было настоящим искушением для него, ведь он действительно пожелал открыться ей. А вдруг бы приняла?
Но… это была глупая идея. Для Илвы Арраэх всё равно остался бы только одним из НИХ — её предателей-богов, которых она уже успела остро возненавидеть…
Смешно! Его приняли за очередного героя местного эпоса! Как его там — Гардияр? Одно имя звучит так, будто кому-то хочется блевать…
Скривился.
Безумный опостылевший мир…
Ночь опустилась стремительно, но улицы города неожиданно оживились. Арраэху не понравилась толпа вокруг, и он устремился наугад куда-то на окраины. Телепортироваться не собирался: ходьба его успокаивала. Однако, когда правителю пришлось в очередной раз уклонился от группы всадников, ему надоело отвлекаться, и он, заскочив за первый попавшийся угол, телепортировался куда-то наугад.
Вынырнул из подпространства в полнейшей темноте.
Безлюдные узкие улочки поразили неожиданно воцарившейся тишиной и убогостью. Дома вокруг настолько обветшали, что казались просто развалинами, но мелькающие то и дело тусклые огоньки в провалах окон доказывали, что здесь всё-таки живут.
Пожал плечами, подумывая, что это место его в принципе устраивает, как вдруг… из соседнего поворота послышались сдавленные крики и возня. Арраэх нахмурился, легко уловив чужие эмоции, наполненные отчаянием с одной стороны и злорадством с другой.
Наверное, прямо здесь и сейчас свершается очередное преступление… Но что ему до того? Он ведь не местное божество, как его заклеймили. Правителю нет резона вмешиваться в чужую, неинтересную ему жизнь…
Но перед глазами почему-то Илва. Её задорный взгляд и порывистость. Она бы вмешалась, это точно… И хотя девушка хотела выглядеть равнодушной и даже жестокой, Арраэх не раз ловил ее сожаление при виде детей-беспризорников или убогих стариков. Ее сердце было большим. Отныне он об этом точно знал…
Выдохнул.
Похоже, Илва действительно взяла его в рабство. Теперь Арраэх не мог действовать в этом мире, не оглядываясь на неё, не вспоминая её лукавого взгляда и игривой улыбки…
Проклятье!!!
Он был зол на себя, но тут же телепортировался, оказавшись за спинами троих мужчин, жестоко избивающих четвертого. Один из нападающих вытащил из-за пояса нож, намереваясь, похоже, покончить со своей жертвой окончательно, но Арраэх протянул вперёд руку и одним телекинетическим рывком разбросал минасцев в разные стороны, как котят.
Сдавленные крики и грохот повалившейся изгороди разнеслись по окрестностям. Удар был такой силы, что двое мгновенно затихли, распластавшись на земле, а третий тихо постанывал, тщетно пытаясь прийти в себя.
Арраэх сделал шаг вперед и увидел, что немного опоздал: лежащий на земле парень серьезно истекал кровью.
Вдруг откуда-то из темноты к раненому с воем бросилась женщина и, упав перед ним на колени, начала рыдать, порываясь прикоснуться к его лицу и рукам, но не решаясь это сделать. Арраэх ощутил бурю чужих чувств — отчаяние, невыносимая боль, жуткий страх…
— Сынок… — шептала женщина, сквозь рыдания. — Сыночек…
Резкий порыв ветра налетел неожиданно. Он поднял в воздух ворох пыли, разогнал тучи, выпуская на волю диск планеты-спутника, и безжалостно сорвал с правителя капюшон. Золотые волосы блеснули в холодном свете ночного светила, и в этот момент женщина посмотрела прямо на него.
Рыдания замерли, лицо вытянулось, а глаза расширились до предела.
Арраэх с досадой понял, что она заметила его непохожесть на местных, и уже собрался просто исчезнуть, как вдруг женщина ползком бросилась к нему, сдавленно закричав:
— Гардияр! О великие боги! Ты ведь Гардияр!!! Ты действительно пришёл!!! — в голосе несчастной было столько надежды, что Арраэх не посмел отвергнуть ее подозрения. — Помоги моему сыну!!! Умоляю, спаси его!!!! Я буду служить тебе до конца своих дней!!!
Правитель смотрел на обезумевшую от горя мать немного растерянно. Неужели его так легко принять за божество даже в темноте? Раненый застонал, и Арраэх почувствовал кольнувшее его сострадание. Парень точно умрет, если не вмешаться. Но… разве правильно поддерживать в минасцах миф о его божественности?
Женщина коснулась лбом земли и застыла. Арраэху стало не по себе.
— Встань! — произнес он. — Я помогу ему…
О, он знал, что еще пожалеет об этом! Но совесть страстно умоляла что-то предпринять.
И когда он стал таким сентиментальным?
Опять во всём виновата Илва!
Глава 41. Сострадающее сердце...
Арраэху достаточно было влить в тело несчастного немного своей энергии, и тот мгновенно ожил. Кровотечение остановилось, с лица схлынула даже в полутьме заметная печать смерти, и раненый открыл глаза.
Он шокировано воззрился на правителя, немигающим взглядом рассматривая идеальное лицо и копну золотистых волос, разбросанных по широким плечам…
— Гардияр… — прошептал парень, изумляя Арраэха своей осведомленностью. В эмоциях минасца вспыхнул восторг, буквальное обожание, которые заставили зоннёна смутиться.
Надо срочно уходить! Становиться очередным объектом безумного поклонения правителю было неприятно…
Он стремительно поднялся на ноги, но парень умудрился схватиться пальцами за полы его плаща, что граничило уже с откровенной наглостью….
— Прошу вас, господин, — прошептал он подобострастным тоном. — Позвольте мне служить вам с этого дня! Я знал, что все эти разговоры о вас — правда! Я верил, что вы действительно сошли к нам, чтобы всё изменить…. Прошу вас, позвольте стать вашим преданным слугой!!!
Арраэх немного раздраженно вырвал края плаща из его хватки, но в словах парня он услышал кое-что настораживающее.
— Какие разговоры? — спросил он, невольно вспомнив, что за ним наблюдали даже на горе. — О чём ты говоришь?
Парень оживился и, держась за бок, аккуратно приподнялся, совершенно неуместно становясь на колени. Его мать тут же последовала его примеру…
— Поднимитесь сейчас же! — рявкнул Арраэх, которого едва не стошнило от мысли, что эти дикари переносят свое поклонение с одного зоннёна на другого. — Мне не нужна ваша подобострастность!
Испуганные минасцы поспешно встали на ноги, очевидно смущаясь подобной неучтивости по отношению к великому божеству, но если он сам попросил об этом…
— Я… не Гардияр! — выдохнул Арраэх с трудом, пытаясь терпеливо подобрать слова. — Я не ваш бог! Не нужно мне служить…
— Вы не хотите раскрывать себя! — поспешно выпалил парень дрогнувшим от волнения голосом. — Мы понимаем…
Арраэх обреченно закатил глаза. Они упорно хотят видеть в нем очередного бога!!! Упрямые дикари!!! Словно беспомощные младенцы, они льнут к любому существу, способному проявить хотя бы немного силы…
Правитель чувствовал смятение. Если бы Илва не была частью этого общества, он бы остался к ним равнодушен, но теперь невольно видел в каждом из них её отражение. Поэтому ему было… их жаль. Настолько
