Открыв портал в свое логово на фрегате, Карпов прихватил телекинезом пленников. Не успел он дойти до портала, как его окликнул Виталий.
– Товарищ капитан, а что нам делать с десантным ботом?
– Пока отдыхайте. Я выясню коды доступа к искину, тогда и отгоните его в укромное место.
Ред всё видел, но его разум был затуманен, мысли текли вяло, а тело не слушалось. Сознание немного прояснилось, и он обнаружил, что может говорить. Он был в одном нижнем белье прикован наручниками из фиолетового металла к прочному металлическому стулу, прикрученному к полу. Из верхней части туловища торчали иголки.
До прояснившегося разума дошли воспоминания о том, как его, парализованного, вытаскивали из скафандра, затем по воздуху несли через, подумать только – портал! А затем он оказался в таком положении. Отчего-то нейросеть не реагировала на сигналы мозга, словно её отключили или приказы до неё не доходили, а самочувствие было таким, словно его накачали наркотиками.
Напротив на вполне обычный стул присел «Джеймс Бонд». Он посветил фонариком в глаза, рассматривая зрачки. Чем-то удовлетворившись, он начал:
– Привет, дружище. На кого ты работаешь?
– Я… – Ред не хотел говорить, но слова помимо воли вырывались у него изо рта: – Я работаю на корпорацию Зуланд.
– Что за корпорация?
– Зуланд расположена в империи Зулу. Это корпорация галактического уровня, которая занимается добычей ценных ископаемых в основном во фронтире.
– И зачем корпорации Зуланд гений?
– Руководство корпорации собиралось выйти на новые рынки. Уже несколько лет идет разработка медицинского оборудования. Им не хватает учёных для создания конкурентных товаров.
– Допустим. Но откуда какой-то рудодобывающей корпорации стало известно о гении-хлорави? Это же человеческое государство.
– У нас сильная частная армия. Без этого работать во фронтире невозможно. У службы безопасности Зуланда имеется обширная агентурная сеть по всей галактике. Информацию нам слили из галактической службы безопасности. Кто именно – я не знаю, не тот уровень допуска. Я всего лишь командир абордажной бригады.
– Интересно. Значит, даже в международной СБ без грызунов-вредителей не обошлось… А там откуда узнали о гении?
– Этого я не знаю. Могу лишь догадываться, что это кто-то из сотрудников школы. Вероятней всего, мелкая сошка.
– Если у вас такая богатая корпорация, почему же они прислали крейсер шестого поколения?
– Шестёрки – максимально доступные для покупки гражданскими корпорациями в Империи Зулу. Максимум у нас на верфях производят звездолёты восьмого поколения. Восьмёрки и семёрки находятся исключительно на службе государства.
– Понятно. У вас отсталая страна. Странно. Пятьсот лет назад Зулу выпускала самые передовые космические корабли.
– Только военные, – поправил Ред. – В то время Зулу ещё не была империей и вкладывала все средства в развитие военно-промышленного комплекса. Постоянные войны хоть и позволили сильно расширить границы империи, но истощили бюджет. В итоге в настоящее время наша страна немного отстаёт от передовых центральных человеческих стран. Там уже начинают выпускать технику девятого поколения, а у нас к этому лишь готовятся. Нашей корпорации нужен гений, чтобы как можно скорее разработать и выпустить медицинское оборудование девятого поколения и получить госзаказ. Это должно принести сверхприбыли, поэтому руководство корпорации сильно заинтересовано в гении.
– Понятно… Скажи, товарищ, после пропажи вашего звездолёта за вами сюда не прилетят?
– Прилетят хотя бы для того, чтобы проверить, что произошло и куда пропал крейсер.
– Как скоро можно ожидать их визита и какими силами?
– Точно сказать не могу. Предположительно, неделю от нас будут ждать ответа. Пока в бюрократической волоките разберутся, ещё минимум неделя пройдёт. Отправить должны крейсер со стандартной звездой поддержки: два торпедоносца, два штурмовых фрегата и фрегат-носитель седьмого класса с истребителями. Лететь они будут не меньше месяца.
