– Мои люди могут втащить на лодку двоих за раз. Хватайте эту веревку и держитесь! – приказал он самой рассудительной из троих.
В придачу к ясной голове у нее было красивое лицо с правильными чертами и высокими скулами – такая красота с возрастом только расцветает.
– Черта с два! Сначала Салли и Пенни. – Ее красивые глаза были широко раскрыты, но голос не дрожал. Она бросила веревку подругам. – Пен, хватайся за веревку. Салли, закрой рот и держись крепко.
Ник не привык, чтобы его приказы отменяли, но спорить не было времени. И потому он просто молча следил, как девушки слушались свою подругу.
– Что бы ни случилось, не отпускайте веревку, – сказала Ева дрожащей парочке.
Ник помахал обеими руками над головой, и веревка натянулась. Женщины полетели по воде, как пиратский корабль на всех парусах. Капитан заметил, что их нагоняет плавник. Большая тигровая акула вернулась.
– Отвлеките ее, – сказал он женщине, цеплявшейся за крышку рядом с ним.
– Что?
– Кричи, девочка, или твои подруги превратятся в первоклассную наживку для вон той красавицы.
Подействовало – Ева заверещала, как сотня мартовских котов, и принялась бить по воде руками и ногами, поднимая тучи брызг и отплевываясь.
– Молодчина, продолжай в том же духе! – проревел Ник.
Как он и ожидал, плавник замедлил ход и развернулся. Если у акулы есть выбор, она всегда предпочтет более слабую жертву той, которая размеренно движется по воде, а красавица рядом с Ником здорово смахивала на смертельно испуганную. Акула двигалась прямо на них. Женщина перестала кричать и разразилась потоком более чем соленых ругательств.
– И что теперь нам делать? – разъяренно спросила она.
– Увидишь.
Ник прижал красавицу к себе и впился в ее губы крепким влажным поцелуем. Он сожалел лишь о том, что приходится быть кратким. Ничто не пробуждает в мужчине такой болезненной жажды жизни, как опасность и прекрасная женщина, умеющая подобрать крепкое словцо.
Он подарил ей быструю ослепительную улыбку и повернулся к приближающейся акуле. По части ругательств эта красавица могла переплюнуть двух его матросов вместе взятых, но ее губы были мягкими и опытными. Если повезет, он еще отведает их сладости, и не в такой спешке, как теперь. Кто знает, на какие диковинные непристойности может пойти женщина ради мужчины, который сразился с акулой, спасая ее? Если только сегодняшняя ночь не станет для него последней.
Плавник набрал скорость и ушел под воду. Времени больше не оставалось.
– Подтяни колени к подбородку и замри. Жди, пока мои люди не втащат тебя в лодку.
Пару раз глотнув воздуха, Ник нырнул навстречу акуле.
– Стойте! – выдохнула Ева, когда ноги незнакомца плюхнули на прощание по воде и исчезли. Волна плеснула девушке в лицо, а когда она откатила, Ева не могла понять, куда исчез ее спаситель. Люди на шлюпке стали кричать громче. Девушка подняла голову и успела увидеть, как ее подруг затаскивают в лодку.
Она подтянула колени, как велел незнакомец. Пожалуй, было глупостью бросаться на акулу с одним только ножом, но совет он дал дельный. Широкие юбки кружились под ней, точно щупальца медузы. Что-то проплыло под ногами, схватило мокрую муслиновую ткань и дернуло. Еву стало затягивать в глубину. Вода ударила ей в нос, соль начала жечь горло. Девушку охватила паника. Потом ее вдруг отпустили, и она стала грести к поверхности. Крышки люка нигде не было видно.
Плещущие в лицо фиолетово-черные волны становились все выше. В следующий миг небо прорезала молния, а рядом с Евой выскочила из воды акула. Ее тело сверкало в лунном свете, огромная пасть зияла. Незнакомец держался за плавник, обхватив ногами темно-серое туловище. Вторая рука вспорола акуле брюхо. По гладкой кожи хищницы темной струей стекала кровь. Они ударились о поверхность и погрузились в воду с могучим взмахом акульего хвоста, исчезнув так быстро, что Ева даже засомневалась, не привиделось ли ей это.
Девушка вглядывалась в посеребренную луной поверхность моря, надеясь заметить какой-то след, оставленный сражающимися противниками. Она так сосредоточилась на поисках, что за ревом ветра даже не услышала, как к ней приблизилась шлюпка. Ева заметила моряков, только когда один из них схватил ее под мышки и втянул в лодку. Ее с размаху и без всяких церемоний усадили на жесткое дно «четверки» и вернулись к поискам пропавшего капитана.
– Кричите, если что-нибудь увидите, – скомандовал ей человек за румпелем.
Ева схватилась за планширь и стала всматриваться в мерцающую черноту. Луна разбрасывала серебряные монеты по широкой дорожке, проложенной среди волн. Лодчонка прыгала и вертелась в бушующем море, но по сравнению с их парусиновым убежищем казалась надежной, как скала. Ева судорожно втянула воздух в легкие.
Ей не давала покоя дюжина вопросов. На какое время может задерживать дыхание человек? Что такое один нож в сравнении с целой пастью острейших зубов? Разве не безумие сражаться с акулой в подобных обстоятельствах? У нее был ответ только на последний вопрос.
Ева провела пальцем по нижней губе, все еще чувствуя крепкий соленый поцелуй с привкусом прощания.
– Храбрый безумец, – пробормотала она. – Храбрый безумец, черт бы его побрал!
Он ощущал сильную боль в груди – легкие просто горели от недостатка воздуха. Барабанные перепонки могли вот-вот разорваться. Он боролся с диким желанием сделать вдох, устремляясь к далекому свету вверху.
Акула мертва.
«Будь я проклят, если теперь утону!»
Его сердце бухало в груди, словно кузнечный молот. Далеко ли еще? Его руки и ноги двигались все медленнее. Он не мог заставить их… не мог… Он потерял нож и уже не помнил, как это произошло. У него потемнело в глазах.
В следующий миг его голова выскочила на поверхность, и он втянул полные легкие сладкого после дождя воздуха. Он не просто дышал, он пил его. По телу разлилось умиротворение. Он откинулся на спину и отдался в объятия океана, счастливый уже тем, что его грудь может подниматься и опускаться. Над головой плыли звезды, мерцающие точечки на черном небесном занавесе.
Ник едва слышал шум стихающего шторма. Он отдался на волю волн, закрыв глаза от невероятной усталости. Как приятно просто позволить океану держать себя на поверхности, качаться на его теплой влажной груди. Как… Капитан рывком поднял голову и заставил себя собраться.
– Капитан! – Осипший голос Татема эхом отразился от застрявшего в рифах корпуса «Катти Сарк».
Ник развернулся и увидел, что к нему приближается «четверка». Лица его матросов были напряженными. Его руки заработали, точно лопасти ветряной мельницы, и он поплыл прямиком к лодке.
