Осуществление защиты авторских прав наследниками создателей произведений довольно распространено. Можно привести еще пример, в котором наследница просит суд о защите исключительных прав, однако суд приходит к выводу о необоснованности заявленных требований.
Пример
По договору с Резниковым Анатолием Израиловичем автор передал режиссеру исключительные права на использование литературного произведения «Приключения кота Леопольда». Предметом договора была передача А.И. Хаитом А.И. Резникову исключительных авторских прав на воспроизведение произведения, распространение любым способом, импорт, публичный показ, публичное исполнение, передачу в эфир, сообщение для всеобщего сведения по кабелю, перевод, аранжировку, переделку и другую переработку произведения.
Как установлено в договоре, вышеуказанные права были переданы без ограничения срока, на территорию всего мира и безвозмездно.
Аркадий Хайт умер в Германии. После его смерти в декабре 2000 г. вдова и наследница знаменитого автора обратилась в Пресненский суд г. Москвы с иском о признании договора недействительным на основании ст. 168 ГК РФ, поскольку стороны не договорились о размере авторского вознаграждения за передачу прав и порядке его выплаты.
В судебном заседании ответчик иск не признал. Режиссер ссылался на свободу договора, полагая, что стороны вправе были договориться о любых условиях, в том числе о безвозмездной передаче прав. Нотариус, заверившая сделку, также поддерживала эту позицию.
Решением Пресненского суда г. Москвы от 19 ноября 2002 г. вдове Аркадия Хаита в удовлетворении исковых требований было отказано. Суд решил, что договор признанию недействительным не подлежит. В мотивировочной части решения было указано, что в договоре «соблюдены все необходимые условия в части авторского вознаграждения – безвозмездно, то есть 0 руб.». В соответствии с положениями ГК РФ авторский договор является возмездной сделкой. Как предусмотрено ГК РФ, безвозмездный порядок передачи прав возможен только по договору дарения.
Так или иначе, но это означает, что в оспариваемом договоре необходимо было определить размер вознаграждения, причитающегося автору за передачу прав, а также предусмотреть тот или иной порядок его выплаты. Авторское вознаграждение следовало установить в виде процента от дохода за каждый способ использования произведения «Приключения кота Леопольда», в том числе конкретный процент за передачу права на воспроизведение произведения без ограничения тиража, конкретный процент за передачу права на публичное исполнение произведения и т. д. При этом размер вознаграждения за некоторые способы использования произведения не может быть определен в договоре ниже, чем установлено минимальными ставками, например, за воспроизведение путем звукозаписи и публичное исполнение произведения.
Данное существенное условие авторского договора сторонами не было согласовано так, как этого требует законодательство. В соответствии с гражданским законодательством сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна. Недействительная сделка не влечет юридических последствий.
Также согласно ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, когда между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным его условиям. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида.
Следовательно, авторский договор от 22 января 1996 г. о передаче исключительных авторских прав безвозмездно, т. е. за О руб., противоречит требованиям, закрепленным действующим законодательством, и поэтому не может считаться заключенным.
В связи с этим судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда оставила решение Пресненского суда г. Москвы в силе, а кассационную жалобу истца – без удовлетворения[51].
§ 3. Ответственность за нарушение авторских прав. Изменения в Уголовном кодексе РФ, касающиеся ответственности за нарушение авторских и смежных прав
В юридической литературе под защитой авторских прав принято понимать совокупность мер, направленных на восстановление или признание авторских и смежных прав и защиту интересов их обладателей при их нарушении или оспаривании. В соответствии с этим защищенность права предполагает адекватную ответственность нарушителя. Иначе говоря, авторские и смежные права защищены не фактом их указания в конкретном законодательном акте, а тем, что данный закон предусматривает ответственность за их нарушение.
В целом выделяют две основные формы защиты авторских прав:
1) юрисдикционную, которая обеспечивается посредством деятельности государственных органов, в том числе судов (она распадается на сферу гражданского и уголовного судопроизводства и производства по делам об административных правонарушениях в сфере авторских и смежных прав);
2) неюрисдикционную, охватывающую собой действия граждан и организаций по защите авторских и смежных прав, осуществляемые ими самостоятельно, без обращения к государственным или иным компетентным органам. Наибольшее практическое значение имеют, безусловно, юрисдикционные формы защиты, а именно: подача исковых заявлений в суды (общей юрисдикции и арбитражного производства), административная ответственность, уголовное преследование нарушителей авторских и смежных прав. Авторские и смежные права, в зависимости от степени и характера их нарушений, могут влечь гражданско-правовую, административную и уголовную ответственность. Соответствующие нормы содержатся в ст. 146 УК РФ и в ст. 7.12 КоАП РФ.
При отсутствии по тем или иным причинам признаков преступления в случаях непосредственного обнаружения фактов распространения и использования контрафактной продукции весьма действенным способом защиты авторских прав является применение административной ответственности к их нарушителям.
Основным составом административного правонарушения в сфере авторских прав является состав, описанный в ст. 7.12 КоАП РФ. Анализ названной статьи позволяет прийти к выводу о том, что административная ответственность наступает не только в случаях, когда речь идет о распространении и изготовлении контрафактных экземпляров и фонограмм, но также и при введении потребителей в заблуждение. Это имеет особое значение, поскольку ложная информация о происхождении материальных носителей произведений или фонограмм, а также ложные сведения о правообладателе в значительной степени затрудняют борьбу с интеллектуальным пиратством. Таким образом, данная статья защищает как обладателей авторских и смежных прав, так и потребителей. В качестве санкции за подобные действия законодатель предусмотрел штраф, размер которого дифференцируется в зависимости от субъекта правонарушения. Привлекательность административных санкций заключается в простоте и быстроте их реализации, но, несмотря на это, на практике возникают определенные проблемы. Например, в ряде случаев работники правоохранительных органов из-за отсутствия специальной подготовки не могут самостоятельно выявить контрафактную продукцию.
Помимо административной ответственности, устанавливается уголовная за более тяжкие деяния, нарушающие авторские права. Это средство борьбы могло бы быть более действенным и эффективным. Вместе с тем несовершенство уголовного законодательства и слабая работа правоохранительных органов обусловливают высокий уровень правонарушений в указанной сфере. В связи с этим 8 апреля, 8 декабря 2003 г., а также 9 апреля 2007 г. соответствующими федеральными законами были внесены изменения в ст. 146 УК РФ. В целом внесенные изменения направлены на увеличение ответственности за данное деяние и расширение составов, входящих в указанную статью. Благодаря этому повысилось качество расследования по пресечению соответствующих преступлений. Можно привести следующий пример (поскольку последние изменения были внесены весной 2007 г., судебной практики с применением данных норм практически нет, поэтому в качестве примера можно привести дело, рассмотренное на основании ст. 146 УК РФ с изменениями 2003 г.).
Пример
5 февраля 2004 г. в Зеленоградском суде г. Москвы было рассмотрено уголовное дело по ст. 146 УК РФ. К одному году лишения свободы условно осуждено лицо, организовавшее изготовление контрафактных оптических дисков на оборудовании, арендованном у Зеленоградского завода музыкальных технологий.
По данному делу было изъято 234 493 пиратских оптических диска, в том числе 60 тыс. CD с записью музыкальных произведений в исполнении американских артистов. К взысканию с преступника присуждено 180 тыс. долл. США в пользу компании Sony, EMI, а также некоторых других правообладателей, чьи права были нарушены[52].
