Как сообщают многочисленные очевидцы, в этот момент внезапно появляется сверхъестественный огонь, от которого* зажигается большая лампа. Двери открываются, и отсюда, из Кувуклии, патриарх к восхищению присутствующих осеняет лампой толпу, воспламеняя у каждого свечу. Чудесное схождение Священного Пасхального Огня сопровождается бурным выражением чувств верующих. В храме начинается подлинное ликование. Поднимается невероятный шум, и весь храм оглашается восторженными криками. .Люди веселятся как дети. А Священный Огонь изливает свой благословенный свет всюду: вверху, внизу, вокруг...
Да, здесь, у Гроба Господня, ежегодно совершается великое таинство — появление Благодатного Огня на Пасху. Когда произошло впервые это чудо, установить трудно. О нем писали еще св. Григорий Нисский, крестоносцы и древние паломники.
Какова же природа Священного Пасхального Огня? Первое, что приходит в голову неверующему человеку, это мысль о каком-то трюке. Действительно, существует много различных химических веществ, которые самовозгораются на воздухе. Но что бы ни писали и ни говорили скептики, они не в состоянии объяснить долговечность чудесного явления. В самом деле, физически невозможно обманывать народ в течение целого тысячелетия.
Происходит здесь и еще одно чудо. Всем известно, что в момент сошествия Священного Пасхального Огня
иерусалимский патриарх, лишенный в Кувуклии света (ведь гасятся даже лампады — и это проверяется!), пребывает в молитве у Гроба Господня. Спрашивается, как же он способен читать строки особой молитвы, поданной ему служителем?.. Так вот оказалось, что Патриарх, благоговейно преклонивший колени перед Гробом Господнем, от исходящего от него самого света может легко различить слова молитвы к нашему Создателю...
После этого посещения храма Гроба Господня нас ведут к еврейской святыне — Стене Плача. Мы идем по мостовым Святого Города, превращенного в огромное торжище, но, к большому удивлению, хранящего благодать и покой, которые у нас, в России, я ощущал прежде лишь за стенами православных монастырей. Стена Плача — это остаток стены древнего храма. Вот его краткая история...
Народу, перешедшему от скитаний по Египетской пустыне к оседлому образу жизни в собственном только что завоеванном государстве, более негоже было держать Бога в походной палатке — скинии. Полевая ставка главнокомандующего должна была переместиться в постоянную резиденцию. В Иерусалиме стали строить Дом Бога. Начал его возводить царь Давид, но окончание работ выпало на долю Соломона. Местом строительства была выбрана Сионская гора — именно здесь когда-то на жертвеннике лежал послушный сын Исаак, ожидая благочестивой смерти от отца своего Авраама. Жестокие испытания посылают ревнивые и любящие. А Бог Израиля именно таков. Размах строительства был колоссальным.
Об этом говорит, например, копия древнего Иерусалима, построенная на окраине нового города, у современного отеля Холиленд. Модель древнего города очень маленькая — по пояс взрослому человеку. Все абсолютно подлинно: и материалы, и архитектура, и даже мелкие детали.
В каменоломнях вытесывались гигантские блоки на храмовые стены, по всему царству собирали медь и золото
для литья и инкрустаций. Храм потрясал своей мощью, благоухал кипарисовыми смолами и сверкал золотом.
Прошло некоторое время, и он был уничтожен римлянами. Впрочем, римского императора Тита, во времена которого был рдзрушен храм, тоже можно понять — мно1 гочисленные еврейские восстания, объединяемые современными историками в единую Иудейскую войну, постоянно обескровливали римскую армию. В конце концов именно это вынудило Рим стянуть в Иудею отборные легионы и бросить их на Иерусалим.
Осажденный город продержался три с половиной года, но его конец был неизбежен. Римляне отрезали все возможности доставки в город пищи и воды. Всякого, кто пытался проникнуть в город, распинали на кресте. В ход были пущены тараны и наведены подвесные мосты. В итоге римляне хлынули в город, истребляя на пути все живое. Немногих уцелевших ждало рабство, в лучшем случае. Но большинство пленников было доставлено в Рим, где они были скормлены львам или сброшены с Тарпейской скалы — на потеху триумфаторам. Римляне превратили Иерусалим в пустыню и назвали это умиротворением. Храм же был сожжен, а позже — разобран...
