Читаем без скачивания Контракт - Светлана Храмова

Улеглось постепенно, наладилось, энергетический смерч развеялся, она еще не увидела, но ощутила перемены: взгляд на фото стал прежним. Ушло отчаяние и неуверенность. Тревога будто испарилась, а незащищенность осталась, но это ему присуще, Исидора при необходимости сама его защитит. Они вместе на фото, рука в руке, они счастливы.

Значит, выиграл он этот оскомину набивший барденновский конкурс. Она выдохнула с облегчением, и только в этот момент сдавила виски внезапная усталость, сердце гулким колоколом отозвалось.

Этого еще не хватало, теперь придется себя спасать, но это проще. Исидора потянулась, но боль при движениях, — ползучим касанием нащупала стакан воды, жадно выпила, таблетка-выручалочка вот-вот подействует — они теперь всегда под рукой, всегда наготове. Врач строго-настрого приказал «по тревоге принимать незамедлительно, постараться лечь на некоторое время, хоть на полчаса» — и без толку не бодрствовать. А викторианское кресло на что? Она мгновенно уснула.

Исидора понятия не имела, как и куда протянулись лучи времени, ее разбудил телефонный звонок. Тяжелый туман долгого сна пронзила звонкая уверенность: это Митя. Сердце билось ровно, плохих новостей она не услышит.

— Исидора Валерьевна, я выиграл! Вы себе представить не можете, что произошло!

— Но все обошлось, дорогой мой. Я тебя поздравляю, ты заслужил победу!

Мите хотелось ей сказать так много, он соскучился как ребенок и кричал в трубку:

— Исидора Валерьевна, я только благодаря вам победил, вы должны это знать. Все делал, как вы велели, глупостей не натворил, гулял дважды в день, языки понемногу осваивал, даже на пресс-конференции не промолчу! И еще, очень важное: контракт подписываю, лондонская фирма «Piter&Co» меня купила.

— Подписывай. Плохого в том не вижу. Это успех!

— Не знаю, так все запуталось, перемешалось… Скоро пресс-конференция начнется, я говорить собираюсь, многое сказать хочу.

— Бог милостив, с твоими познаниями в языках лишнего не скажешь. А на концерте победителей играй-ка лучше «Мазепу». Имя Ференца Листа помнишь еще?

— Я и сам собирался Листа, вы меня снова поняли лучше кого бы то ни было! А «Мазепа»… такое и захочешь позабыть — не получится. — Он улыбался так, будто она могла его видеть.

— Кто бы то ни было не знает тебя так хорошо, как я. — Исидора улыбку почувствовала, хорошая у него улыбка, прорвется. Пора ему на свободу, но необоримо — голос тверд, по привычке наставителен: — Ты сам принимаешь верные решения, я тебе как поводырь уже и не нужна.

— Вы мне всегда нужны, не говорите так!

— Это нормальные человеческие отношения. А наставлять тебя уже не надо, ты вырос и возмужал. Значит, я поработала на славу.

— Я не прощаюсь. Да, звонил так редко потому…

— Ты почти вовсе не звонил. Нормальные человеческие отношения. — Исидора вдруг ощутила, что почти кокетничает. Еще чего не хватало! Даже улыбаться перестала: глупости! Он может неверно ее понять.

— Как только буду в Петербурге, к вам — первый визит. И спасибо за гостиницу с личным шофером, мне действительно повезло, мне с вами повезло, и так много нужно рассказать… не по телефону, ну не привык к машине для говорения, не велите казнить. Полезная штука, признаю, но если честно…

— Шоферу привет передавай, расскажешь все, когда захочешь, а пока держи себя в форме: заключительный концерт — это как финал после финала!

Она долго сидела еще с телефонной трубкой в руках и чувствовала себя совершенно здоровой. Завтра надо будет в школу выбраться, назначить пару уроков на всякий случай — а то вдруг ее никто не поздравит, порой люди ведут себя непредсказуемо.

На полу, в угол комнаты забился неухоженный маленький переносной телевизор экраном в стену, она ящик не любила, так же как Митя — телефон. Но сейчас придвинула сиротку ближе, включила — и вовремя, как выяснилось. Вовсю обсуждали скандал с падением рояля на конкурсе имени Барденна. Вот это да! Исидора занялась мысленным отматыванием времени в обратную сторону, который это был час, когда она фото рассматривала? Совпадало, все совпадало, невероятно! Она вернулась к диалогу на экране, тема не изменилась. Судьба рояля интересовала собеседников больше, чем имя победителя. Вспомнят, не беда, но так и пойдет теперь, так и пойдет: Вележев, победитель конкурса имени Барденна, там в финале «Steinway» чуть не грохнулся, помните?

