Читаем без скачивания Кровавая дорога в Тунис - Дэвид Рольф

Четыре танка сумели кое-как обогнуть увязшую головную машину, однако следующий танк тоже беспомощно застрял в грязи. Один из танкистов вспоминал: "Рассвет уже близился, и нам не оставалось ничего иного, как повернуть назад, чтобы не оказаться под прицелом при дневном свете". Весь следующий день англичане удерживали крошечный пятачок плацдарма, пока бомбардировщики ВВС Пустыни и американские "Митчеллы" бомбили вражеские позиции. Немцы не могли контратаковать, однако они усилили итальянскую дивизию "Молодые фашисты" батальоном 200-го панцер-гренадерского полка, противотанковыми орудиями и артиллерией 15-й танковой дивизии. В район боев двигался батальон егерей Люфтваффе.

Штаб 8-й Армии отдал приказ, требуя, чтобы XXX корпус ночью 21/22 марта соорудил, по крайней мере, одну переправу." Усталые саперы 50-й дивизии попытались построить гать вокруг застрявших "Валентайнов", а 6-й батальон дурхэмцев двинулся вперед, чтобы расширить плацдарм. Они захватили Уэрзи-Уэст и еще один пункт - Зари-Судест без особых хлопот, так как итальянцы предпочитали сдаваться в плен. Однако 9-й батальон понес тяжелые потери при захвате небольших опорных пунктов, в том числе Уэрзи-Эст. На самом краю правого фланга 5-й батальон Восточно-Йоркширского сумел занять часть Ксиба-Эст, но не смог продвинуться дальше к берегу, так как застрял в сложной системе вражеских укреплений.

По мосткам двинулись 42 "Валентайна" 50-го танкового полка. Танкисты видели разбросанные трупы пехотинцев, оставшиеся после ночного боя. Поддержки танки не получили, так как их гусеницы просто разворотили хрупкую конструкцию настила, и 6-фунтовые противотанковые орудия не смогли пройти следом. Это могло закончиться катастрофой, так как впереди разворачивалась для атаки 15-я танковая дивизия, используя в качестве "воздушного прикрытия" плохую погоду, которая приковала к земле самолеты союзников.

Именно в этот момент Монтгомери сообщил Александеру, что 50-я дивизия надежно удерживает плацдарм, который постепенно расширяется. Он предложил объявить, что "теперь моя операция развивается успешно, и все идет согласно плану". В действительности Лииз имел на другом берегу Вади Зигзу не более 4 пехотных батальонов (в том числе - сильно потрепанных дурхэмцев) и слабые "Валентайны". Противотанковых средств у них не было. Единственная переправа стала непроходимой из-за сильного дождя. Плацдарм подвергался беспощадному артиллерийскому и пулеметному обстрелу.

В штабах корпусов и дивизий царили замешательство и неразбериха. Около полудня усилившаяся стрельба возвестила о начале атаки 15-й танковой дивизии. Ее поддерживала сводная пехотная бригада, составленная из подразделений 90-й легкой дивизии, панцер-гренадеров и парашютистов Рамке. Получив сообщение, что дурхэмцы отступают, командир бригады Николс бросился туда на джипе, крикнув командиру дивизии, что он намерен остановить "говнюков".

Отогнанные к противотанковому рву, дурхэмцы кое-как окопались и сумели удержаться. Перед ними чернели корпуса 27 "Валентайнов". 11 уцелевших танков выстроились вдоль берега вади, чтобы поддержать пехоту. На правом фланге 5-й батальон Восточно-Йоркширского все еще держался, хотя и с большим трудом. Его отступление открыло бы фланг дурхэмцев.

Через несколько дней Монтгомери шумел, что "мы ни на минуту не теряли инициативу и заставили противника все время плясать под нашу дудку". Это заявление шло вразрез со всем происходящим. Монтгомери совершенно не представлял ситуацию. Он планировал прорыв "Шерманов" 22-й бронетанковой бригады и 7-й танковой дивизии, как только будет создан плацдарм. Приказ требовал возобновить наступление вечером 22 марта.

Перед саперами и минерами 4-й индийской дивизии стояла ответственная задача: соорудить еще одну переправу. Пока они не закончат работу, наступление 8-й Армии по прибрежной дороге не начнется. Бесстрашный начальник инженерной службы дивизии подполковник Бланделл решил соорудить два временных моста из стальных решеток, уложенных на фашины. От захода солнца до восхода луны ко рву были подвезены все необходимые материалы, и саперы начали срывать восточный берег, чтобы соорудить спуск. Часть саперов спустилась на дно вади, чтобы уложить основание мостов. Работать приходилось под грохот разрывов снарядов и мин, треск пулеметных очередей, в пыли и дыму. Но мадрасские и сикхские саперы не дрогнули. Невозмутимый Бланделл успевал повсюду. Он шутил, говоря, что если немцы не могут попасть в такого высокого человека, как он, то уж остальные могут чувствовать себя в безопасности. Эта необычайная примета чуть было не оказалась неверной, когда ему отстрелили верх фуражки.

