня злишься? — спросила, глядя ему в глаза.
— Немного. — я тут же отвела взгляд, но Тайгир приподнял мое лицо, вынуждая посмотреть на него. — Я злюсь за то, что ты забыла, что ты в другом мире и тут другие законы, злюсь за то, что не сказала мне, что ты задумала. Саша, вместе. Помнишь?
— Помню, но я вправду…
— Я уже понял, что ты сказала мне правду. Поэтому я теперь точно не сниму с тебя это.
Он постучал мизинцем по ошейнику, а я и забыла о нем, совсем перестала его ощущать. Стало обидно. Все равно ходить в ошейнике.
— Саша, отнесись к нему, как к оберегу. Пока он на тебе, никто не сможет заявить на тебя свои права. — Тайгир поцеловал меня в скулу, совсем легко, слегка касаясь. — А еще я жду, когда ты заметишь сама.
— Колется и царапается, если я с тобой спорю? Заметила.
— Колоть и царапать он больше не будет, ты же его даже не ощущаешь.
— Тогда в чем подвох?
Тайгир кивнул на толпу сзади него. Я перевела на них взгляд. И только сейчас поняла, что я не чувствую чужие эмоции, совсем. Я вижу, слышу, воспринимаю их, но не внутри себя. А еще эльф что-то говорил про это. Вернула взгляд на Тайгира, моргнула. Он опять защитил и спас, по-своему, жестоко, но так как умел.
— Тай. — выдохнула я, и не знала, что еще ему сказать.
— Тайгир? — с хитрой улыбкой уточнил он.
Я замотала головой.
— Нет, Тай.
Прижалась к нему, и мы долго сидели молча, просто наслаждаясь друг другом.
К нам пришли Вера и Люба, с ними еще две девушки — человечка и темная эльфийка. Пока расправляли перед нами плетенную подстилку и накрывали «стол» едой, я решила встать за своим палантином, валявшегося недалеко. Тяжелая рука Тая тут же прижала к себе. Не успела возмутиться, как он кивнул Вере и указал на палантин, та молча принесла его, отряхнула и накинула мне на плечи. Возможно, это я бы и не запомнила, не заметила, но от того, как Тайгир прижал меня к себе, от того, как поднял руку, темная эльфийка каждый раз вздрагивала и смотрела на него с опаской.
Когда девушки ушли, я все же решилась спросить его о странном поведении эльфийки.
— Тайгир, ты ее чем-то обидел?
— Своим существованием. — буркнул он, наклонился за тарелкой с мясом и вложил мне ее в руки.
— Ты за эти дни изменился. — не задумываясь начала потрошить куски мяса. — Ты стал жестче.
— Я не изменился, как был для них зверем, так и остаюсь.
— Правитель и должен быть таким, немного свирепым и жестоким. — протянула Таю выбранный для него кусок. — А чтобы ты не очень сильно лютовал, есть я.
— С моей свирепостью и жестокостью им придется смириться. А ты уверена, что справишься? — прожевав ответил он.
— Да. — положила себе в рот маленький кусок, Тайгир внимательно проследил за этим движением. Прожевала и добавила. — Только, пожалуйста, не наказывай меня больше тем, что отстраняешь меня от себя.
— Поясни. — раах непонимающе посмотрел на меня. — Твоим наказанием был твой собственных страх наказания, осознание того, что у тебя есть ответственность.
Я замерла, глядя на Тайгира. Сейчас, зная про свойство ошейника он воспринимался совсем по-другому. А то, что он сделал перед отправкой со мной в шатре, ну, пусть будет закреплением материала.
— Тайгир, кажется нам очень срочно нужно обговорить все традиции, обычаи и нормы твоего, моего и этого мира. — протягивая ему очередной кусок сказала я.
В начале мы ели и общались, потом просто рассказывали все, что только могли вспомнить. Кажется, что за эту ночь мы говорили больше, чем за все время раньше.
Прижимаясь к Тайгиру, слушала его, говорила сама. Для меня это было очень новым, необычным, но таким приятным. Раньше никто не интересовался моим мнением, не рассказывал мне свои мысли, желания, опасения. Он не боялся, что покажется слабым. Он доверял мне, а я теперь не боялась доверить ему.
Иногда Тайгир перебирал мои пальцы, целовал в висок или проводил по лицу. Я тоже отвечала ему лаской. Сегодня поняла, что между нами рухнули все преграды и границы.
Глава 46
Лежа в шатре под покрывалом, в объятиях Тайгира, думала о том, что он мне рассказал. Он знал, чувствовал, что мне нужно время, чтобы все обдумать. Не мешал, просто молча гладил большим пальцем по плечу.
Первое, что мы решили — один день мы говорим только на раахском, другой день, только на общем. Второе, что мы будем обязательно все обговаривать и проговаривать. Так мы оба быстрее выучим языки, и как оказалось это решит наши некоторые проблемы.
Тайгир рассказал мне все, что было с того момента, как мы отправились от города и до того, что сейчас происходило в хавоте.
Мы действительно долго шли по каменной пустыне. Из-за этого Тай нервничал. Оказывается, что сегодня там начнутся землетрясения, ну, это если я правильно поняла пояснения. Еще день значительно стал короче, а в темноте люди
