Я проследила за его взглядом направленным на женщину, которая стояла с краю, ее друзья или отношения с ней.
Ее темные волосы были распущены по всему лицу, щеки недавно порозовели, руки поддерживали ее округлившийся животик.
Это была Тоня, его жена, и Коннор, его ребенок, будущий член клана Кина и Североамериканской Центральной Стаи.
Будущий Глава?
"Я не буду ходить вокруг слишком долго", — сказал он, "предполагать, что безопасность моей семьи находится в пределах вашей сферы влияния."
Мы молчали, взвешивая это заявление.
Я не была уверена, в том должна ли я быть польщена тем, что Габриэль считает меня способной защитить его семью или обеспокоенной тем, что ответственность лежит на моих плечах.
"С другой стороны, стаи не должны нести бремя моих долгов другим."
Он громко глотнул.
"Я не могу дать какие-либо гарантии о союзах.
Все, что я могу сказать, я не изменю свое намерение.
Это все, что я могу предложить."
И с этим простым предложением — идеей, что он может быть готов рассмотреть альянс с вампирами — Габриэль Кин перекраивал историю.
"Прежде чем мы уйдем", сказала я, возвращая нас к текущим проблемам, "вы слышали о байке Тони? О результатах расследования?" Он кивнул.
"Я знаю, что они нашли GSR".
"Вы слышали что-нибудь от него?" спросил Этан.
"Ни слова.
Почему?" "Интересно, возьмет ли он на себя ответственность за бар", сказал Этан, "возможно попытайтесь принять очевидную позицию в отношении вас или собрания.
"Если он участвовал в этом, и действительно пытается перетянуть равновесие сил, это было бы логично".
Габриэль сморщил лоб, затем покачал головой.
"Мы не получали известия от него, и заместитель Тони не получал какого-либо известия от него.
Я предположил, что он залег на дно, чтобы спасти свою задницу."
"Это возможно", согласился Этан.
Пристальный взгляд Габриэля переместился, когда Фаллон помахал ему с другой стороны комнаты.
"Мне нужно идти.
Увидимся завтра ночью".
Не говоря ни слова, он развернулся и пошел обратно к бару, оставляя Этана и меня смотреть ему вслед.
Этан не ждал, прежде чем добрался до еды.
"Он не может формально предложить подченение, но мы и так далеко продвинулись.
"Мы — хорошая команда", сказала я с нахальной усмешкой.
Он напрягся, но на его лице была улыбка.
"Теперь, когда я получила получила угощение от стаи и возможно бросила союз к твоим ногам, я собираюсь наведать "шведский стол".
"Ты только что ела".
Я бросила на него сардонический взгляд.
"Я вампир, с метаболизмом быстрее, чем ускорение пули.
Кроме того, это тарелка была вся с мясом и кусочками.
Я не получила десерт."
"Иди", сказал он, прогоняя меня рукой.
"Найди шоколад."
Я величественно улыбнулась, затем рванула к "шведскому столу".
Это было еще более впечатляющим вблизи, чем издалека.
Еда была домашняя, от горячей запеканки и жареных овощей до розово-глазированных и посыпанных кокосовой стружкой пирожных.
Я нацелилась прямо на десерты, захватив по пути небольшую тарелку и вилку, чтобы порадовать себя.
Неприятности пришли как только я положила домашнее печенье на тарелку.
"Вампир, ха?" Я посмотрела на оборотня, который говорил.
Он был высокий и широкоплечий, его густые темные волосы собраны в низкий конский хвост и завязаны лентой.
Большая часть его лица была покрыта густой бородой.
"Да", сказала я вежливо, одаривая его улыбкой.
"Вампир."
Он проворчал, затем склонился ко мне, запах кожи, дешевого виски и сигаретного дыма перемещался вместе с ним.
"Ты думаешь, ты так горяча, верно? Маленький вампир?" Готовность Габриэля расширить дружбу с вампирами была явно не единственным чувством.
Но эта дружба была в действии, поэтому я удержала в себе свою возрастающую ярость и отодвинулась на несколько футов от стола.
"Только пробую десерт", с легкостью сказала я.
"Выглядит вкусно".
Он несколько раз фыркнул, будто потрясенный тем, что я имела наглость проигнорировать его попытки раздразнить меня.
"Я говорил с тобой", сказал он наконец низким и угрожающим голосом.
"И я вежливо проигнорировала тебя".
Я собрала свою храбрость и скользнула по нему предупреждающим взглядом.
"Я — гость в этом доме и я планирую не пренебрегать этим.
Возможно, ты также должен."
Это было конец обсуждения — потому что его следующий шаг был физическим.
Он потянулся и схватил меня за руку, затем дернул меня вперед, извергая на меня проклятия, когда он двинулся.
Я дернула назад, чтобы попытаться освободить свою руку, выпуская тарелку из своей руки.
Она ударилась о пол и разбилась, крошки и фарфор разлетелись по полу.
Но прежде, чем я успела среагировать, он ушел.
Поскольку прежде, чем я смогла отреагировать, Этан схватил мужчину за воротник рубашки и толкал его обратно к стене.
"Убери от нее руки", он стиснул зубы.
Быстрым разворотом рук, оборотень отбросил руки Этана, затем сильно его толкнул в полной мере.
"Кто ты такой, мудак?" Этан отошел на несколько шагов назад, но снова довольно быстро наклонился вперед, по-видимому намереваясь начать с парнем второй раунд.
"Ты появишься где-нибудь с ней снова, и ты ответишь мне, стая осудит."
Шок уступил место политической осведомленности, я потянулась и схватила его за руку, затем оттащила его, чтобы он и оборотень не были лицом друг к другу.
"Этан", прошептала я отчаянно.
"Успокойся."
Габриэль бросился к нам, Фаллон и Адам позади него.
"Что, черт побери, здесь происходит?"
Танцзал погрузился в абсолютную тишину, все глаза устремились на вампиров, создающих хаос посреди вечеринки.
Оборотень пожал плечами, словно его оскорбили, затем указал на Этана.
"Я беседовал с этим вампиром, а потом этот кретин толкнул меня.
И теперь я собираюсь обратно его толкнуть."
Слава Богу, я была вампиром, так что дополнительная доза силы была единственной вещью, которая позволила мне сдержать Этана.
Он сделал другое наступление, достаточное, чтобы отодвинуть меня на несколько футов, прежде чем я снова смогла его остановить.
Адам и Фаллон вскочили между ними, готовые вмешаться, если он попытается еще раз.
Этан, я мысленно ему сказала.
Прекрати! Хватит!
"Он ее схватил", проговорил Этан сквозь зубы, затем избавился от моих рук.
"Я в порядке".
Он провел руками по своим волосам.
"Я в порядке, а ты должен держать своих оборотней под контролем."
Габриэль уставился на Этана с ожесточенным выражением, его руки сжались в кулаки.