Митя, Илона и Питер сидели рядом за длинным столом в конференц-зале, открывая серию финальных вопросов-ответов, герой-победитель в центре.

Но говорила в основном Илона. Иногда Митя. Иногда они даже перебивали друг друга, но не противореча, а добавляя к уже сказанному. Когда, наконец, прозвучал вопрос: «А почему Питер Уэйль молчит?» — Илона первым делом выпалила, что долго и напрасно ждала вопроса: «А почему Питер Уэйль присутствует на пресс-конференции Дмитрия Вележева?»

Но не дождалась, а очень жаль. Потому что один-единственный ответ сегодня заготовлен ею заранее:

— Главное событие произойдет на ваших глазах, потрясения конкурса еще не закончились: Митя Вележев подписывает контракт со знаменитой фирмой «Piter&Co», о таком сотрудничестве можно только мечтать! И теперь я обращаюсь к Питеру Уэйлю: к сожалению, современный музыкальный мир устроен так, что выбирают не музыканты. Выбирают музыкантов. Мой вопрос: почему именно Вележев?

Питер долгим взглядом всматривался в Илону, она повторила вопрос. Он встрепенулся:

— Извините, я обдумывал некоторые детали контракта. «Почему Вележев?» Да потому же, почему жюри единогласно присудило ему победу: он несомненно талантлив, перспектива безграничная. Это нормально, когда молодому таланту предлагают хорошие условия для выступлений. Публика заслуживает возможности слышать этого пианиста так часто, как пожелает. И там, где пожелает. Я уверен, вскоре мы назовем Вележева «Мистер Аншлаг».

В зале одобрительно засмеялись, зааплодировали, Питер продолжил, улыбаясь:

— В свое оправдание добавлю только, что контракт составлен несколько раньше, чем завершился финал. Мне показалось, что Вележев интересен даже не как победитель престижного конкурса, а как интерпретатор: смел, импульсивен, непредсказуем. Такая порывистая эмоциональность, тонкая музыкальность в сочетании с точностью — редкое явление на современной сцене.

Илона слегка толкнула Митю плечиком, время высказаться. Он выдержал паузу, когда молчание в зале стало напряженным, заговорил медленно, тщательно подбирая и расставляя в нужном порядке известные ему английские слова:

— Я сделаю все, чтобы оправдать доверие. Мнение экспертов важно, однако признание широкой публики еще предстоит завоевать. Это легче сделать, когда есть такая возможность. Спасибо всем, кто меня поддерживал. Заранее спасибо всем, кто готов меня слушать. Говорить трудно, мой выбор — играть на рояле, жизни не хватит сыграть все, что написано великими композиторами.

— Будет в репертуаре современная музыка? — вопрос из зала прозвучал неожиданно. Митя задумался. Долгая пауза, молчание не прерывалось.

— Я предпочитаю Шопена и Листа. Гайдна и Моцарта. Шумана и Шуберта. Баха и Генделя. Список неполный. Возможно, через годы мои пристрастия изменятся, но через многие годы, по-видимому. Невозможно объять необъятное, как я уже сказал, жизни не хватит, чтобы переиграть все, что написали даже эти восемь перечисленных мной композиторов. Дань Эмилю Барденну я отдал сполна.

— Собираетесь ли снова побеждать в конкурсах?

— Я не планирую больше участия в состязаниях. Мой первый опыт прошел успешно. Победа требует огромных усилий. Чрезмерных усилий. Стрессы, волнения. Опыт бесценный, но мое призвание — играть концертные программы. Любой сложности. На сцене я чувствую себя спокойно.

— В какой форме предполагается сотрудничество с одной из ведущих продюсерских компаний? — Это комментатор «Би-би-си» включился в беседу, Илона мгновенно ответила, была готова заранее:

— Это покажет будущее, самое скорое. Мы вместе летим в Лондон — Митя, господин Уэйль и я, как пресс-секретарь Вележева и новый сотрудник ведущей продюсерской компании. Наши переговоры с мистером Уэйлем проходили в теплой и дружеской обстановке взаимного понимания, мы успели оговорить многое, но далеко не все. — Она хитро посмотрела на Питера, тот улыбнулся, словно в подтверждение сказанного. Митя растерянно кивнул, соглашаясь: Илона повела рукой в его сторону, сверкнул голубыми звездами внушительных размеров бриллиант на тонком пальчике, кольцо он заметил только что.

Втроем они позировали фотографам, отвечали на вопросы по пути в «Афину», репортеры гнались по пятам, будто время общего собрания прошло впустую.

— А почему Знаменский так внезапно уехал?

— Вопрос адресован Кириллу? — съязвила Илона, почти не оборачиваясь. — Насколько я знаю, срочный вызов, незапланированный концерт. На лондонской пресс-конференции он уже дал пространные объяснения.