На севере Буды основной оборонительный рубеж, начиная с 20 декабря, проходил от Обудайского конца моста Арпад через район Кишцелль, холм Матьяш-Хедь и район Чатарка к улице Бимбо. Далее еще долгое время позиции неизменно проходили по северо-восточным склонам холмов напротив Пашарета.
21 января батальону «Ваннай» при поддержке двух штурмовых орудий «Зриньи» Тибора Ратца удалось вернуть район Варошмайор. Но этот успех обошелся батальону очень дорого: было убито и пропало без вести 68 человек, многие ранены, в том числе и 14-летний посыльный Эрвин Галантай, который получил ранение в шею. Ударный батальон «Европа», усиленный студентами, понес примерно такие же потери. Несмотря на то что его бойцами был уничтожен советский огнеметный танк и отбиты несколько зданий между улицей Бимбо и аллеей Олас, среди которых не последнее место занимала вилла, служившая штабом гестапо, в боях были убиты 54 немецких и 13 венгерских солдат.
Южнее больницы Яноша, между насыпью зубчатой железной дороги и Фаркашретским кладбищем, положение противостоящих сил в зданиях и садах на высотах Ингген-Хедь, Орбан-Хедь, Мартон-Хедь осталось неизменным. От кладбища линия фронта шла к высоте Шаша-Хедь, казармам Кароякирая, улице Бочкай, железнодорожной дамбе в Ладьмани вплоть до взорванного железнодорожного моста. Лишь вершина Киш-Шваб-Хедь была на протяжении 400 м нейтральной территорией. Первый рубеж немецкой обороны между кладбищем и Шаш-Хедь проходил по улице Херманд.
22 января 1945 года советские войска начали устранять дорожные заграждения в северной и средней части Будайского плацдарма. Это было очевидным признаком того, что советское командование более не опасалось прорыва кольца окружения извне. Кроме того, усиленные частями, переброшенными из Пешта, они возобновили атаки на всем протяжении плацдарма. Советское Верховное командование не было удовлетворено темпами продвижения 46-й армии, которой за 20 дней боев удалось занять лишь 114 из 722 кварталов Буды.
Фронт в Обуде и на горе Ференц-Хедь постепенно оживал. На холм Рожадомб-Хедь и улицу Чатарка вновь обрушился артиллерийский и минометный огонь. Прибывшие с горы Лато-Хедь советские части смогли на участке шириной 100 м организовать прорыв. Во время этих боев погиб, бросившись на амбразуру пулемета, который, установленный в многоэтажном здании, сдерживал советское наступление, сержант Алексей Исаев. Но на более открытых участках, например между одноэтажными зданиями, продвижение застопорилось. Под покровом тумана обе стороны проводили локальные атаки и контратаки. В донесении IX горнострелкового корпуса СС отмечается:
«Все вражеские атаки отбиты в результате очень тяжелых боев. Бои на некоторых участках все еще продолжаются. Наши и вражеские потери очень высоки».
В ходе боев командующий Будапештской группой войск советский генерал Афонин получил восемнадцать шрапнельных ранений, после чего ему на замену был назначен генерал лейтенант И.М. Манагаров, командовавший до этого 53-й армией.
К этому времени Дунай почти полностью замерз. В одну из ночей два немецких солдата, прятавшиеся пять дней, сумели по Цепному мосту добраться до Буды. Их опытом, правда в противоположном направлении, воспользовались несколько солдат венгерской 1-й танковой дивизии, в основном из числа румын-трансильванцев, служивших в дивизионной пекарне, которую держали на берегу Дуная в Буде в качестве резерва, предназначенного для усиления подразделений, оборонявшихся на этом участке.
Примерно в восемь вечера в тот же день 22 января прогремел взрыв в семиэтажном здании «Регент» на углу проспекта Маргит и площади Мехварт, во дворе которого немцы хранили значительные запасы боеприпасов. В бомбоубежище, которое прежде считалось надежной защитой от бомб, в результате воздушного налета под грудой камней и мусора оказались похороненными на несколько месяцев около трехсот человеческих тел.
23 января обстановка практически не изменилась. В донесении IX горнострелкового корпуса СС за этот день отмечается:
«Сегодня в ходе примерно двадцати отчаянных атак противника силами от роты до батальона при интенсивной поддержке артиллерийского, минометного огня, противотанковых средств и в условиях непрекращающихся налетов истребительной авиации он пытался прорвать фронт на северо-западном и северном участках. За исключением двух выступов, за которые все еще идут упорные бои, мы прочно удерживаем в своих руках линию фронта».
