Читаем без скачивания Мексиканский завтрак для русских моряков - Сергей Зверев

Сидя рядом с Суламифью, сержант не беспокоился о том, что может произойти завтра. У него не было страха перед неизвестностью. Да, через многое пришлось пройти, чтобы научиться не бояться. Локис действительно особо не забивал голову на тему того, что будет завтра — он думал о матери.

«Нужно будет позвонить все-таки ей завтра. Наверно, уже думает бог весть что. Конечно — собрался ночью и уехал. Ни ответа, ни привета».

Затем его мысли плавно перетекли в другое русло, и он задумался о своем будущем. О том, как много нового и интересного еще будет у него в жизни…

Гоц же, погрузившись в свои мысли, думала о дедушке. Он остался единственным для нее родным человеком. Родители Суламифи погибли в авиакатастрофе, возвращаясь из Испании. У самолета, на котором они летели, вдруг отказал двигатель, и пилот принял единственно верное решение — сажать его на ближайшем маленьком аэродроме в Египте. И, может быть, они бы сели, да только при вынужденной посадке шасси по непонятным причинам застопорились, и самолет, упав на брюхо, раскололся на две части. Еще можно было спасти людей, если бы на аэродроме имелись пожарные машины, которых там тогда не оказалось. И начавшийся пожар охватил пассажиров, спалив всех дотла…

Из родственников у десятилетней Суламифи остался тогда только дедушка, который и вырастил внучку. Конечно, обоих родителей он заменить не мог, но очень старался, чтобы внучке было хорошо.

А сейчас ей подчас приходится обманывать старика. Но ничего не поделаешь… Знал бы он, кем она действительно в армии служит, — волновался бы тогда по-настоящему.

«Все мы родных людей бережем от волнений и тревог, многого не говоря, что-то умалчивая», — подумала Суламифь.

А еще она вдруг подумала о Владимире. И, незаметно для него чуть пододвинувшись, коснулась его плеча, немного прижавшись к нему. Она размышляла о том, как иногда невероятно складываются судьбы людей. Так и сейчас — жизнь свела их вместе, причем таким странным образом.

«Интересно, а я ему нравлюсь?» — подумала девушка, искоса поглядев на Владимира — сильного, мужественного.

— Смотри, вот и рассвет, — произнес Локис, глядя вдаль, где небо, начиная от горизонта, начинало светлеть.

Посмотрев на часы, он добавил:

— Скоро наши клиенты должны появиться.

Дребезжа по ухабам, по пыльной дороге, маневрируя между руинами зданий, к высотному зданию приближался автомобиль, везший Омара Абуиси и трех людей Карвана.

Глава 39

Утреннее небо едва начинало светлеть, провожая ночь. На крышу высотки, где под козырьком находилась установка «Град», поднялся Абуиси. Его сопровождали двое хамасовцев, лица которых закрывали черные маски. Малое количество действующих лиц было вполне объяснимо — террористы боялись атаки израильских вертолетов, а посему не очень-то хотели подставляться. Да и это были люди Карвана, а не Омара, они в основном отсиживались внизу, патрулируя подступы к зданию. У этих же двоих имелся приказ Карвана дать залп по Израилю и помочь спустить установку с крыши.

Оказавшись на крыше, Абуиси увидел двух охранников рядом с установкой. Те, стоя спиной к нему, о чем-то беседуя, не обращали на Абуиси никакого внимания.

— Эй! — выкрикнул Омар, сделав пару шагов по направлению к ним.

Те даже не повернулись.

— Эй! Вы что, оглохли? — повысил голос Омар, за спиной которого выросли силуэты хамасовцев в масках.

«Охранники» не спеша повернулись, и Абуиси, идущий впереди всех, вдруг понял, что перед ним — переодетые спецназовцы. Причем с обоими он уже имел дело, сталкиваясь неоднократно…

Локис и Суламифь выстрелили без промедления, выбрав свою мишень. Оба хамасовца, пораженные замертво, упали на крышу здания, даже не успев взять в руки автоматы. В отличие от этих пешек, Абуиси убивать никак не следовало, он был нужен живым! Прекрасно понимая это, он сделал рывок к вентиляционной трубе и укрылся за ней.

Отстреливаясь, он осторожно высунулся, глядя в направлении выхода. Неплохо было бы выбраться отсюда, но добраться до лестницы не позволяет огонь со стороны противника. Спецназовцы не дремали, стреляя одиночными и отсекая любые попытки Абуиси выбраться. Однако целью их являлось взять Абуиси живым, а времени на лишнее времяпрепровождение не имелось, тем более что у Омара неподалеку хватало сообщников.

