Читаем без скачивания Ночь в Гефсиманском саду - Алексей Павловский

Так появились десять округов.

На юге жили потомки Симеона, Иуды и Вениамина, затем, к северу, располагались земли, отданные потомкам Ефрема, Манассии, Иссахара, 3авулона, Неффалима и Асира, а затем шло племя Дана.

В городе Силоме, на земле Ефрема, установили скинию с ковчегом завета.

Иисус Навин умер в возрасте ста десяти лет и был погребен в Фамнаф-Сари на гopе, Ефремовой. В гробницу его положили десятки остро заточенных каменных ножей, которыми евреи по приказу Навина после длительного перерыва возобновили обрезание.

Груда таких ножей была обнаружена при археологических раскопках в начале нашего века именно в этом месте, что дало возможность судить о достоверности библейского сведения о погребении Иисуса Навина, "а заодно заставило ученых более внимательно отнестись и ко всем другим библейским рассказам, относящимся к Иисусу Навину и к самому факту завоевания хананеянской земли.

Так или иначе, но обетованная земля далась израильтянам с большим трудом и многими потерями. Они завоевывали ее не только в течение тех семи лет, когда ими руководил Иисус Навин, но и много позже. Фактически это было очень постепенное вооруженное проникновение в страну, народ которой отчаянно сопротивлялся и лишь через десятки лет был окончательно вытеснен за пределы земли обетованной, рассеявшись, по мнению исследователей, по разным африканским странам.

Если хананеянская земля и была для евреев обетованным раем, то рай этот не был им ниспослан в виде дара, а завоевывался в изнурительной борьбе с яростно сопротивляющимися народами и в еще более долгой войне с партизанскими отрядами, скрывавшимися в горах, почти неприступных для израильтянских захватчиков.

СУДЬИ И ГЕРОИ.

Поскольку покорение хананеянской земли оказалось длительным, растянувшимся на десятилетия, с отступлениями и остановками, проникновением в глубину враждебной территории, то здесь не обошлось без множества неожиданных событий и явлений, которые вряд ли могли предвидеть Моисей и Иисус Навин. Правда, одну опасность они все же предвидели, а именно возможность раскола между еврейскими уделами-коленами и вражды между ними. Такие стычки действительно происходили и были, возможно, главной причиной столь медленного продвижения израильтян в страну хананеян, а также, что, конечно, было бы горькой неожиданностью для Моисея и Иисуса Навина, жестоких поражений израильтян в их борьбе за обетованную землю. Они не только терпели подчас жестокие поражения, но и попадали (то один удел, то другой) в рабство к какому-либо хананеянскому победителю-царьку. Дело здесь, прежде всего в том, что хананеяне, хотя и были разделены на несколько отдельных царств, что, конечно, их сильно ослабляло, являлись носителями достаточно высокой культуры и столь же высокой организованности. Евреи, с их кочевым образом жизни, с мышлением и привычками пастушеских племен, были варварами, чем-то вроде саранчи, тучей налетавшей из пустыни и пожиравшей их селения и города. Израильтяне дали повод думать именно таким образом: они разрушали великолепные города и на руинах прекрасных зданий ставили свои кочевые шатры, не приступая затем ни к восстановлению, ни к строительству, так как не были знакомы с этим делом. Между тем в их среде были люди, начинавшие понимать удобство и комфортабельность культурной жизни; блеяние овец в бывших парадных залах приводило их в смущение. Они стали перенимать культуру покоренного народа, его обычаи, привычки, ремесла и т. д. Более того, они стали брать жен из хананеянок, а иные из коренных жителей прельщались своеобразной красотой еврейских женщин. Все это считалось отступничеством от веры и вызывало жестокие проклятия у наиболее ярых приверженцев Моисеевой религии. Происходили непрестанные суды и разбирательства. Для сохранения единства еврейского народа, для упорядочения жизни различных уделов, из которых то один, то другой терпел поражение и даже попадал в рабство, избирались «мужи сильные и крепкие», которые и начинали управлять народом как его руководители-властители. Эти мужи — их было пятнадцать — известны под именем судей израильских.

Слово судьи было, таким образом, более широким по смыслу, чем в более поздние времена, так как и Гефониил, и Аод, и Самегар, а также Дебора, Барак, Гедеон, Фола, Иаир, Иеффай, Есевон, Елон, Авдон, Самсон, Илий и Самуил занимались не только разбирательством тяжб и распрей, но и управляли всем еврейским народом, сплачивая уделы на основе общей веры, традиций и законодательства, основанного Моисеем.

