«Откроешь рано или поздно. Без еды тебе долго не протянуть!» – рявкнула на своём языке раскосая и, не оставив еду на пороге, отправилась восвояси.
Ао уверенно вышагивала по плохо освещённым тоннелям, не глядя под ноги и интуитивно поворачивая на развилках. С разных сторон до неё доносились голоса сородичей и других залётных гостей канализации, но она не обращала на них внимания, как и на крыс, царапающих и грызущих что-то по углам. Давно привыкшая ко всем этим звукам, самка Ао легко распознавала любой посторонний шорох в этом мраке и не переживала о том, что кто-то может незаметно напасть на неё или попытаться преследовать. Но она даже не подозревала, что всего в шаге от неё находится бестелесное существо, которое следует за ней по пятам.
Ао нервно, слегка подпрыгивая, словно на пятках у неё выросли пружины, прошла весь путь от убежища до кладовки, где хранилась провизия. Еда, предназначенная для маленькой ведьмы, была разложена на те же места, откуда её достали несколько часов назад. Затем раскосая вышла из помещения, повесив на дверь огромный амбарный замок. Не самая лучшая защита, но воровать бы всё равно никто не стал. Ао относились к обычной еде спокойно, их мало волновали её вкус и полезные свойства. Достаточно было того, что пища поддерживает некоторые важные для иммунитета функции, но в целом она не насыщала и была бесполезна. Ао ели лишь при острой необходимости. Они могли существовать, только поддерживая необходимый запас живой энергии, которую их тело вырабатывало слабо. С каждым годом жизни их тела́ требовали всё больше энергии, а так как сам организм вырабатывать её переставал, единственным вариантом было отнимать энергию у людей. Обычно Ао умирали в том возрасте, когда люди только начинают отрываться от родителей и достигают полной физической зрелости – поэтому для раскосой важно было держать Катрин на привязи: она была её билетом в старость. И Ао сделает всё, чтобы девчонка делилась с ней своей силой.
«Налево, ещё раз налево, прямо, направо, налево. Что это за мешки? Стоп. Нужно было два раза направо, затем выступ. Чёрт, я запуталась».
Дух Катрин пытался вернуться к телу. Сегодня она сотворила своё первое заклинание, которое разделило её на телесное и бестелесное. Девочка была в восторге, что у неё получилось, причём с первого раза.
«Вот бы раньше можно было так!»
Катрин мечтала, что как только этот кошмар закончится и она вернётся в родной город, то она обязательно будет пользоваться этим заклинанием в личных целях. Девочке кружили голову новые возможности, и ей не терпелось воспользоваться ими не только в целях самозащиты и выживания.
Мрак подземных тоннелей больше не был проблемой. Ещё бы! Даже стены теперь не препятствие. Единственной проблемой были направления. В канализации нельзя ориентироваться на север или юг, здесь нет указателей, нет деревьев, звёзд и мха. Даже если бы Катрин пошла напрямую через стены, она долго блуждала бы по тоннелям, так и не найдя свою комнату. Девочка вернулась к двери кладовой и начала заново. Очень много поворотов и очень мало света. В итоге она снова повернула не в том месте и почувствовала, что внутри начала зарождаться паника.
– Этот был слишком больной, – голос прозвучал так внезапно, что Катрин подпрыгнула на месте.
Она обернулась в тот момент, когда двое Ао уже наступали ей на ноги. Девочка взвизгнула, но голос её раздался не из призрачного рта. Он послышался где-то неподалёку и эхом пролетел по коридорам.
– Там что, уже делят эту маленькую сучку? Без нас? – раздражённо произнёс второй Ао.
Катрин удивилась тому, что они разговаривают на её родном языке. Было так странно, что среди паразитов тоже есть иностранцы. Эти двое в лучших традициях фильмов про привидения прошли сквозь девочку и устремились на шум. Шокированная Катрин с минуту стояла, приходя в себя. Только что два живых существа буквально прошли сквозь неё. Такого «интима» она ещё не испытывала. Она тяжело дышала, но дыхание это производило тело – дух же Катрин был абсолютно инертным. Она слышала, как Ао пробираются через тоннели, и устремилась за ними, стараясь догнать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Лево-лево-право-прямо-право-лево», – проговаривала про себя девочка.