Заслышав стрельбу на крыше, хамасовцы бегом отправились наверх — на подмогу. Но выбраться на крышу им было не так уж просто — выход отлично пристрелян, а Локис зевать не собирался. Первый же боевик, не понявший этого и выбежавший на крышу, был расстрелян в упор, не успев даже понять, что к чему. Остальные, столпившись у выхода, не решались последовать его примеру. Они беспорядочно стреляли в сторону залегших спецназовцев, не спеша на верную гибель.

Тем временем Локис жестами показал Суламифи, что под прикрытием труб он перебежками подберется к Омару. Она в свою очередь показала — «действуй!»

Сержант поднялся, дав очередь по входу на крышу и по вентиляционной трубе. Следом за этим, пригнувшись, побежал, намереваясь обойти Абуиси и застать его врасплох. Стараясь не производить лишнего шума, временно прекратив стрельбу, Локис, прячась, подбирался все ближе и ближе к цели. Суламифь, прикрывая его, вела огонь, не давая возможности боевикам почувствовать себя обойденными вниманием.

Вдруг приближавшийся шум вертолетов привлек внимание всех находящихся на крыше. Три винтокрылых машины, принадлежавших израильской авиации, зависли над зданием. Хамасовцы, с гримасами ужаса на лицах, жутко крича, кинулись вниз по лестнице, стараясь побыстрее убраться с крыши. Боевики из оцепления также принялись разбегаться в разные стороны, пытаясь найти укрытие.

Выплюнув последний патрон, автомат Абуиси замолчал. Сгоряча он несколько раз нажал на спусковой крючок, словно удостоверяясь, что магазин пуст. Чертыхнувшись, он откинул рожок, вставил новый. Услышав звук шагов у себя за спиной и краем глаза заметив метнувшуюся тень, Омар попытался развернуться и выстрелить, но не успел. Локис, прыгнув вперед, навалился на боевика сзади, сбив его с ног. Упав, Омар откатился в сторону и быстро поднялся. Десантник также уже стоял на ногах.

— Я все-таки вырежу твой поганый язык! — доставая громадный нож, произнес Абуиси, зловеще улыбаясь.

— Ничего личного. Работа такая! — также ухмыльнувшись, ответил Локис.

Двое противников были готовы к схватке. Отличие в целях противников заключалось в том, что Локису этот мерзавец был нужен живым. Хамасовцу же было плевать на то, скольких он еще может отправить на тот свет, прежде чем его поймают. Он собирался дорого продать свою жизнь. Мужчины заняли позиции, сосредоточенно глядя друг на друга.

Водя рукой с ножом по горизонтальной линии и сверля глазами Локиса, боевик готовился к атаке. Его жгучий взгляд был полон ненависти к десантнику. Омар, двигаясь по кругу, проверял реакцию противника, делая в его сторону ложные выпады. Наконец он резко прыгнул вперед, пытаясь дотянуться лезвием до живота десантника.

Быстро крутнувшись, Локис откатился в сторону, стремительно вскочил на ноги. Омар, оказавшись там, где только что был враг, застонал от досады и стремительно двинулся вперед, выставляя перед собой удлиненную ножом руку. Локис, чуть сгорбившись, по-кошачьи пружинистыми приставными шагами шел кругом, стараясь развернуть противника лицом к висевшему над горизонтом солнцу. Он был спокоен и уверен в себе, нож разведчика как влитой сидел в крепкой ладони.

Он знал, что в ножевой драке ни в коем случае нельзя следить взглядом за чужим лезвием, сопровождая его обманные извивы и петли. Если против тебя опытный боец, он обязательно обманет, поймает на ложный выпад. Тогда пропадешь. Смотреть следует врагу в глаза. В них как в зеркале отразится любое намерение противника. Нож стоит фиксировать лишь рассеянным боковым зрением.

— Сдохнешь, свинья! — злобно прошипел Омар, нервно дергая ножом, плетя сверкающим на солнце лезвием сложные восьмерки.

Локис лишь презрительно улыбнулся, сместившись еще чуть левее и тем самым полностью подставляя лицо вынужденного повторить его маневр противника слепящим солнечным лучам.

Локису необходимо было взять Абуиси живьем, и потому он не мог позволить себе смертельный удар. Он кружил вокруг араба, угрожая ножом и разыгрывая перед ним смертоносную карусель ложных выпадов и нырков. Улучив момент, сержант сделал ловкое, точно рассчитанное обманное движение, дернувшись всем корпусом вправо, якобы уворачиваясь от летящего росчерка чужого лезвия, да так неудачно, что оставалось беззащитно открытым левое подреберье. Омар попался на эту удочку и, предвкушая скорую победу, прыгнул вперед, размашисто тыча ножом. Вот только вместо податливого вязкого тела клинок с размаху провалился в пустоту, а кисть, будто клещами, сжала стальная хватка руки десантника.