Остановимся на некоторых из судей.

Он замечателен прежде всего уже тем, что был первым. Появился же Гефониил на столь высокой и почетной должности не случайно, а благодаря великим предшествующим заслугам.

Дело в том, что как уже говорилось, в борьбе против хананеян израильтяне не только одерживали победы, но подчас терпели жестокие поражения. Одно из таких поражений нанес им Хусарсафем — царь месопотамский. Он наголову разбил евреев и держал их в рабстве, напоминавшем египетское, целых восемь лет — до той поры, пока во главе восставших евреев не встал блестящий полководец Гефониил. Он был племянником уже знакомого нам Халева — того самого, что вместе с Иисусом Навином вошел в обетованную землю. Правда, в отличие от Халева, Гефониил не помнил ни самого Египта, ни египетского рабства, так как родился во время странствия по пустыне. Он был избран главою восставших, так как они уже хорошо знали его выдающиеся победы в недавнем прошлом: это он, по велению Халева, сделал почти невозможное: взял и разрушил неприступный Кариаф-Сефер — крепость, которая успешно противостояла более сильным завоевателям, чем пришельцы из пустыни, не знавшие секретов современного воинского искусства. О победе Гефониила над Хусарсафемом в Библии нет каких-либо конкретных и пространных сведений, но уже одно то, что мир в Израиле продолжался после этой победы целых сорок лет и что за все это время не было ни распрей, ни междоусобиц, говорит о больших талантах Гефониила как государственного деятеля и блестящего полководца.

Как уже говорилось, тяжкая и почти непрерывная война с хананеянами была особенно трудной в гористых местностях. Израильтяне, сыны пустынь и пастбищ, не умели ни ориентироваться в горах, ни преодолевать горные перевалы. Этим воспользовался царь хананейский Иавин, живший в Асоре, на горном юге страны. Его походы и хитроумные засады, обходы и внезапные ошеломляющие появления с гор всегда были устрашающими и успешными. В результате множество еврейского народа он обратил в рабство, подобно тому, как это сделал до него царь месопотамский на севере. Попавшие в рабство племена Ефрема, Вениамина, Завулона, Иссахара и Неффалима, а также значительная, едва ли не половина, часть племени Манассии, то есть большая часть всех уделов, влачила жалкое существование. Обетованная земля, к которой они шли вслед за Моисеем целых сорок лет по пустыне, обернулась для них страшным и позорным узилищем. Плеть и палка гуляли по их сгорбленным спинам ежедневно. Любой час жизни мог стать их последним часом на земле, переставшей быть обетованной. Бедственность и безвыходность положения несчастных рабов, недавних победителей Иерихона и Кариаф-Сефера, усугублялась своеобразием местности, где они оказались в неволе, так как от северных еврейских уделов их отрезала высокая горная гряда. Кто мог прийти им на помощь? Поэтому рабство представлялось пленным израильтянам бесконечным и безысходным.

И так продолжалось двадцать лет пока, наконец, не дошла весть, что на горе Ефремовой, недалеко от Вефиля и Рамы, живет всеми почитаемая пророчица Дебора, верная служительница еврейского бога Яхве, получающая прямо от него божественные советы и предзнаменования. Все сердца встрепенулись от радости: есть защитница, связанная с самим Богом! От нее можно узнать судьбу и получить указание!… К ней и отправили посланца. Вскоре пришел ответ, что пророчица намерена сама возглавить восстание и приведет евреев к свободе. Так сказал ей бог Яхве.

Слава и авторитет Деборы к тому времени были столь велики, что слова необыкновенной служительницы Бога, пророчицы, никогда не подвергались сомнению.

Уже одно ее стремление встать во главе освободительного восстания мигом воодушевило всех угнетенных израильтян.

Военачальником Дебора, однако, избрала Варака, жившего в Кадесе и известного многими славными победами над хананеянами. Он был, кроме того, очень мудрым и проницательным человеком. Слова Деборы взволновали его, но Варак понимал, что одних полководческих талантов в деле освобождения народа от деспотизма могущественного царя Иавина недостаточно. Он, кроме того, как и все израильтяне, не умел воевать в горах, что тоже вызывало у него некоторые сомнения в успехе предприятия.

Переговоры через тайных посланцев велись довольно долго и содержались в строжайшем секрете.