На политической арене Верисии и всего континента зарождалось напряжение.
По заверениям Императора Адэ, никакого сотрудничества с опальным бароном не было и не могло быть, а передача некоторых артефактов — лишь жест доброй воли для укрепления научных связей, а после, как планировалось кабинетом министров и самим Императором — связей политических. Тем более в такое сложное время. В Аббадане бывший визирь Назмар, свергнувший власть султана в гражданской войне семь лет назад, разорвал все договоренности с Верисией и Адэ и взял курс на наращивание военной мощи. В связи с высокой популярность нового лидера в своей стране, армия его росла с пугающей быстротой.
Король Верисии официально выразил извинения за то, что некоторые представители высших чинов империи невольно были втянуты в вероломную интригу Астролда (речь тут шла, конечно, о министре науки, Ривье Кроне, который лично распорядился о передаче одного известного артефакта в Королевский Институт), и конфликт между странами угас, не успев зародиться. Удивительно, но никто ни разу не поднимал вопрос о планах и целях Астролда, для чего нужен был этот, плохо подготовленный переворот, что произошло в загородной резиденции. Страшный взрыв в башне обсерватории и чудовищной силы магическую волну, дошедшую до самого города, наблюдали тысячи людей, но никаких вопросов после этого не последовало. Поведение барона списали на сумасшествие и жадность до власти (некоторые твердили, что Астролд метил аж на трон короля), а магическую аномалию объяснили случайным взрывом какого-то артефакта.
Главных свидетелей и участников недавних событий, в числе которых, и в первую очередь, были герцог Рион Голтворд и графиня Эмилия Крейптон, король сначала вызвал к себе во Дворец Пяти Начал, но затем решил, что сам явится в Паталу «увидеть все собственными глазами и вынести решение». В регионе и так уже работало бесчисленное множество комиссий, каждая из которых старалась максимально выслужиться перед высоким начальством, превратив суды, проверки и расследования в бесконечную бюрократическую мешанину. Поэтому новость о приезде молодого монарха способствовала еще большей сумятице и нервному напряжению.
Эмилия ждала аудиенции его величества с особым волнением. Она приняла решение отказаться от руководства Паталой и бесконечное количество раз репетировала речь, которую произнесет королю. Но ее ждало сильное разочарование и даже обида. Встреча была унизительно короткой и бессодержательной. Король, молодой шестнадцатилетний юноша с жидкими светлыми волосами и только появившимся пушком на бороде, но с уже повелительным, надменным взглядом, почти и не разговаривал с графиней. Беседу вел его старший советник, магистр Сельтус, один из самых уважаемых людей в королевстве. Волшебник в прошлом руководил Королевским Институтом. Сельтус посочувствовал пережитым графиней трудностям, поинтересовался, как она себя чувствует и не нужна ли какая-либо помощь, а после, доброжелательно распрощался. Причиной такого отношения могло послужить ее сношение с реформаторскими кружками, по правде сказать, отношения эти были весьма поверхностны и безобидны, но принимая во внимание последние события, подобная подозрительность власти не слишком удивляла. Так что, может, Эмилия еще легко отделалась.
Позже девушка узнала, что на должность мэра Паталы король уже назначил, какого-то чиновника. И хоть осадок остался, все же она получила то, что хотела и теперь вольна делать то, что захочет.
После встречи с королем, Рион приказал своему немногочисленному войску готовиться к отправлению домой, в Баруду. Перед отъездом они с Эмилией договорились встретиться в одном ресторане недалеко от центра города, в районе, меньше всего пострадавшем от военных действий.
— Как прошла аудиенция? — хмуро спросила девушка, ковыряясь ложкой в растаявшем мороженом.
— А, ерунда, — отмахнулся Рион. — Поблагодарили за отвагу и быстрое принятие решений, но намекнули, что впредь нужно обсуждать подобные решения с… — он многозначительно скосил глаза вверх. — Ты-то как? Довольна тем, что получила?
— Угу.
— О! — не поверил герцог.
— Нет, правда, довольна, — устало сказала Эмилия. — Просто еще не отошла от всего случившегося.
— Мда, — Рион помрачнел, заглянул в свою кружку и, убедившись, что та пуста, наклонился ближе к Эмилии. — Что собираешься делать дальше?
— Продолжу работать в институте. Хочу выяснить, что произошло в обсерватории, — Эмилия почему-то смутилась и спрятала взгляд.
— Что-нибудь уже выяснили?
— Да. Ирин была права — ошибка в расчетах, если бы Астролд завершил ритуал, повреждения были бы куда серьезнее. Но, вот, что интересно, волшебники, занимающиеся расследованием, обнаружили следы чего-то похожего на червоточину, ее природа не понятна, но на шов не похоже. Это крайне любопытно, — рассеяно закончила девушка.
Просидели еще час, общаясь на отвлеченные темы. Перед расставанием, Рион приобнял Эмилию за плечи и бодро сказал:
— Не переживай, этот парень феноменально живуч, ни за что не поверю в его смерть пока не увижу собственными глазами.
— Ага, — улыбнулась девушка. — Спасибо тебе за все, дядя.
— Ну, что ты. Как будут новости, дай знать и, вообще, приезжай в гости.
— Обязательно.
***
Круглый обсидиановый зал был стерильно пуст: только стены, пол и потолок. Окон не было, две двери идеально сливались с монолитом стены, различить их на общем фоне крайне тяжело. Потолок для такого просторного помещения — метров тридцать в диаметре, был слишком низким, чуть больше двух метров. В общем, помещение оставило бы тягостное впечатление у любого нормального человека. Впрочем, люди здесь бывали очень редко. Мрачности прибавляло и бедное, едва различимое освещение. Но сейчас помимо скудных источников света, скрывающихся, где-то в щелях на стыках стен и пола, зал освещали четыре разноцветных облачка величиной в человеческий рост: желтое, синее, красное, фиолетовое.
— Что с алхимиком? — раздался голос из синего облака.
— Неизвестно, — прозвучал ответ от красного.
— Прекрасно, — снова заговорил синий. — Вы — мастер находить запасные пути и альтернативные решения, но сейчас я не вижу выхода, весь план рухнул до основания.
— Нет, — спокойно ответил желтый, к нему, по-видимому, обращался синий. — Я и по-прежнему, говорю, что все еще поправимо. План относительно закрытых земель еще в силе?
— Да, — раздался бархатный голос фиолетового, — там мой агент. Не беспокойтесь, это опытный человек, нужно набраться терпения и быть готовыми действовать, результат не заставит себя ждать.
— В Астролде мы тоже были уверены, а в итоге… — скептически заметил синий.
— Все должно было пройти гладко, — забеспокоился красный, — но вмешалась неизвестная переменная, я…
— Господа, — все так же спокойно, но твердо,
