нет, спасибо, мне уже провели отличную экскурсию и по башням, и по спальням. К тому же, это дурной тон: подбирать девушек за другим мужчиной, просто чтобы тому было неприятно.
Я уже хотела высказать всё, что думаю, но тут остановилась.
Сделать Джону неприятное?
Эта мысль внезапно, но заманчиво пронеслась в моей голове.
— Хорошо, — сама не ожидая от себя такого, ответила я.
Сэм улыбнулся будто кот, которому перепала целое блюдечко сметаны.
— Чудесно.
Мы сели в машину и направились в сторону «Прат Хаус».
Глава 22
Отель, принадлежавший Сэму, действительно был хорош. Расположенный в престижном районе, он занимал старинный кирпичный особняк викторианской эпохи. Но внутри не было ни намека на старину. Как не было и кричаще холодного и аляповато яркого модерна.
Чистые линии. Светлые тона. Немного хрусталя. Парящая, будто прозрачная стойка регистрации. Струи воды, стекающие по прозрачным боковым стенам. И ничего лишнего. По сравнению с грузной викторианской оболочкой, внутреннее содержание холла было легким, летящим. Казалось, переступив порог, мы попали совсем в другой мир.
Я была впечатлена. Не Сэмом, хоть тот довольно улыбался, но работой команды дизайнеров его отеля.
Высокая блондинка в бежевом костюме вышла к нам из-за стойки и, почтительно склонив голову, поприветствовала мистера Прата.
— Спасибо, Линда, — улыбнулся тот, — будь добра, закажи нам чаю. Сейчас как раз пять часов.
Девушка послушно отправилась распоряжаться касательно чая, предварительно кинув на меня полный недоумения взгляд. Да, видимо, обычно женщины, приводимые сюда Пратом, имели гораздо больше великосветского лоска, чем я, обыкновенная женщина в недорогом пальто из супер-маркета. Но мне было наплевать на это.
Также от меня не ускользнуло и то, что Прат не назвал места, куда подать чай. Видимо, персонал его отеля и так слишком хорошо знал, куда хозяин приводил дам.
Сэм жестом пригласил меня следовать за ним.
К моему удивлению, мы с Сэмом проследовали не на второй этаж, где располагались номера, а за ресепшн, вдоль по коротенькому коридору, который вел в небольшую светлую комнату без окон.
— Пожалуйста, снимите пальто, — попросил Сэм.
Я послушно выполнила его просьбу. Сэм также снял верхнюю одежду и повесил наши пальто на вешалку, находящуюся в комнате.
— Закроете глаза сами, или мне их вам завязать? — игриво спросил хозяин отеля.
— Спасибо, я предпочту, чтобы мои глаза были открыты, — холодно ответила я.
Сэм принял обиженный вид.
— Вы ужасно скучная, я думал, что русские баршыни не ведут себя, как английские домохозяйки. Но если вы не хотите сюрприза, так тому и быть.
Пройдя немного вперед, он открыл дверь, ведущую из комнаты, и я впервые поняла, что должна была чувствовать Алиса, заглядывающая в замочную скважину двери в Страну Чудес.
За идеальным светлым пространством комнаты простиралось буйство красок и зелени большого волшебного сада.
Сэм подал мне руку, и мы вошли внутрь.
Там располагалась самая красивая и самая причудливая оранжерея из тех, что я когда-либо видела. Весь купол был сделан из прозрачнейшего стекла, вставленного в железный каркас так, что вместе композиция напоминала собранныйвеликаном хрустальный пазл.
Внутри оранжереи обрели дом сотни удивительных растений: от африканских пальм, до новозеландского рождественского дерева. На клумбах цвели экзотические цветы, а где-то в глубине было слышно журчание фонтана.
— Я давно понял, что людей уже не удивить просто хорошим семейным отелем. Таким, как тот, что некогда открыл мой прадед в этом самом доме, — довольным голосом Чеширского кота, объевшегося сметаной, следя за моим восторженным взглядом, проговорил Сэм Прат, — теперь времена неожиданностей. Удивить, значит, заинтересовать, привлечь. Поэтому в сети своих отелей я предлагаю особенные условия, особенный сервис и особенные развлечение. Нигде в путеводителях не указано, что при отеле есть эта прекрасная оранжерея. И каждый постоялец может провести в ней всего час. Тогда, когда ему выдадут особую карту-ключ, намекнув при этом, что это подарок только ему, лично, от хозяина отеля. При этом человек обязуется не упоминать о чудесной оарнжерее ни в одном отзыве. Это его личный уникальный бонус. Так сохраняется тайна этого отеля, — Прат предовольно ухмыльнулся.
— Не слишком ли сложно закручено? — спросила я.
Сэм лишь усмехнулся еще раз.
— Милая Анна, если бы всё было просто и на виду, то люди писали бы нечто вроде: «Чудесная оранжерея в этом отеле, конечно, мы видели сады и побольше размером». Причем такие отзывы оставляли бы восемь из десяти постояльцев. А так у каждого из десяти был здесь свой тайный сад, оставляющий налет мистики, экзотики, свидания со Страной Чудес.
Красивая бабочка вылетела из моря зелени и уселась на специальную кормушку, где для неё уже лежал нарезанный дольками апельсин и несолько кусочков ананаса.
— У вас тут еще и оранжерея бабочек, — улыбнулась я.
Идея тайного сада была такой неанглийской и, действительно, чудесной, что я расслабилась неожиданно для себя.
— Да. Один из моих предков был военным, много лет служившим в Индии. Его увлечением была лепидоптерология. Ему самому удалось открыть в той жаркой стране около десятка видов этих прекрасных созданий. Самую красивую из них даже представляли королеве. Сейчас.
Сэм скрылся в зарослях, но через некоторое время появился. На руке его сидела огромная бабочка с темно-фиолетовыми крыльями, покрытыми бледным налетом золотой пыльцы. Рисунок, чем-то напоминал маску.
— Размах крыльев сто восемьдесят миллиметров. Мой пра-прадед Томас назвал её…
— «Гвендолен», — пердположила я, — ведь ваш пра-прадед вместе со своей женой Луизой назвали бабочку «Гвендолен»?
Сэм посмотрел на меня так, будто увидел привидение.
— Откуда вам это известно? — спросил он, удивленно оглядывая меня.
Я пожала плечами.
— Просто я увлекаюсь бабочками.
Сэм еще некоторое время смотрел на меня, словно пытаясь понять: лгу я или нет. Потом, явно не сумев добыть нужную информацию, снова переключился на рассказ о своем отеле.
Смешно, но в этом он удивительно напоминал Джона. Тот же жар. Блеск в глазах. Странная, сумасшедшая семья.
Хотя, если быть справедливым, с ума из-за своей работы сходила и я.
Дневник Гвендолен был прихвачен мною из Кеннет Кастл в тот день, когда я уезжала оттуда. Внутренний голос говорил, что это компенсация за моральный вред, но на самом деле я понимала, что это далеко не так. Я забрала дневник Гвендолен потому же, почему сейчас произнесла название бабочки. Кто-то невидимый подсказал мне это.
Чтобы отвлечься от подобных мыслей, я снова прервала монолог Сэма.
— А что вы хотели сделать в Кеннет Кастл?
Сэм замер. Посмотрел на меня в упор, а затем рассмеялся:
— Ровным счетом ничего, — ответил он, — у меня десяток отличных отелей по всему Королевству. И все они успешны. В замок же я не стану