В 4.15 под градом снарядов саперы отошли, чтобы пехота смогла начать атаку. Чтобы не вызвать паники, Бланделл приказал своим солдатам двигаться спокойно, с разговорами и шутками. Артиллерия XXX корпуса снова задержалась с открытием огня, и некоторые пехотные подразделения поднялись в атаку слишком рано. В результате на подходах к мостам начались беспорядок и давка. 6-й и 7-й батальоны Зеленых Говарда отчаянно пытались продвинуться вперед под треск пулеметных очередей и вопли раненых.

Несвоевременно начатая атака вынудила отменить артиллерийскую подготовку и убедила Лииза, что его солдат ждет кровавая бойня. В 2.00 он встретился с Монтгомери в его штабном автомобиле и сообщил, что "8-я Армия потеряла плацдарм".

"Что мне делать, Фредди?" - спросил потрясенный Монтгомери своего начальника штаба. На какое-то время им овладели сомнения и неуверенность. От того, как скоро он оправится, зависела судьба 8-й Армии, союзных войск в Тунисе и, что более важно, - солдат, скорчившихся в своих ненадежных убежищах в Вади Зигзу.

Глава 13.

Мы остановили лучшее, что они имели

"Это просто чудо, что я еще жив. Если так будет продолжаться дальше, томми скоро вышвырнут нас из Африки".

Дневник немецкого ефрейтора, 24 марта 1943 года.

Новозеландцы Фрейберга не подозревали о побоище в Вади Зигзу. Они с трудом двигались по тяжелой, мягкой почве и остановились в нескольких милях от своей первой цели - прохода Тебага (или рубежа "Слива"). Рано утром 21 марта разведка 8-й Армии сообщила, что 70 танков 21-й дивизии уже движутся к Эль-Хамме (рубеж "Слива"), а 50 танков 15-й дивизии стоят в готовности, ожидая приказа направиться туда, если они не будут нужны на линии Марет. Мессе также приказал 164-й легкой дивизии покинуть Марет и направиться в Эль-Хамму, куда она прибыла 22 марта. Фрейберг получил эту информацию только на следующий день.

Обеспокоенный случившимися задержками, Монтгомери дважды требовал от Фрейберга прорваться через проход Тегапа и поспешить к Габесу. II корпус, наступающий на восток из Гафсы, должен был отвлечь на себя внимание противника. Однако Фрейберга тревожила нехватка личного состава в дивизии (из положенных 16000 человек недоставало 2400, или 15 процентов). Опасаясь, что в случае новых серьезных потерь новозеландские войска будут просто выведены со Среднего Востока, он никому не высказывал этих опасений.

21 марта в 8.00 авиация союзников нанесла удар по проходу Тегапа, где вспыхнуло множество пожаров. Однако танки Фрейберга, которым не хватало поддержки пехоты, не сумели прорваться. Несмотря на заранее оговоренный сигнал оранжевыми дымами, несколько возвращающихся самолетов все-таки обстреляли новозеландцев. К счастью, потери оказались невелики. Атака высоты 201, расположенной в центре прохода, силами 25-го и 26-го батальонов 6-й пехотной бригады (бригадный генерал Джентри) и эскадрона танков 3-го танкового полка задержалась. Им пришлось остановиться и ждать, пока будут расчищены минные поля, а корпусная артиллерия развернется, чтобы поддержать удар. Артиллеристы МакИнтайра подвели свои орудия на 300 ярдов к позициям неприятеля. Сержант Каффел вспоминает: "Нас накрыло залпом, убив и ранив нескольких человек. Мы должны возносить благодарственные молитвы за новозеландского врача, который через пару минут появился на орудийных позициях и под огнем перевязал раненых. Мы были вынуждены оттащить орудия назад примерно на 1000 ярдов, а потом снова открыли огонь, чтобы прикрыть нашу пехоту. Ночью нас атаковали вражеские самолеты. В лунном свете они обстреляли нас из пулеметов и сбросили несколько осколочных бомб".

Несмотря на плотный огонь из стрелкового оружия, новозеландцы штыковой атакой очистили первую линию окопов. Они также захватили высоту 201, хотя в ходе жарких стычек она еще несколько раз переходила из рук в руки. Новозеландцы потеряли 11 человек убитыми и 68 ранеными. На следующий день около 800 итальянцев отправились в плен, жалуясь на ледяной ветер и огонь новозеландцев.

Захватив высоту 201, бригадный генерал Джентри начал убеждать Фрейберга бросить 8-ю бронетанковую бригаду в проход Тегапа, не дожидаясь утра. Фрейберг разрешил ее командиру бригадному генералу Харви двигаться дальше (но не приказал!). 22 марта корпус закреплял и расширял захваченный выступ. Естественная осторожность Фрейберга была усилена неприятным инцидентом. Когда он разговаривал с подполковником Келлетом, тому осколком оторвало голову. Каким-то чудом Фрейберг не получил ни царапины, но 5 человек, стоявшие рядом, были ранены.