Ао передвигались быстро. Чувствовалось, что голод придавал им сил, но отключал все мыслительные процессы. Катрин не заметила, как перешла на бег, но тем лучше. Энергия заканчивалась, ей срочно нужно было вернуться. Она выдохнула с облегчением, когда впереди показалась знакомая дверь. Несмотря на то что дверь была заперта и никого из сородичей рядом не было, двое Ао молотили в неё руками и ногами, громко крича, что их незаслуженно кинули. Они отбили плечи и ноги до крови, прежде чем до их поражённого голодом мозга дошло, что на входе стоит защитная печать и тратить силы глупо. Устав, они вернулись в тоннель, нелестно отзываясь по пути о своих сородичах.
Катрин тоже не смогла пройти сквозь печать. Чтобы проникнуть внутрь, она была вынуждена пройти через смежные помещения, в которых Ао хранили какой-то хлам.
После «Похода» девочка не вставала ещё сутки, восстанавливая силы. Голос-помощник куда-то исчез. Видимо, у него были и другие дела. Поэтому Катрин сама следила за тем, чтобы не пропустить приход переводчицы. В последний её визит Катрин потребовала двойную порцию еды и в два раза больше работы с текстом.
Смуглая Ао не сопротивлялась. Она снова выглядела ужасно. Тело её исхудало, волосы выпали. Она хотела накричать на Катрин, но вовремя одумалась и подчинилась всем её требованиям, за что была награждена консервированной энергией – Катрин сделала свой первый запас. Было омерзительно распихивать свою жизнь по стекляшкам, но это было куда легче, чем передавать её напрямую.
Новые заклинания, зелья и привороты поражали своими возможностями. Иногда Катрин думала, что к ней попала книга, способная сделать из неё подобие бога.
«И как они умудрились проворонить её?» – удивлялась она каждый раз, когда Ао расшифровывала кусочек текста.
Катрин немного набралась сил и была готова к тому, чтобы совершить свою первую вылазку. Но ей необходимо было позаботиться о самообороне. Серп, конечно, мог помочь остановить одного «дохляка» в случае внезапного столкновения. Но что, если их будет двое? Или трое? Или целая толпа?
Девочка зазубрила несколько заклинаний, выбрав наименее сложные. Эффективность их, конечно, была под вопросом, так как энергии всегда не хватало. Она жила вполсилы, будто сложный инструмент, работающий от электричества и запитанный от полудохлой сети, но нужно было действовать. Прежде чем покинуть комнату, Катрин нарисовала новую блокирующую печать, оставив незавершённым лишь небольшой участок, который в случае внезапного возвращения и погони она сможет дорисовать за несколько секунд.
Выйдя за дверь, Катрин кралась по уже знакомому пути вдоль стены, держась рукой за сырой камень. Перед каждым новым поворотом девочка останавливалась и успокаивала дыхание, стараясь не издавать лишних звуков. «Право-право-прямо», – проговаривала она про себя маршрут. Пару раз по её ногам пробегали крысы, но Катрин вовремя закрывала рот рукой, сдерживая крик. Звуки доносились со всех сторон: голоса́, шаги, болезненные стоны. Но Катрин знала, что это просто эхо, долетающее из разных концов канализации. Она была одна. Пока что.
Наконец за последним поворотом появилась финишная прямая. Катрин увидела уже знакомый замо́к и быстро снесла его разблокирующим символом, потратив немного крови. Дверь открылась, но лишь для того, чтобы явить её взгляду абсолютно чёрное помещение. Света здесь не было совсем, а тот, что проникал из тоннеля, буквально тонул в этой первозданной темноте.
Приходилось действовать на ощупь. Ведьмочка собирала в рюкзак всё, что хоть немного пахло едой. Она жутко суетилась, дрожащие руки плохо слушались и промахивались. Когда Катрин схватила очередной свёрток, то случайно задела что-то стеклянное, вероятно, банку или кувшин. Она поняла это, когда раздался звонкий удар, и по полу что-то растеклось, быстро наполняя помещение запахом больницы.
