— Тоже хочешь? — посмотрела она вжавшего голову в плечи Криса. — Я не посмотрю, что ты сын директора.
— Да не, я это, сам, ага, — но судьба безжалостна.
Нокаут.
Спим.
*
*
*
— Светлана, — женщина с яркими светлыми волосами смотрела на дочь. — Что ты творишь?
— Я-я не х-хотел-а, — промямлила девушка.
— Тварь! — в голову Светы прилетела ваза от цветов. Ваза разбилась, выпуская воду наружу. — Ты хоть представляешь, что наделала?! Всех денег нашего клана не хватило бы, чтобы выплатить компенсацию всем семьям!!!
Стоящая с прямой спиной девушка склонила голову в пол, едва сдерживая слёзы. Ваза не принесла боли, отношение к ней делало больнее.
— Смотри мне в глаза!!! — закричала женщина.
Света подняла взгляд и столкнулась с ненавистными алыми. Они пробирали до души, заставляя дрожать от страха.
Женщина пыталась успокоиться, но выходило откровенно плохо.
— Благо среди мёртвых было пять простолюдинов, им заплатить можно немного, но вот Фридрихи и Волковы...попросят существенную сумму, — спокойно начала женщина, кинув взгляд на вновь опустившего голову ребёнка.
Её дочь с самого рождения доставляла проблемы из-за своего мягкого и стеснительного характера, никак не подходящего их семье. А когда большинство резервов уходило на препараты увеличения резерва, так вообще закрылась в себе. Хоть самой дочерью она была недовольна, её результатами — вполне. Количество её маны уже почти достигло уровня Повелителей в свои пятнадцать лет. Хотя, учитывая чистоту в девяносто восемь процентов, эти результаты не являются даже удовлетворительными.
Чёртова пятёрка достигла такого же в свои двенадцать. Их клан пострадал сильнее всего из-за перестройки. Ограничение бюджета, наглое выкачивание денег и срезание военной силы почти наполовину. В те времена они могли соперничать с Императорской семьёй, теперь же даже шага сделать не смогут, как их растопчут. А всё из-за них.
Они начали создавать оружие. Оружие, которое стоит перед ней и не может поднять свою голову. Глава Дороховых же отыскала мужчину с чистотой в сотню процентов с похожей способностью к огню. Она схватила его и не отпускала, заимев от него ребенка. Он был невообразимо сильным, но мягким.
И дочь пошла в него. Такая же неуверенность и слабость. Чёрт-чёрт, где же она прокололась?
— Свободна, — махнула рукой женщина.
Дверь закрылась, Света оказалась в длинном коридоре. Выдохнув, она смахнула вымученные с глаз слёзы.
Она медленным неуверенным шагом пошла к отцу, только он поймёт её. Только он поможет.
Дверь в гостиную открылась, впуская девушку в сидящему в кресле мужчине с оранжевыми волосами и такими же алыми, как и у матери глазами.
Мужчина повернулся и мягко улыбнулся.
— Иди сюда, что стряслось? — мужчина уже знал все подробности, но хотел узнать всё из уст дочери.
Света подошла и присела на соседнее кресло.
Взгляд отца резко стал холодным, когда он почувствовал лёгкое движение слуг, устранивших прослушку.
Света расправила плечи и посмотрела идентичным взглядом на отца. Вся показная неуверенность ушла.
— Бейн Таск, как ты и говорил, интересный экземпляр. Я пыталась убить его, но он каким-то образом ослабил заклинание, ещё и учитель помешал, — смахнула Света волосы и взяла кружку с чаем, наслаждаясь сладостью напитка.
— Хех, его отец тоже был непростым, нам огромных трудов стоило завлечь его в Подземелье, — усмехнулся серый глава клана.
— Так зачем нам нужен его сын? — спросила девушка, спрятав губы за кружкой.
— Бейн спрятал кое-что интересное в своём сыне, — скрестил руки мужчина. — Пытайся наладить контакт, у тебя должно получиться, не зря ты моя дочь. Какая актриса вымахала!
— Давай не будем, — надула щёки Света. — Это всё твои заслуги.
— Да-да, не отнекивайся. Кстати, турнин тебе выигрывать не нужно, — махнул он рукой.
— Разве? Ты же говор...
