«Ретвизан» хотел его даже таранить и приблизился уже к нему на 12 кабельтовых, но броненосцу «Миказа» удалось ускользнуть.
Из всех этих и многих других рассказов о подвигах наших моряков можно заключить, что броненосец «Ретвизан» действительно дрался храбро и отчаянно.
Печально только одно, что, вероятно, наша эскадра имела полную возможность прорваться во Владивосток, но почему-то ею не воспользовалась
Август
1 августа
Дождливый, туманный день.
Рано утром узнал, что японцы начали обход нашей Угловой горы.
К 9 часам утра я приехал на 4-й форт. Со стороны Угловой слышалась сильная артиллерийская канонада. Бой был в полном разгаре, и целый град шрапнели и лиддитовых бризантных снарядов осыпал наши позиции. От взрывов снарядов то тут, то там поднимались клубы черного дыма.
Японцы уже четыре раза атаковали Угловую гору, но пока все их атаки были отбиты.
За обратным скатом одного из холмов стояла наша скорострельная батарея. Время от времени наши солдатики быстро выскакивали из блиндажей и, произведя несколько выстрелов, снова спешили укрыться от шрапнели, которой японцы все время обсыпали нашу батарею.
Было странно сознавать, что в эти минуты любуешься и наблюдаешь не за простой картиной, а за боем, жестоким боем, в котором гибнут десятки, а может быть, и сотни человеческих жизней.
Вдруг, около 11? часов утра, как раз над нашими головами прошипел снаряд и, пролетев над 4-м фортом, упал в овраг.
Все бросились в бетонные казематы.
Вскоре послышалось еще несколько выстрелов по нашему форту, но все были перелеты.
Около часу, когда я уже уезжал с форта, к нему подъехал генерал Фок, начальник резервов в крепости. Генерал неистово ругал кого-то за то, что ему вовремя не доносят о необходимости двинуть куда надо его резервы. Вслед за этим он быстро прошел в казематы форта, а я поехал в Старый Город.
Канонада между тем продолжалась и не смолкала в течение целого дня.
О результатах наступления японцев ничего достоверного я узнать сегодня не мог.
2 августа
Идет сильный дождь. На улицах непролазная грязь.
Еще с раннего утра японцы снова начали усиленно бомбардировать Угловую гору. Около полудня они повели на нее энергичную атаку, но были отбиты. Это была, кажется, пятая по счету атака Угловой горы.
Видя, что все усилия их тщетны, японцы решили на время оставить Угловую в наших руках, а пока занять лишь маленькую горку, лежащую впереди только что названной позиции. Ее обороняла одна из наших охотничьих команд. На эту-то маленькую вершину и обрушился весь огонь японской артиллерии. Вся она была буквально засыпана шрапнелью. Я, следя по часам, насчитал до 50 разрывов шрапнели в минуту над этим несчастным укреплением, как оказалось впоследствии не имевшим даже блиндажей.
Потеряв почти половину своего состава, наши охотники принуждены были бросить окопы и отступить. Их место тотчас заняла японская пехота, овладевшая нашей позицией почти без единого ружейного выстрела: все было сделано одним артиллерийским огнем.
Но теперь японцы, в свою очередь, подверглись сосредоточенному огню нашей артиллерии.
Несмотря на это, им удалось удержать эту позицию в своих руках, так как контрштурма мы не предприняли.
Весь день на Угловой стояли рев орудий и трескотня ружейной перестрелки.
По порту японцы в течение дня открывали стрельбу три раза.
Настроение в гарнизоне крайне нервное.
3 августа
Сегодня выяснилось, что наши потери за 1 августа достигают 150 человек, а за 2-е — до 200.
За эти же дни, как я узнал, ранены Генерального штаба подполковник Толшин в обе ноги и руку и охотничьей команды 5-го Восточно-Сибирского стрелкового полка подпоручик Андреев, у которого оторвало осколком четыре пальца.
Несмотря на отчаянные усилия японцев, они за два дня штурма ничего не смогли сделать, и все их атаки на Угловую гору были отбиты. Сегодня японцы наступления не предпринимают. Весьма вероятно, что причиной этому служит отчасти ужасное состояние почвы: всю ночь лил сильнейший дождь и грязь стоит невероятная.
В деле 2 августа на Угловых горах принимал деятельное участие один из флотских экипажей, который состоял исключительно из новобранцев, обученных пехотными офицерами. Под их командой роты этого экипажа несколько раз ходили в контратаку и вели себя выше похвал. К несчастью, в одной из атак они попали под сильный огонь японцев и понесли громадные потери до 88 человек.
В крепость сегодня приезжал японский парламентер, но цель его приезда пока никому не известна.
Часть орудий флота и Золотой горы стреляли сегодня по японским позициям.
Мяса в городе нет. Кур очень мало, на базаре было только два цыпленка, за которых просили по 2 рубля за штуку.
Белый хлеб приходит к концу, и достать его очень трудно.
Солдатам начали давать конину.
В магазинах остались только рыбные консервы.
4 августа
Ночью шел дождь. Погода пасмурная.
Японцы в течение ночи два раза пробовали атаковать Угловую гору, но оба раза были отбиты.
Флот исправляет свои повреждения.
Японский парламентер, как оказалось, привозил вчера два очень любезных письма: одно — коменданту крепости, а другое — командиру эскадры с предложением сдаться.
Генерал Стессель ответил японцам любезным отказом.
Гарнизону же был отдан такой приказ.
По войскам Квантунского укрепленного района
4 августа 1904 года
№ 496
Славные защитники Артура!
Сегодня дерзкий враг через парламентера, майора Мооки, прислал письмо с предложением сдать крепость. Вы, разумеется, знаете, как могли ответить русские адмиралы и генералы, коим вверена часть России; предложение отвергнуто. Я уверен в вас, мои храбрые соратники, готовьтесь драться за Веру и своего обожаемого Царя. Ура!
Бог всесильный поможет нам.
Генерал-лейтенант Стессель
Сегодня три еврея 25-го Восточно-Сибирского стрелкового полка дезертировали к японцам.
Это пока первый случай.
5 августа
Жаркий день. Небо совершенно безоблачно.
В 1 час и 4 часа дня японцы вели по городу перекидную стрельбу. Два снаряда упали недалеко от сводного госпиталя. Повреждений никаких нет.
6 августа
Сегодня японцы опять возобновили свои атаки на Угловую гору. Еще с утра они начали ее обстреливать усиленным артиллерийским огнем. Вся вершина Угловой дымилась, как вулкан, от бесчисленных разрывов лиддитовых снарядов и шрапнели.
Подготовив, таким образом, себе наступление, японцы перешли в атаку. Девять раз они шли приступом на наши укрепления, но каждый раз со страшными потерями должны были отступить перед геройской стойкостью наших войск. Одновременно с этим японцы вели еще усиленную стрельбу по некоторым другим пунктам, в том числе и по городу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
