двое кинулись к ней и переругиваясь посадили в креслице, сразу же сунули водички, под ноги подставочку. Я наблюдала за спектаклем через приоткрытую дверь и похрюкивала от смеха. Тем более стоило только мужчинам отвернуться, как на губах у Миры заиграла такая гаденькая улыбка, что мне стало их жаль. Ведь веревки из них вить можно спокойно.
Чешую после линьки собрали. Отдельные чешуйки пойдут на продажу, или же в декокты магов, а вот из тех, что слезли кучей, можно будет сделать доспехи, которые по прочности не уступят стальным, зато не в пример легче и гибче. Еще я заметила явное охлаждение отношений между Чудери и Иромом. Что-то у них не ладилось. Дракон постоянно огрызался, всадник все время был на взводе. Пока удавалось избежать скандалов, но до них было не далеко. У малыша каким-то чудом прорезался довольно гадкий и властный характер, он даже мной пробовал помыкать, за что получил по уху. Потом дулся как маленький два дня. Я же посмеивалась над ним, смотря, как он набирается смелости подойти и попросить прощения. Сложно ему придется с таким нравом. Нет, драконы его слушать будут как родную маму, а вот он их…
— Может, хватит от меня бегать?! — я подпрыгнула и обернулась. Шайн чуть наклонившись смотрел на меня и хитро улыбался. Уши сами собой прижались к голове, а хвост, спрятался между лап. — Ага, значит я прав и ты действительно меня избегаешь. Ладно тебе, я же сказал тогда, что не вижу в тебе собаку, а сейчас стараюсь разграничить и не воспринимать как человека. Так что прекрати вести себя как нашкодивший щенок. — меня потрепали по голове и развернувшись Шайн направился к загонам.
Посидев с минуту, я решила, что жизнь надо жить так, чтобы потом не было безумно жалко впустую упущенных минут, понеслась за ним и со всего хода прыгнула на спину. Подгадала момент правильно, он как раз огибал кучу сваленного посреди двора сена и именно в нее и упал. Заурчав, попыталась убежать, но мой хвост уже был плотно зажат в кулаке. Завязалась небольшая потасовка, на которую сбежались посмотреть с десяток всадников и парочка слуг. Попав в захват, я заскулила и завиляла хвостом. Отпустил. Запустив в меня охапкой травы, поднялся и улыбаясь пошел дальше. Я же вытряхнув из шерсти застрявшее сено побежала за ним. Шайн обнаружился в загоне Чудери. Эти двое довольно мило болтали, обсуждая какие-то мелочи нужные для комфорта. Пока они были заняты, я решила попугать Красса. Эта старая ящерица спала праведным сном у себя и ни в ус не дула, что скоро на тренировку. Аккуратно стараясь не шуршать подстилкой, я подошла к морде. Заметила под носом длинную соломинку, которая шевелилась в такт дыханию дракона. Как кажется, уже упоминала самые чувствительные места у дракона это за ушами. В ту же категорию можно отнести нос и подушечки лап. Щекотать нос длинной соломинкой чревато тем, что на тебя чихнут, а чихают драконы иной раз не только воздухом, но и огнем, особенно во сне, когда плохо контролируют себя. Лап тоже лучше опасаться, так как острые когти легко пропарывают стальной лист, а в камнях оставляют глубокие борозды. Чешуйки за ушами щекотать бессмысленно, а вот сами ушки… Они кстати больше похожи на уши Шрека, такие же трубочками, только они могут сворачиваться и разворачиваться уменьшая и увеличивая слышимость. В свернутом состоянии, они всегда когда дракон в безопасности, а вот разворачиваясь, они плотно прижимаются к телу и ловят малейшие изменения вокруг. Система ниппель, блин! Зацепив зубами тонкую соломинку, я подошла к ушкам и уже даже приноровилась, как огромная лапа подбила мои я плюхнулась на пол, звонко клацнув клыками.
— Я тебя слышу и ощущаю. Привет, Гейя! — веки приподнялись, открывая радужку с узким зрачком. Я тоже приветливо оскалилась.
— Вот теперь я поняла значение пословицы. — тихо проворчала себе под нос. Красс с интересом повел мордой. — Не рой другому яму, сам в нее и попадешь.
— А, понятно. Действительно правильная мысль.
Поболтав еще немного, я умчалась гулять пока погода позволяла. Уже под вечер слегка замерзшая, я вернулась в замок. Прошмыгнув через черный ход внутрь, я со злорадством отряхнулась от снега на пороге у вредного служки. Да уж зима в этот раз пришла рановато, по идее еще должен месяц тепла быть, но не срослось. На кухне домывал посуду поваренок, которого я любила пугать. Облизав замазанную в саже щеку, я получила свой ужин. Пока грызла здоровую кость, думала куда пойти спать. Выходило, что либо к Чудери, либо к Шайну. К дракону идти не хотелось, ветер поднялся, да и похолодало, я же моржом никогда не была, хоть и не замерзну особо, но мало приятного от снега в морду. Зато у Шайна в комнате тепло, относительно конечно, и камин горит. Чуть сильнее сдавив челюсти почувствовала привкус крови. Ну вот опять острый осколок впился прямо в язык и десну. Открыв пасть, из которой высыпалась расколовшаяся кость, я вытащила язык, и пыталась углядеть, сильно ли порезала. Идиотское занятие, все равно ни черта не видно. Поваренок, похихикав надо мной, встал и совершенно без страха вытащил застрявший в десне осколок. За что был облизан еще раз, правда, теперь на его щеке остались небольшие разводы от крови. Помахав хвостом и проурчав пожелание спокойной ночи, побежала к Шайну.
Маг, очевидно, меня ждал, так как едва я подошла к двери с целью поскрестись, открыл ее и впустил меня. У камина стояло одинокое кресло, где до моего прихода сидел Шайн. Пока он закрывал за мной дверь, я тенью метнулась к огню и свернулась калачиком на ковре. Тепло, хорошо, никто не дергает, ниоткуда не поддувает, легкий сквозняк, это не сильный ветер.
— Гейя, у меня есть маленькое деловое предложение. — я шевельнула ушами, мол слушаю. — Весной, мне надо будет поехать в столицу. Добираться туда не так долго и не так опасно, но мне хотелось бы, чтобы ты поехала со мной. Лишние уши и глаза мне не помешают, а на тебя никто не подумает. Мало ли что мне придет в голову, вот решил завести собаку, никто не насторожится. Согласна? — я немного прикинула время и кивнула. Мира к тому времени как раз должна родить, так что успею увидеть малыша. Тем более три месяца, точнее четыре срок приличный, хотя если верить самой девушке
