спасти аргумент Франкфурта от этой критики, но давайте вернемся к нашему фильму и посмотрим, сможем ли мы найти альтернативную поддержку позиции Фишера и Франкфурта.
Предшественник преступника
Когда в фильме "Minority Report" мы впервые знакомимся с Инициативой Преступности, нам говорят, что Преступники будут убивать, если их не остановить. В качестве наглядного доказательства этого приводится случай с Говардом Марксом, который, как и предсказывали прекоги, находится в нескольких мгновениях от убийства своей жены и ее любовника, когда его останавливают полицейские. Говард Маркс признан виновным в покушении на убийство. Но предположим, что полицейские добрались до него за мгновение до того, как он сделал первые шаги к убийству. В чем бы он тогда был виновен? В ношении ножниц? В собственном доме? Основная моральная идея инициативы по пресечению преступлений заключается в том, что марксы, которым помешали совершить убийство, так же виновны, как и марксы, которые убили. Есть разные причины быть недовольным этим моральным предложением, но идея о том, что предварительные преступники избегают моральной ответственности, потому что им суждено убить, не кажется одной из них. Более того, фильм иллюстрирует противоположный аргумент. Преступность начинает казаться Андертону морально несостоятельной только тогда, когда он обнаруживает возможность того, что у некоторых преступников (в частности, у него самого) было альтернативное будущее. Разумеется, для этого есть все основания. Если у человека есть альтернативное будущее, то он может регулировать свои действия. А если он контролирует свои действия, то видения PreCog перестают быть надежными. Человек, находящийся под регулятивным контролем своих действий, может пойти на убийство (Андертон почти сделал это), а может и не пойти. Если он находится под регулятивным контролем, то его будущее фактически не определено, и он не может быть заранее виновен в чем-либо. С другой стороны, если бы предпреступники осуществляли только управляющий контроль над своими действиями, видения PreCog вполне могли бы соответствовать действительности, и Инициатива по предпреступности, по крайней мере в этом отношении, могла бы опираться на более прочный фундамент.
Фильм "Minority Report" вызывает интуицию, поддерживающую идею о том, что для моральной ответственности достаточно контроля со стороны руководства. Для этого в фильме вводится идея сужденного убийцы и дается достаточно нарративной поддержки, чтобы мы могли ответить на вопрос: избегают ли сужденные убийцы ответственности за свои действия только потому, что им суждено убивать? Повествовательная насыщенность истории и ее изложение позволяют ответить на этот вопрос - отрицательно - убедительно. Однако "Minority Report" - очень сложный фильм, и трудно сказать, не искажают ли наши интуиции его сложности. Нашими симпатиями умело манипулируют: от ранней, нерефлексивной поддержки Инициативы по борьбе с преступностью (когда мы видим, как Отдел по борьбе с преступностью спасает невинные жизни) до поздней враждебности к ней (когда мы становимся свидетелями многочисленных несправедливых сделок, особенно в отношении незадачливого Андертона). По мере развития фильма достоинства предварительного расследования неуклонно исчезают из поля зрения. Преступники больше не спасают жизни, а тратят время на погоню за главным героем, в итоге ловят его и незаслуженно отправляют в ад. Моральная проблематика преступности в фильме не раскрывается в должной мере, но историческая коррупция Инициативы по борьбе с преступностью приобретает решающее значение. К концу фильма нас уже тошнит от Инициативы по борьбе с преступностью и от того вреда, который она причинила, в том числе и от вреда, который она причинила самим Прекогам. Во всей этой шумной моральной демонстрации единственной чертой пре-преступности, которая не ставится под сомнение, является идея о том, что ответственность и судьба полностью совместимы, что люди несут ответственность за свой выбор, даже если им суждено его сделать.
Регулятивный контроль, возможно, и не является необходимым условием моральной ответственности, но он все равно представляется нам чем-то очень важным. В фильме "Minority Report" счастливый конец отчасти объясняется тем, что свобода воли побеждает фатализм. В самом конце фильма Ламар Берджесс выбирает самоубийство, а не убийство, несмотря на то, что Прекоги заранее предвидели убийство. Доказывая, что Прекоги ошибаются, он доказывает не то, что несет моральную ответственность за свои поступки (это само собой разумеется в любом случае), а то, что он способен инициировать свои действия, а не только направлять их. Берджесс доказывает, что он нечто большее, чем просто баловень судьбы. Угроза "Инициативы предварительного расследования" была двоякой. Во-первых, она была несправедливой (либо потому, что наказывала тех, кто еще не был виновен, либо потому, что наказывала совершенно невиновных). Во-вторых, она отрицала наличие у нас регулятивного контроля над своими делами, представляя нас как игрушку судьбы. Обеспечение гибели "Преступной инициативы" позволило Спилбергу осуществить двойной хэппи-энд (или многократный хэппи-энд, если считать благословения всех выживших персонажей). Ее гибель положила конец несправедливой и эксплуататорской системе и вновь утвердила нечто фундаментально ценное в человеке: возможность того, что мы сами являемся авторами и творцами своих поступков. В той мере, в какой Спилберг действительно запечатлел счастливый исход, фильм служит доказательством того, что регуляторный контроль является важной составляющей того, что мы ценим в свободе воли. Конечно, он ни в коей мере не доказывает, что мы контролируем свои действия, но было бы глупо ожидать этого от фильма.
Вопросы
Если бы "ПреКоги" могли точно предсказывать попытки убийства, была бы оправдана инициатива "Преступник"? (Представьте себе менее экстремальную форму наказания, чем "ореол").
Можно ли как-то философски осмыслить видения PreCog?
Как соотносятся между собой три формы фатализма, описанные нами в этой главе, - метафизический фатализм, теологический фатализм и каузальный детерминизм? Являются ли они одинаково сильными способами подрыва свободы воли?
Агентная причинность часто рассматривается как философски подозрительная. Почему? Каковы перспективы инкомпатибилистской теории свободы воли, не предполагающей агентной причинности? Проблема удачи преследует такие теории. Действительно ли это проблема? Можно ли ее преодолеть?
Компаративистские теории свободы воли сталкиваются со следующей проблемой. Если мое решение обусловлено предшествующими событиями и у меня не было выбора в этих предшествующих событиях (по мнению каузальных детерминистов, цепочка причин, приведших к моему решению, тянется задолго до моего рождения), то у меня не может быть выбора в этом решении. Как можно говорить о том, что я принимаю решение свободно, если у меня не было другого выбора, кроме как принять решение так, как я его принимаю? Является ли это хорошим аргументом? Есть ли способ обойти его?
Необходим ли регулятивный контроль для моральной ответственности? Мы описали два аргумента, утверждающих, что он не является необходимым. Один из них, связанный с Франкфуртом, касается случаев, когда кажется, что кто-то
