Варлей в Кавказской пленнице.
Миниатюрная такая, точенная куколка с симпатичной мордашкой.
«И не испорченная совсем», — добавил про себя Борис Дмитриевич.
— Ой, Борька, ты уже здесь оказывается! — изумилась Семейка. — Я ж не опоздала надеюсь?
— Это я раньше пришёл, Ленчик, — заверил Сивый.
— Фуух, я так спешила! А это что у тебя такое? — она кивнула на томик Петухова, который Борис Дмитриевич прихватил с собой на литкружок.
— Фантастика космическая, новое веянье. То, что модно сейчас и народ охотно читает.
— Ты теперь фантастику читаешь? Рекомендуешь? — как любой человек любящий книги тут же зацепилась Семейка, проглатывающая за день по книге.
— А я ж не знаю, что тебе нравится, ты вообще фантастику читала когда-либо? — уклонился от ответа Борис Дмитриевич.
«Ну рекомендовать господина Петухова для чтения такой невинной малышке… сама пусть для себя решает читать или не читать», — подумал он про себя.
— Ну, Беляева читала, четыре раза перечитывала про приключения Ихтиандра…
— Это другое совсем.
— Ладно, бог с ним с твоим Петуховым, куда мы сейчас пойдём? — охотно переключилась Ленка.
— На литкружок вроде как собирались, — улыбнулся Борис Дмитриевич. — Но сначала позволь угостить тебя мороженым. Я обещал… ну и про Блока обсудим стишок для встречи.
— Ты не подготовил анализ? — она закатила глаза.
— Неа, — честно признался Сивый. — Руки не дошли.
Семейка крепко задумалась.
— Может тогда просто мороженое поедим, а? Безо всяких этих разборов?
Боря улыбнулся и как положено настоящему джентельмену подставил ей руку, приглашая начать прогулку. Ленка с удовольствием взялась и даже засветилась вся.
Болтали о всякой всячине. Шли через парк, куда Борис Дмитриевич свернул. Держа слово, Сивый купил Ленке пломбир. Ну и поддерживая разговор о всякой всячине, все же по тихоньку переходил к делу.
— Кстати, хотел у тебя вот что спросить — у нас денег явно больше, чем предзаказов продано. Ты все записала или где-то пропустила?
Ленка с удовольствием облизывала таящее мороженое, оставив на нем половину мамкиной помады.
— Все записала, — закивала она. — Я так и знала, что ты об этом у меня спросишь! Забыла тебе сказать.
— Спрашиваю. Скажи сейчас.
— Я предлагала людям сделать именной заказ с подарочной упаковкой, — заверила она. — Семь рублей за штуку. Зря что ли мой папа столько упаковочной бумаги в гараж приволок.
Борис Дмитриевич в который раз изумился смекалистости девчонки. Обсуждать они это обсуждали, да как-то из головы вылетело. А он вот вспомнила. Даже предзаказы на именную упаковку взяла.
— Судя по разнице много народа заказы именные сделало?
— Угу, — Ленка всосала подтаивший пломбир, облизнула язычком губы. — Так точно не скажу количество, но в каждом именном заказе я точку ставила после фамилии, чтобы не запутаться. Штук пятьдесят точно наберется. А если бы с самого начала сказала о такой возможности, то все бы только именные брали.
— Молодчина, завтра у нас с тобой важный день предстоит, новые саммари писать и как теперь выясняется часть книжек надо упаковывать и подписывать.
— Кстати, и где же мы с тобой будем брать книжки теперь? — поинтересовалась Ленка. — Я конечно список новый написала, но далеко не все есть. Мы с тобой в прошлый раз хорошенечко запасы выпотрошили. А там большинство позиций повторяются.
Она захихикала.
— Так с завтрашнего дня мы откроем пункт приема и скупки книг, я объявление в газету подал.
Сивый на этот раз чуточку подробней рассказал Ленке о своих планах на обозримое будущее. Про пункт приема, про ларьки по городу. С цифрами и собственными прогнозами.
— Ух ты! — искренне восхитилась она.
— Ух я.
Семейка задумалась, а потом внимательно посмотрела на Бориса Дмитриевича.
— И кто ж за всем этим хозяйством будет смотреть, когда мы в Москву поедем, а Борь?
— Было бы за чем смотреть… — он отмахнулся, не желая тему продолжать. — Ну ты то хоть довольна, а малявка?
— Я то малявка? — она выпучила глаза, облизывая с пальцев остатки растаявшего мороженого. — Можно прям подумать, что ты у нас вылитый Голиаф! Метр с кепкой, ишь ты!
Посмеялись от души. Вот чего было не отнять у Ленки, так это легкости, которую девчонка с собой несла и охотно делилась. В ее обществе Сивый чувствовал себя великолепно. Однако то и дело приходилось возвращаться к деловым вопросам. Так уж голова у Бориса Дмитриевича соображала по этой жизни. В нужную сторону варил котелок. Потому что понимал Сивый — как бы легко и хорошо не было ему с Семейкой, но деньги сами себя не заработают. По крайней мере, на этом этапе, когда дело только развивается.
— Слушай Лен, а ты случаем не знаешь Зелимхана Магомедова? — спросил Сивый, примерно прикидывая, что Зелим плюс минус их ровесник, поэтому Семейка вполне может его знать.
— Зелимхана?
— Да, парень дагестанец, хороший спортсмен, ну и наш с тобой ровесник плюс минус.
— Может и знаю, мой папа кстати говорит, что все кавказцы в нашем городе занимаются борьбой! И твой Зелимхан тоже наверное борец?
— И не только в нашем городе, — хмыкнул Борис Дмитриевич. — У них это с молоком матери впитывается. А Зелим кстати и вправду борец — вольник.
— Тю, так если он борец, то все борцы у нас в местной секции занимаются… а ты что решил на спорт пойти? Мне кажется или ты массы мышечной набрал? — Ленка потрогала бицепсы Бориса Дмитриевича.
«Не кажется, Лен, я уже по тридцать раз отжимаюсь от пола, несолидно как-то с рученьками веточками ходить», — подумал Борис Дмитриевич, гордо напрягая свои мышцы.
Над собственной физической формой Сивый работал не покладая рук. Хвастаться пока нечем особо, увы. Но гораздо лучше, чем было.
— Со стороны виднее прирос я мышцами или не прирос, а где секция борцов расположена? Адрес быть может знаешь?
— Тю, Борь, ты же в началке туда ходил два года!
— Точно! Туплю чуть-чуть. Как из головы вылетело, прикинь.
Говорить, что он не тупит, но тупо понятия не имеет куда ходил предыдущий владелец данного тела, Борис не стал. Ленка то не в курсе совсем о главном секрете Сивого. А вот в прошлой его жизни никакой спортивной секции борьбы в городке попросту не имелось. Так, турники на редких спортивных площадках, да и половину из тех — сломаны.
«Ну ничего, поищу в справочнике, там и адрес и номер должны быть этой секции».
Вот так общаясь на разные темы, Сивый и Ленка наконец подошли по месту проведения литкружка — в собственный институт, где Борис Дмитриевич ещё неделю назад учился.
— Ну мороженое хоть вкусное было? — спросил он.
— Самое вкусное что я когда-нибудь ела! — призналась Семейка. — Вот бы ещё разок повторить,