Звездолёты подразделяются на классы, которых всего десять. В основном, разделение идёт по размеру космического корабля. Так, фрегат первого класса может быть в длину сто пятьдесят-двести метров, а десятый класс уже практически крейсер под километр. Там уже сложно различить малый крейсер или большой фрегат. Семёрка – это почти крейсер, примерно семьсот метров в длину.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Таким небольшим флотом можно устроить локальный военный конфликт и при удаче завалить средний крейсер аналогичного поколения, а это пятикилометровая махина с огромным количеством разнообразных пушек.
Карпов прикинул, что корпоранты прилетят позже полиции, и на этом успокоился. Сейчас они ему были не страшны.
После он продолжил допрос, вытягивая всю интересующую его информацию обо всём, связанном с корпорацией. Так продолжалось до тех пор, пока действовал фирменный отварчик по переработанной рецептуре. После этого Ред категорически отказался говорить, а тратить на него новую порцию отварчика было жалко, ведь своей очереди на допрос ожидал пилот, который должен был поведать коды к десантному боту.
Глава 15
Приземлившийся на временно обитаемом острове угловатый и похожий на перевернутое корыто десантный бот длиной в сотню метров, не заметил бы только слепой хлорави. Тем более, бот заходил на посадку плавно, казалось даже, что показушно. На самом деле им просто управляла второй пилот фрегата Светлана Кузнецова. В недавнем времени студентка первого курса Волгоградского государственного университета факультета филологии. Миниатюрная блондинка с внешностью куклы на деле оказалась обладательницей самого высокого показателя интеллекта из землян – сто семьдесят две единицы. Такому сокровищу даже жалко было устанавливать нейросеть третьего поколения. Местные её бы с руками оторвали, опутали по макушку долгами и уболтали бы поставить сетку-пятёрку, а то и шестерку или даже семёрку. И ждала бы её карьера инженера или хорошего медика, привязанного к фирме-работодателю шестой базой знаний и непомерным долгом. Не самая элита, но уже не рабочий класс, с доходом от пяти до пятнадцати раз выше.
Для Светы это был первый опыт посадки космического корабля, оттого она сильно волновалась. К тому же девушка сделала типичную ошибку, на которой уже обжёгся Максим – она управляла ботом вручную.
На улицу она вышла вся мокрая от пота с подрагивавшими руками, при этом дарила миру безумно-радостную улыбку.
– Я жива! – пробормотала она, упав на колени и с восторгом прикоснувшись к почве. – Земля! Я смогла посадить космический корабль…
– К-хм, – привлёк к себе внимание Карпов, сошедший с бота на землю. – Светлана, дорогой мой товарищ пилот, я стесняюсь спросить, что вам мешало воспользоваться автопилотом? У бота довольно неплохой искин для своего класса, аварийной ситуации не наблюдалось. Или же вы решили отточить свои навыки ручного пилотирования?
Карпов почувствовал направленную на себя волну негодования. Девушка-пилот смотрела на него настолько выразительным взором, что, даже не имея степени в менталистике, можно было по лицу прочитать её мысли:
«А что, так можно было?! И почему ты мне раньше об этом не сказал? И почему я сама об этом не вспомнила?!»
Дальше продолжать беседу не позволили хлорави, которые сбегались в сторону посадки бота со всего лагеря.
Света встала и замерла, выпучив буркала на колоритных инопланетян. Она даже потерла глаза и поморгала, но не развидела солдатиков в форме российской армии, но с зелёной кожей, вертикальными зрачками и жёлтой радужкой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Подростки нерешительно замирали в небольшом отдалении от космического аппарата и с искренним любопытством рассматривали бот и людей. Вскоре через толпу протолкались все одиннадцать старших офицеров.
– Дима? – вопросительно взглянула на него Олани.
– Дмитрий Васильевич? – большими глазами с другой стороны смотрела на него Светлана. – Скажите, что у меня не глюки!