В эпоху византийского владычества на месте, где когда-то стоял храм, была устроена городская свалка. Это кощунство так возмутило халифа Омара, преемника и ближайшего сподвижника пророка Магомета, что, завоевав Иерусалим в 638 году, он заставил тогдашнего патриарха долго стоять на коленях посреди этой помойки, после чего халиф приказал рассыпать по свалке несколько килограммов монет, чтобы местные нищие растащили и перебрали весь мусор.
И все-таки можно сказать, что храм никогда не переставал существовать. Если даже последний его камень рас-сыплется в песок, уносимый ветром в пустыню, храм не исчезнет. Он всегда будет единственным храмом евреев — до того дня, когда к ним придет мессия и восстановит, их древнее святилище. Именно восстановление храма станет свидетельством его прихода. А придет он, по древнему
пророчеству, тогда, когда еврейский народ искупит свои грехи страданием и отверженностью.
Сегодня евреи как никогда прежде верят, что день искупления близок. Разве не касаются они теплых благодатных стен храма? Разве не возродился Израиль? И уже раздаются отдельные возгласы о возможности восстановления святилища. Когда же эти стены взметнутся над городом? Вопрос в одном — кто станет мессией?
Пророчество гласит, что храм будет восстановлен только им. Нетерпеливые готовы признать мессией любого из видных сегодняшних деятелей Израиля. Но мессии пока нет. И храм терпеливо ждет его. Может быть, он уже где-то родился? Может быть...
А сейчас от бывшего храма остался кусочек западной стены — Стена Плача. Она служит сегодня евреям своеобразным почтовым ящиком Господа. Каждая трещина, каждый крохотный выступ плотно забиты бумажками. Вероятно, в основном это просьбы. Людям свойственно просить — любви, надежды, счастья. Как и во многих других религиях, в святых местах мужчины и женщины должны находиться отдельно. Левая часть стены — для мужчин, правая — для женщин. По утрам арабы-подметальщики выметают с площади белые вихри писем, видимо, уже прочитанных и принятых Богом.
Итак, храма, осиянного славой Господней, сейчас здесь нет. Вместо него на Храмовой горе возвышается мечеть “Купол скалы”. Мусульмане чтут это место наравне с Меккой и Мединой — сюда в свое время прилетал пророк Магомет на своем странном коне эль-Бураке. У этого коня были крылья, как у Пегаса, лицо прекрасной женщины и павлиний хвост. На вершине горы Магомет встретил архангела Джабраила (Гавриила), который проводил его на небо на встречу с Аллахом. В память об этом удивительном путешествии и была построена круглая голубая мечеть с золотым византийским куполом. Кстати, архитекторами мусульманского храма были греки-христиане...
Сегодня статус Храмовой горы является одной из главных причин разногласий между израильтянами и палес-
тинцами. Возможно, одним из вариантов решения многолетнего спора была бы передача Храмовой горы, а вместе с ней, очевидно, и всего Старого города Иерусалима под контроль и управление Совета Безопасности ООН.
Глава 16
ЧАНДИ БОРОБУДУР
В Индонезии все исторические памятники — будь то простые ворота, храмы или дворцы — называются ЧАНДИ. Обычно то или иное чанди носит имена ближайших населенных пунктов, но часто бывает и обратное. Чанди Боробудур — это прекраснейший буддийский храм и памятник несравненной красоты. Название этого памятника означает “храм на горе”. Боро — переиначенное на яванский лад слово “вихара” — храм, монастырь, а “будур” в переводе с древнеяванского означает гора. Боробудур расположен в географическом центре индонезийского острова Ява, в живописной долине Кеду, что находится в 42 километрах к северо-западу от столицы страны Джакарты.
Древняя легенда рассказывает о том, что в далеком прошлом остров Ява плавал в бескрайних просторах океана и для того, чтобы на нем могли поселиться люди, его пришлось “прибить” к центру Земли. Огромная “шляпка гвоздя” стала холмом под названием Тидар, который возвышается недалеко от чудесного и приветливого города Магеланга.
Дорога, ведущая к храму Боробудур из Джакарты, пересекает широкую плодородную равнину, по которой медленно текут реки, темные от песка и сброшенных вулканами обломков скал. С востока и юга эта плодородная равнина ограничена грядой бесформенных холмов, а на ее горизонте вырисовываются величественные очертания двух пар вулканов: Сумбинга и Синдоро на северо-запа-
де, Мерапи и Мербабу на северо-востоке. В настоящее время активен лишь вулкан Мерапи, и издалека видно, как его белый плюмаж сливается с венцом из низких облаков, висящим над кратером подобно ореолу.