Тем не менее нельзя было игнорировать тот факт, что силы оборонявшейся стороны быстро таяли: потери нечем было восполнить.
24 января большинство прорывов, совершенных атакующими в предыдущий день, удалось блокировать, но, судя по документам IX горнострелкового корпуса СС, в районе площади Верхалом и Киш-Шваб-Хедь, а также между горой Шаш-Хедь и Дунаем продолжались бои «за каждый дюйм земли». Без подхода резервов оборонявшиеся считали удержание позиции невозможным. Даже еще ближе к центру Буды на глазах солдат венгерской 12-й резервной дивизии советские войска готовились нанести удар в районе площади Героев.
В течение ночи на 25 января советские войска атаковали позиции батальона «Ваннай» в районе Варошмайор. Они пересекли насыпь зубчатой железной дороги и заняли западную часть района, но силами университетского штурмового батальона и 3-го батальона 6-го полка их продвижение удалось остановить в районе улиц Чаба, Биро и Самош. Оборонительные позиции у холма Киш-Шваб-Хедь также испытывали значительное давление со стороны наступающих.
На южном участке советские войска захватили значительную часть фабрики по пошиву военной формы на улице Дароци у железнодорожной насыпи зубчатой дороги. Венгерский 1-й дивизион штурмовой артиллерии и немецкая пехота, не обращая внимания на тяжелые потери, целый день пытались отбить здание и вызволить солдат, оказавшихся запертыми в ловушке на верхнем этаже. А в это время советские солдаты с помощью огнеметов прокладывали себе путь к зданиям на южном краю улицы Херманд. Так кольцо окружения начало смыкаться вокруг горы Шаш-Хедь с запада.
26 января продолжалось начатое несколько дней назад наступление советских войск в районе холма Лато-Хедь. В этот день советским солдатам удалось несколько продвинуться вдоль улицы Тёрёквес. Поскольку занимавшие здесь позиции венгерские и немецкие подразделения были сильно измотаны, оборона на этом участке неожиданно рухнула, и полной катастрофы удалось избежать лишь потому, что советские войска в ходе боев также понесли тяжелые потери. На рассвете подразделения Красной армии вышли в район Верхалом. К этому времени оборонявшийся здесь университетский штурмовой батальон потерял уже 70 процентов личного состава. К вечеру бои распространились и на район Резмал.
В здании школы на улице Альдаш, где располагался штаб университетского штурмового батальона, взорвалась бочка с бензином, в результате чего был тяжело ранен командир подразделения капитан Лайош Шипеки Балаш. На его место сначала был назначен капитан Тибор Микулич, а затем — капитан жандармерии Жомбор Надь. К тому времени большинство студентов уже не были годными для участия в боях: те из них, кто выжил, находились в импровизированных госпиталях, где условия содержания были просто ужасными. Было практически невозможно захоронение умерших из-за того, что земля замерзла. Часть раненых лежала в коридорах на командном пункте. Как вспоминает рядовой Денеш Ваш, «я осторожно пробирался через развалины улицы Альдаш, чтобы доставить командиру в его кабинет ежедневное донесение. Когда я пришел к командиру, то увидел, что в его прихожей остался лишь узкий проход шириной где-то в полметра. У обеих стен лежали перебинтованные гражданские и солдаты в гипсе. Меня кто-то дернул за шинель. Это была молоденькая девушка лет восемнадцати — двадцати, белокурая и на удивление хорошенькая. Она умоляюще прошептала: «Возьмите пистолет и застрелите меня…» Я с ужасом увидел, что у нее нет обеих ног».
Советским штурмовым подразделениям удалось снова захватить большую часть района Варошмайор. Командование венгерского I армейского корпуса приказало группе «Сабадош» сменить студентов на позициях, но из-за стремительно ухудшавшейся обстановки обоим подразделениям пришлось вместо этого сражаться бок о бок. Набранная из примерно трехсот солдат тыловых подразделений венгерской 10-й пехотной дивизии группа «Сабадош» была создана в первую очередь для того, чтобы оправдать наличие дивизионного звена командования и отвлечь внимание от того факта, что к концу января примерно 1,5–2 тысячи солдат дивизии так и не участвовали в боях. Наступавшие с улицы Тёрёквес и из района Верхалом советские стрелковые подразделения вышли на перекресток улиц Филлер и Ханкоци Ене северо-восточнее Варошмайора.
