обладаешь.
— Так мои истинные выживут? Зачем тогда ты остановила меня во время переноса к Мерил?
— Милая, все только в твоих руках и так было всегда. Я лишь слегка подтолкнула тебя в нужном направлении, хотя и так не сомневалась, что ты выберешь. А теперь внимательно выслушай меня и сделай в точности, как я тебе скажу. Ты не должна никому открывать правду о себе, которую я сейчас тебе рассказала, кроме своих мужчин. И самое главное не ты должна убить Мерил, а Хейден. Это самое важное.
— Но у него нет таких сил.
— Зато они есть у тебя. Не забывай! Ты наполовину Хранительница и вполне способна пробудить в драконе кое-кого, о ком всегда мечтала его мать — загадочно произнесла она, а я нахмурилась…
— У меня ничего не получается! Кровь не останавливается! — услышала я отчаянный голос Элджерона, а потом ощутила его руки у себя на груди и сильную боль.
Значит Хранительница не солгала, я, по-прежнему, жива!
— Соберись Эл! Ты должен исцелить ее! Это ее единственный шанс! — кричал на него Коналл, а Феликс и Хейден просто держали меня за руки.
Усилием воли я открыла глаза и встретилась взглядом с Хейденом и вспомнила слова Хранительницы. «Не ты должна убить Мерил, а Хейден. Пробуди его дракона и он закончит то, что не смогли сделать адриды. Только у Первородного дракона хватит сил справиться с Мерил!».
Ее слова эхом стучали у меня в голове и я, снова закрыв глаза, отпустила руку Хейдена и положила ее поверх руки Элджерона.
— Ангел! Что ты… — начал Эл и я услышала надежду в его голосе. Но мне надо было действовать быстро, иначе я и в самом деле могла умереть. Я не могла исцелить себя сама, но зато это мог сделать Элджерон, просто ему нужно было немного помочь. И я так и сделала. Прикоснувшись к его руке, я послала сквозь его тело свою собственную силу исцеления, которая струилась во мне, благодаря Хранительнице, останавливая кровь и сращивая ткани, а когда открыла глаза, то увидела шок на лицах всех своих мужчин.
Я поднялась на ноги и прикоснулась к груди Хейдена.
— Ида, что ты… — начал он, но я перебила его.
— Тсс! Только ты способен победить свою мать, Хейден. Это право и обязанность Первородного дракона — тихо шептала я ему, касаясь его кожи и сплетая заклинание, о котором мне рассказала Хранительница. Она сама не могла сделать это, ей запрещено было вмешиваться, поэтому она и придумала весь этот план.
Он созрел у нее в тот момент, когда адриды пришли к ней за помощью и Хранительница была вынуждена отказать им. Но она вмешалась во время и спасла Диану, мою мать, а потом на свет появилась я. Но при переходе в это мир Хранительница подарила мне частичку себя, тем самым сделав меня сильнее и могущественнее, чем могла быть любая из адрид, и обманув всех этой… уловкой. Она в течение долгих лет поддерживала, а иногда спасала или наставляла всех моих мужчин. Она вела всех нас к этому моменту, чтобы я здесь и сейчас смогла пробудить в Хейдене его дракона и положить конец тирании Мерил и подобным ей.
Теперь я поняла весь замысел плана Хранительницы. Да, адриды были великой силой Саракеша, но все, по-прежнему, верили в Первородного дракона и считали им Хейдена. Именно поэтому многие помогали ему и именно поэтому я должна была сейчас сделать это.
— Ида, что ты делаешь? Мне как-то не по себе — покачал головой Хейден, который теперь более уверенно стоял на ногах.
— Просто доверься мне. Подумай о своем драконе и как будешь готов… выпусти его.
Я наконец опустила свою руку и Хейден отступил от меня на несколько шагов назад, держась рукой за грудь в том месте, где минуту назад находилась моя рука.
— Милая, что ты сделала? Я не понимаю. Твои мысли теперь закрыты от меня — растерялся Феликс, а я бросила на него грозный взгляд.
— А об этом мы с тобой еще поговорим. Ты должен был сразу сказать мне!
Я знала, что вампир читает мои эмоции и мысли. Хранительница поведала мне и об этом, но сейчас на разборки не было времени. К тому же, после моих слов Коналл и Элджерон переглянулись между собой и предпочли промолчать.
— Мне бы не помешала помощь, если вы закончили! — закричала нам Калеопа, которая в это момент отвлеклась и Мерил смогла нанести ей удар.
Я помчалась к ней и мужчины просто не успели меня перехватить. Это и стало переломным моментом для Хейдена. Когда он увидел, что его мать снова приближается ко мне, то взревел, как самый настоящий дикий зверь, и в одночасье перекинулся в огромного дракона, который с трудом помещался в тронном зале.
— Не может быть! — качала головой Мерил — Неужели я и в самом деле была права?!
Получается, что так!
Потому что сейчас перед нами стоял огромный злой дракон и им был Хейден. Все замерли в тронном зале и прекратили сражение. Ну, еще бы! Ведь прямо посередине зала стоял красавчик дракон с золотистой чешуей и огромными красными крыльями, которого нельзя было не заметить. Его ноздри широко раздувались из-за ярости, которую испытывал Хейден, но Хранительница предупредила, что дракон и мой мужчина — это два разных создания и у них два разных сознания. Поэтому сейчас перед нами стоял не Хейден, а Первородный дракон — первый живой представитель новой расы Саракеша.
*** Несколько лет спустя
— Даниэль, прекрати убегать! — я гналась за своим вторым ребенком и все никак не могла поймать его, поэтому пришлось применить силы, чтобы он наконец остановился.
Щёлкнув пальцами, я тут же остановила его и, развернувшись малыш, надулся.
— Ну, мам! Ты же обещала поиграть со мной. А с силой это нечестно! — пожаловался он и я наконец смогла подойти к нему ближе.
— Нечестно убегать от меня, ведь нас давно ждет твой отец. Разве ты забыл, что мы обещали ему прийти на церемонию?
— Я не обещал — покачал головой Даниэль — Я ненавижу эту скучную церемонию, которую он проводит каждый год. Мам, зачем он ее проводит?
Да, я тоже не любила, когда Хейден проводил ее, но он считал это необходимостью. Церемония в честь падших адрид, которые отдали свои жизни, чтобы спасти Саракеш.
