Ира тепло улыбнулась, и Алекс понял, что этот Захарий Леонтьевич был отличным мужиком, с которым он просто будет обязан познакомиться, а потом поблагодарить, что тот позаботился о его паре и ребёнке, когда он сам… Алекс оборвал себя, не нужно сейчас было об этом думать, ой как не нужно.
— Тебе повезло его встретить.
— Да, повезло. Но моё везение было недолгим. В ночь полнолуния, Артём выследил меня. Мы дрались. Он оказался сильней.
Алекс напрягся, догадываясь, что последует дальше, но Ира не продолжала, она смотрела в пол и не моргала, а потом по её щекам потекли слёзы.
— Я… — начала она, сквозь слёзы, — я боролась с ним, я была готова умереть, только бы он не добрался до Германа, но ему нужно было другое. Для меня стало сюрпризом, что он тоже был оборотнем. Он… — она отвернулась, вытирая слёзы и продолжила дрожащим голосом, — он изнасиловал меня в полнолуние, а потом посадил на цепь в подвале того дома, где мы с ним жили. Он бил меня, когда я не подчинялась, когда я отказывалась есть. Он сделал мне татуировку, чтобы сломить меня. Он пометил меня, Алекс. Он сделал меня грязной. Я не думала, что могу с такой силой ненавидеть кого-нибудь, что дышать бывает тяжело, но я его ненавижу и в тоже время боюсь. Он больной. Ему лечиться надо.
— А ещё лучше подохнуть, — не удержался он от комментария. — Малыш?
Ира прикрыла глаза и тихо прошептала:
— Я ношу его ребёнка. У меня рука не поднялась избавиться от него. Оно невинно. И я… Я пойму, если ты прогонишь…
Он не дал ей договорить. Вытянув руки вперёд, Алекс схватился за подлокотники её кресла и притянул его ближе к кровати. А когда между ним и Ирой образовалось небольшое расстояние, он переложил руки на её плечи и потянул на себя.
Она была такой крохотной и беззащитной, и Алекс чувствовал потребность защитить её. Он был её парой, он был обязан её защитить. И пусть он раньше этого не сделал, он сделает это сейчас.
Устроив любимую поудобней на своих коленях, Алекс начал гладить её по отросшим волосам и спине. Он ничего не говорил, не потому что не знал, что сказать, он понимал, что сейчас Ире была необходима тишина, и он был готов ей её дать, хотя внутри у него был про хаос. Хотелось рвать и метать, а ещё крови… крови своего заклятого врага, который обидел его пару, которой решил предъявить на неё свои права. Этот Артём ему сразу не понравился, когда она ему о нём рассказала, и как оказалось не зря. Он будто чувствовал, что это тип появится в их жизни и испоганит её. Но, похоже, он не знал, что в их мире, в мире оборотней, такие вопросы решались быстро. Двое, что претендовали на одну самку, сходились в смертельной драке, и в большинстве случаев оставался один, а в меньшинстве никого. Пусть это были звериные законы, но и они были далеко не люди. Ему осталось только найти обидчика и тогда… тогда он устроит кровавую расплату.
— Ты спал с ней? — услышал он тихий вопрос, который ввёл его в ступор.
— Что?
— Я спрошу только один раз и больше никогда не стану поднимать эту тему, — посмотрела она ему в глаза. — Ты спал с няней или нет?
— Нет, я не спал с Таней, — честно ответил он, не понимая, почему она задала этот вопрос. — Но почему ты спрашиваешь?
— Просто она сказала…
Ира покраснела и попыталась встать на ноги, но он её не пустил.
— Что она сказала?
— Ничего. Даже если бы ты и спал с ней, кто я, — она горько усмехнулась, — чтобы осуждать тебя.
— Я не спал с ней, — слегка повысив голос, повторил Алекс. — А теперь расскажи мне, что она тебе наговорила.
— Она намекнула мне, что вы…
— Вот же с…чка! — выругался он. — После того дня, когда я понял, что потерял тебя, я не был ни с одной женщиной, хотя Совет мне мозг вынес, уговаривая жениться снова, чтобы продолжить род. Но я не мог этого сделать, я не мой отец. Жить с одной, но любить другую — это не по мне. Маргарет была хорошей матерью и женой, но всё же я видел, как отец страдает от разлуки с моей матерью. Понимаешь, я не хотел так. Ты была, есть и будешь моей единственной парой. И так будет до конца.
Слёзы снова потекли из её глаз, и Алекс прижал любимую к своей груди. Самое страшное, что могло с ним случиться, уже случилось, он считал её мёртвой, так что с остальным он справится. Да, ему была ненавистна сама мысль, что Ира носила ребёнка другого, но она оставалось его парой, не смотря ни на что. Алекс поклялся себе, что попытается принять этого ребёнка, но сначала он убьёт его отца, отомстит за свою пару, а там… там будет видно.
— Ты злишься? — прошептала она.
— Да.
— Прости.
— Мне не за что тебя прощать, — ответил он, поцеловав её в висок.
— Но…
— Мне не за что тебя прощать, — повторил он, — и выгонять я тебя не собираюсь.
— А няню?
Алекс напрягся. Он не ожидал от Тани такой подлости. Он-то считал себя виноватым перед ней, а она… Он этого не потерпит.
— Не волнуйся, я решу это вопрос.
— Спасибо.
— За что?
— За то, — она крепче обняла его, а потом потёрлась носом об его шею, и Алекс почувствовал, как желание сменяет гнев, — что ты есть в моей жизни.
Он улыбнулся.
— Ты меня сейчас соблазняешь?
— А у меня получается?
— Ещё как.
— Значит, да, соблазняю, — подтвердила она, и он почувствовал, как она улыбается. Эта быстрая перемена её настроения была ему понятна, всё-таки в его доме было четыре беременных девушки, у которых настроение менялось быстрее, чем направление ветра. — Можно я кое-что сделаю?
Алекс немного отстранил её от себя и заглянул в зелёные глаза. Он видел, как они начали темнеть и ему это безумно нравилось.
— Сделай.
— Будет больно, — предупредила его Ира.
— Я стерплю от тебя любую боль.
— Какой самоуверенный.
— Это ты меня таким делаешь.
Она рассмеялась, хоть слёзы ещё не высохли на её щеках.
— Значит, ты даёшь добро?
— Да.
— Даже не зная, что я собираюсь сделать?
— Я догадываюсь.
— Ах, он догадывается, — вытерев слёзы, поддела его она. — Ну, тогда приготовься, мой хороший, потому что, думаю, будет больно.
Когда она начала расстегивать его рубашку и стягивать с Алекса левый рукав, он уже вовсю сиял как лампочка от предвкушения.
— Смотри, щёки треснут, — съязвила Ира и поцеловала его в районе ключицы.
Тяжело втянув в себя воздух через нос, Алекс прикрыл глаза и постарался расслабиться. Если она собралась его пометить, что ж, он только «за». Когда её язык прошёлся по плечу, мужчине пришлось сжать кулаки, чтобы удержать дрожь, но это не помогло. Тихий стон вырвался из его груди и в этот момент он почувствовал укус. Ира впилась клыками в его плоть, и его тело ответило мощной разрядкой на такое обращение.