— Уже не нужно. Сомневаюсь, что его сын сможет участвовать в нём с такими травмами, — посмотрел в панорамное окно мужчина. — А теперь рассказывай, как дела у школе, завела друзей?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ну па-а.
Глава 32 - Меркантильная.
Тела монстров раскиданы повсюду, изрубленные, избитые, они подняли свои стеклянные глаза в потолок. Сочетание страха и боли ясно читалось в скукоженных телах, выставленные в попытках защититься руки пытались хоть как-то спастись. Но безуспешно.
Залитые кровью стены пещеры омрачали и делали эту картину по настоящему ужасающей. Сердце сжалось тисками, настолько невыносимой была эта атмосфера. Свет от фонаря с уже почти севшей батареей блекло освещал залитое кровь лицо молодого парня, поддерживающего одной рукой кровоточащий бок. Как же ему не хотелось вновь оказываться тут, но у судьбы другие планы. Деньги были поставлены выше хотелок.
Просто присесть на диван, наблюдая за мерным огнём камина, слушать веселое щебетание детишек, с улыбкой встречая каждое их слово. Но не сейчас, сейчас нужно двигаться дальше.
Иногда не хватало собеседника, всё равно, даже если он не будет отвечать, оставаться одному намного больнее, чем может показаться. Внутри сжимает невыносимое чувство какой-то банальной потери, подбородок начинает трястись от пытающегося удержать эмоции под контролем парня.
Голова затылком утыкается в стены Подземелья. Тьма, она одна дарила покой, и даже цокот новых монстров, ордой готовых напасть на единственного человека никак не препятствовали разглядеть в темноте что-то прекрасное.
Парень медленно поднялся с пола, придерживая уже спекшуюся на боку рану и, заглушив фонарь, пошёл чуть дальше по, ориентируясь только по выемкам на стенах. Монстрам придётся попотеть, чтобы найти его. Разлитая повсюду кровь собьёт их обоняние и позволит наносить неожиданные атаки.
— Может лису завести? Или выдру... — парень посмотрел на проход, в котором красными огнями горели глаза всевозможных монстров. — Хоть не так грустно будет.
И в ответ на это, его фиолетовые глаза сами собой засветились ярче звёзд на ночном небе.
38 смерть.
*
*
*
— МмМ... — промычал, пытаясь открыть слипшиеся глаза. — Тяжело-о-о.
Правый глаз приоткрыл занавесу тьмы, показывая ту же палату, в которой я проснулся в прошлый раз. Левая сторона мигом привела меня в чувство, когда я попытался прикрыть прорывающееся через окна солнце. Только вот этому было не суждено сбыться. Резкая боль заставила прикусить губу, чтобы не заорать во всё горло.
Медленно и левый глаз поддался потугам открыться. Зря, очень зря. Привыкшее в тьме зрение резануло ярчайшим солнцем. Зажмурился, пытаясь побороть белое пятно ровно в центре. Медленно приоткрываю оба глаза и направляю взгляд на ставшее ненавистным окно.
Глаза режет от света, но стоило с десяток секунд посмотреть, как зрение привыкло и уже можно было не боясь полностью открыть гетерохромные глазки.
Так же медленно осматриваю лазарет, приподнимаясь на одной руке, терпя жгучую боль. Правой рукой подставил подушку под спину и откинулся. Пустой резерв, даже не пытающийся наполняться, ведь вся энергия уходила на лечение, разочаровал.
В голове на секунду появилась мысль вновь поспорить с директором ещё на месяц и откатить ману к нормальной, точнее дать пауку разобраться с этой проблемой. Но была сразу же откинута, как ненужная, не знаю, сколько я провалялся, но день наверняка есть. А это значит, что турнир через шесть дней. И так уж вышло, что победить в нём я просто обязан.
Появиться легальный способ отправиться в Японию. К первой моей цели. Только как драться с нереальными повреждения, с которыми я даже ходить не смогу? Можно попробовать перебросить энергию души в резерв и вкинуть всё в восстановление.
Но не навредит ли это ещё сильнее? Тело само по себе сейчас на ладан дышит, а если перегрузить его маной? Можно сразу гроб заказывать. Наверное. Не проверено.
Если и проверять это, то только под присмотром какого-нибудь Просветленного с лечащим навыком. Из таких у меня в знакомых только медсестра, условно знакомых. Я даже её имени не знаю.
