– Постой, постой! – Куатемок хотел было подняться, но Шиутек – вот странное дело! – поспешно схватил его за руку и прошептал:
– Пусть он уйдет, дружище.
С чего это вдруг молодой купец стал таким подозрительным?
– Я хотел поговорить с тобой наедине, вождь, – дождавшись, когда разобиженный Сиуа покинет дом, тихо произнес почтека. – Хочу спросить откровенно – ведь ты мой друг!
– Спрашивай! – Принц тряхнул головой.
– Говорят, ты продался белым?
– Врут. – Куатемок вовсе не удивился такому вопросу – следовало ожидать. – Все врут, друг мой. А может, даже и не врут, может, целенаправленно распускают слухи.
– Но кто?
– Пока еще не знаю, – откровенно признался принц. – Но обязательно выясню. И вот о чем хотел попросить тебя – ты ведь знаешь язык южных племен?
– Ну да. – Шиутек важно кивнул, не спуская с собеседника все еще настороженного взгляда. – Я часто хожу с караваном в Теуантепек.
– Вот и славно… Сейчас я выйду, сюда придут девушки. Спроси ее что-нибудь, словно бы невзначай.
– Договорились, – согласился гость. – Но потом разреши и мне кое о чем спросить тебя!
Улыбнувшись, Куатемок вышел в соседнюю залу с длинной фальшивой стеной, за которой хранились сокровища – сундуки с золотом, серебром и прочим подобным хламом. Такие стены имелись во многих богатых домах, ведь ацтеки не знали ни замков, ни запоров, и вовсе не потому, что у них не имелось воров, которые, кстати, были прекрасно осведомлены обо всех этих уловках. Тогда почему продолжали строить фальшивые стены? А нипочему, просто такая уж сложилась традиция – основная сила аграрного общества.
– Что угодно, мой господин? – неслышной тенью тут же подскочил мажордом. – Может быть, пора прислать женщин?
Принц улыбнулся:
– Вот именно, мой дорогой, вот именно! Женщин и пришли… Только – тсс! – не сразу, по очереди. Пусть мой гость выберет.
– Понял тебя, господин. – Управитель дворца склонился в поклоне и выскользнул, словно змея.
А может, и он – соглядатай? Очень может быть!
Да, это надо иметь в виду, следует по-другому все организовать завтра… Как? Нужно подумать.
– Первой войдет Айли, господин?
– Пусть. – Куатемок отмахнулся, не глядя на мажордома.
Лукаво поглядывая по сторонам, мимо проскользнула пухленькая Айли с большим золотым блюдом в руках. Якобы только за тем и пришла – принесла яства. На бедрах – длинный цветастый кусок ткани, ожерелье из живых цветов. Больше – ничего. В такт шагам призывно покачивались тяжелые груди. Ах… Бедняга Шиутек, ха-ха!
Айли вышла… Мажордом запустил следующую служанку, потом другую, потом еще одну… дошла очередь и до Тескаль. Какая она все-таки стройненькая! Как ходят под смуглой кожей лопатки… Надо будет позвать ее на ночь, не спать же одному?
– Ну? – наконец вернувшись обратно в гостевую залу, с порога поинтересовался принц.
– Та, тощенькая, – с улыбкой поведал торговец. – Она знает. Сказала – ее зовут Тескаль.
Зеркальце! Так-так… Правда, вряд ли это она распоряжалась жрецами. А впрочем… Ей было бы очень удобно подставить своего господина испанцам. Просто сказать той же донье Марине, кто на самом деле такой Куатемок! Иначе откуда конкистадоры узнали?
Ладно, как бы то ни было, а этой девочкой явно нужно заняться!
– Так ты с нами, Куатемок? – оглянувшись, негромко спросил гость. – Или с белыми, среди которых у тебя слишком уж много друзей.
– Друзей никогда не бывает много, – наставительно заметил принц. – Да, у меня есть друзья-эшпаньотль… Но я вовсе не хочу, чтобы наши незваные гости стали бы хозяевами в стране! И рад, очень рад, что ты спросил меня об этом. Значит, теперь я не одинок. Что так смотришь? Не доверяешь?
– Ты сильно изменился, друг! – Шиутек восторженно хмыкнул. – Стал как будто бы взрослее, мудрее…
– Нужно послать отряд на побережье, – так же тихо сказал Куатемок, – если ты понимаешь, о чем я…
– Вполне! – В глазах гостя молнией сверкнула решимость… и радость. – У нас есть воины! Те, кто хочет бороться…
– Славно! Отряд должен встретить большие лодки белых… Врагов Малинче! Да-да, как и мы, они вовсе не едины. Там есть крепость, называется Вера-Крус – важно не дать окопавшимся в ней эшпаньотль уничтожить тех, кто придет из-за моря.
При этих словах молодой купец скептически скривился:
– Неужели это явятся наши друзья?
– Нет, – хохотнул принц. – Враги наших врагов. Этого пока вполне достаточно. Кто поведет отряд? Впрочем, можешь не говорить.
– Нет, почему же? Скажу. Ведь невозможно подозревать друг друга всегда. Отряд воинов поведет известный тебе Атонак, четвертый военачальник!
Четвертый военачальник! Один из четырех, тех, кто после смерти правителя провозглашает нового вождя! Отлично! Именно такие люди и нужны в начинающемся наконец-то сопротивлении… Атонак – тот самый, с лицом и фигурой Гойко Митича, – опытный военачальник и отважный воин. Славно, славно!
– Для тех, кто прибудет, пусть Атонак не жалеет золота, – деловито продолжал принц. – Нам нужны опытные в ремеслах люди, да и вообще умелые воины. Умелые – не так, как мы.
– У нас хватит золота, – с улыбкой заверил гость.
– Тогда у меня к тебе еще она просьба. Завтра, прямо с утра пораньше, не мог бы ты прислать ко мне нескольких человек, целую толпу…
– С утра у тебя будет двадцать человек. Все – верные люди. И даже не говори зачем.
Отлично!
После ухода внезапно оказавшегося столь важным гостя Куатемок устало растянулся на ложе и, поправив циновки, велел позвать Зеркальце. Милую и приятную во всех отношениях девушку… предательницу?
– Ты знаешь язык южных племен? – не стал откладывать вопрос принц.
– Да, – моргнув, честно отозвалась Тескаль. – Моя мама была из Теуатепека, и я знаю.
– Что же раньше на нем не говорила?
– А с кем?
Резонно. Очень даже резонно. Тогда кто же был там, в ночном саду мятежной Чолулы?
– Ты какой-то напряженный сегодня, мой господин. – Девушка погладила принца по плечу. – Хочешь, я сделаю тебе массаж?
– Сделай. – Куатемок расслабленно перевернулся на живот, чувствуя, как нежные девичьи руки умело снимают с него одежды…
Потом, через некоторое время, перевернулся обратно. И нагая красавица, стройная и гибкая, прижалась к нему всем своим пылающим жаром плотской любви телом…
Утром явились парни Шиутека. Двадцать богато одетых юношей – верных людей. Их пропустили по указу принца… Что он сказал мажордому? А черт его знает, что-то сказал, как-то ведь объяснил, неважно.
А потом часть парней ушла… И немного погодя слуги и соседи могли наблюдать, как пышно разодетый принц в головном уборе из перьев, с надвинутой низко на лоб вышитой жемчугом повязкой уселся в самую красивую свою лодку. Парни – верно, посланцы друзей – уселись на весла, на корме живой статуей застыл верный Несауа. Поплыли… И все во дворце знали куда: наследник решил навестить своего старого друга в Истапалане. Не так уж и далеко. Но и не очень близко.
