Четыре поколения Лейков занималось политической деятельностью, работали юристами и судьями, представителями округов и сенаторами, и нарушать эту традицию никто не собирался. Отец всегда делал ставку на старшего сына — любимца и наследника, но когда тот неожиданно рано умер, переключил свое внимание на младшего. Стивен очень хотел завоевать расположение и доверие отца, прекрасно учился и работал, делал все, чтобы отец по праву мог им гордиться. К тому же он видел, как сильно Лейк-старший тяжело переживает потерю старшего сына, с которым всегда связывал свои надежды и честолюбивые планы, и старался ничем не огорчать отца. Если бы он стал президентом США, отец был бы очень доволен!
Обо всем этом было хорошо известно Франклину Вини, но в его планы не входило, чтобы сенатор становился президентом страны. Его вполне устраивала нынешняя должность Стивена Лейка и участие в работе комитета по разведке. Франклин Вини не любил, когда сенатор приглашал его к себе в кабинет для очередной беседы. Это выглядело так, как будто директор школы вызывает к себе нерадивого ученика для очередной проработки. Франклин Вини по опыту общения с сенатором знал, что ничего хорошего визиты в кабинет Стивена Лейка не сулят. Раз его хотят видеть, значит, что-то не в порядке, что-то случилось или вот-вот может произойти.
Последний вызов в Вашингтон особенно насторожил Вини. Была середина жаркого августа, когда все сенаторы находились на каникулах, на роскошных виллах и в поместьях, и по своей воле никто не возвратился бы в столицу, если бы не срочные, неотложные дела. Франклин Вини хорошо понимал, что сенатор Лейк тоже просто так не покинул бы свое обширное поместье в Миннесоте только ради того, чтобы иметь счастье лицезреть сотрудника одного из секретных отделов ЦРУ в своем кабинете. Вместе с тем ему было любопытно послушать, что скажет Лейк и как объяснит срочность своего вызова.
— Садитесь, Франклин. Хотите кофе? — любезно предложил Лейк, сделав жест в сторону стоявшего на подносе кофейника и двух чашек с блюдцами.
— Нет, благодарю вас, сенатор, — ответил Вини. — В такую жару я не могу пить кофе.
Лейк уселся в большое, обитое мягкой белой кожей кресло.
— А вот я могу! — с гордостью сообщил он, словно способность пить горячий кофе в жару придавала ему мужественности и свидетельствовала о больших физических возможностях.
Франклин Вини вежливо улыбнулся и стал смотреть, как Лейк неторопливо берет чашку, наполняет ее кофе, кладет сахар и наливает сливки. Он понимал, что медлительность сенатора вызвана не особенностями его темперамента, а чем-то иным. Сенатор ждал, что Франклин проявит инициативу, не удержится и задаст первый вопрос. И в общем-то это не выглядело бы подозрительно. Если сто срочно вызвали в Вашингтон, значит, для этого были веские основания, о которых он имеет полное право спросить. Но Франклин Вини был умным, выдержанным человеком, опытным и искусным игроком, перехитрить которого было сложно. Он молча улыбался, глядя на сенатора Лейка, и терпеливо ждал, когда тот начнет разговор по существу. Однако Лейк, похоже, не торопился раскрывать карты и, в свою очередь, испытывал терпение Вини.
— Какое жаркое лето стоит в этом году! — сокрушенно качая головой, воскликнул он. — Я даже не припомню, когда еще была такая погода! Просто невыносимо!
Франклин Вини согласно кивнул.
— Хорошо, что август — время отдыха, — продолжал Лейк. — Можно спрятаться от этой жары на природе, куда-нибудь уехать, поудить рыбу… Вы любите рыбалку, Франклин?
— Нет, — невозмутимо ответил Вини. — У меня не было времени полюбить ее. Может быть, к старости я и стану рыбачить, а сейчас…
«Мне только не хватает сидеть с удочкой на берегу реки!»— раздраженно подумал он.
У него действительно никогда не было свободного времени. Работа в ЦРУ по борьбе сначала с коммунизмом, а теперь с международным терроризмом велась без выходных, праздников и каникул.
— Вы многое потеряли! — воскликнул Лейк. — Я, например, обожаю ловить форель. Мне кажется, что на рыбалке я становлюсь ближе к природе, лучше чувствую ее, наслаждаюсь красотой. Ведь значительная часть наших граждан живет не в крупных городах, а в поселках и деревушках. Иногда я думаю о том, что средства массовой информации и телевидение мало времени уделяют освещению сельской жизни. В основном показывают большие города, рассказывают об их проблемах, как будто только там сосредоточена жизнь! Такая позиция мне представляется не правильной!
Франклин Вини продолжал молча ждать, когда Лейку наконец надоест ходить вокруг до около. Сенатор, похоже, угадал его мысли, засмеялся и дружески подмигнул Франклину:
— Ладно, ладно, понимаю, что вы очень заняты и вас ждет множество дел, поэтому перехожу к теме нашего разговора. Так вот… Один из моих надежных источников информации сообщил, что ваш агент по контракту был найден убитым около границы штата Миссисипи. Он выполнял одно из заданий вашего ведомства? Попробуйте убедить меня в обратном, Франклин! Только не говорите, что вы тщательно следуете инструкциям и никогда… — сенатор выделил голосом слово «никогда», — не работаете в пределах страны, поскольку вам это запрещено. Надеюсь, мы оба понимаем: знать, что запрещено, и не делать того, что не дозволено, — разные вещи!
Франклин Вини молча выдержал пристальный взгляд Лейка, ни один мускул не дрогнул на его лице, но внутри у него все похолодело. Итак, просочилась информация об убийстве Рика Медины. Откуда? Вывод напрашивался сам собой: из его же ведомства. Вот этот удар!
— Ну, что скажете, Франклин?
— Сенатор, мы работаем по правилам, — проговорил бесстрастным голосом Вини. — На территории нашей страны мы не проводим операций. Если убили, как вы говорите, нашего агента по контракту, значит, в данной ситуации он выполнял задание какого-то другого ведомства. В противном случае я обязательно знал бы о его смерти.
На лице сенатора Лейка появилось удивление:
— То есть вы даже ничего не слышали об этом?
— К своей работе мы подключаем множество агентов, зная о том, что они выполняют задания и других стран. Я не исключаю возможности, что этот человек в тот момент работал по контракту на кого-то еще. Повторяю: если бы он выполнял наше задание, я знал бы об этом. Кстати, это он или она? — небрежным тоном поинтересовался Франклин Вини.
— Он или она? — недоуменно повторил сенатор.
— Мужчина или женщина?
— А… Мужчина. Вы действительно не в курсе того, что его убили?
— Нет, наше ведомство тщательно отслеживает работу агентов, и информация всегда поступает оперативно. Уверяю вас, сенатор, в данном случае этот человек работал не на нас!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
