Читаем без скачивания Тайна придворного шута - Детлеф Блюм

Фон Зассену даже не пришло в голову задуматься, для чего может быть использован такой большой и, в общем, совершенно ненужный павильон, построенный под вывеской «Дрезден-Вербунг». Сам Рубен сразу догадался, где может быть место раскопок, как только увидел план павильона. Он даже понял, где спрятались Клаудиа Шустер и Фердинанд Бертрам. И теперь два маленьких передатчика, вмонтированных в стены павильона, постоянно информировали его людей о том, что происходит внутри. Удача, что удалось привлечь к делу Лопоухого. Он был весьма продвинут в технических вопросах.

ГЛАВА 22

— Добрый день, господин Винтер! — Георг вышел из-за стойки, чтобы приветствовать коммерческого директора «Дрезден-Вербунг». — Я ждал вас еще вчера.

— Я тоже надеялся попасть на открытие фестиваля, — засмеялся в ответ Бернд Винтер. — Но, как обычно, в последний момент возникла необходимость улаживать кое-какие проблемы. Ну как идут дела?

— Хорошо. Очень хорошо. Мы распределили все обязанности, продаем билеты, отвечаем на вопросы, раздаем программки. Результаты от использования в этих целях Интернета превзошли все ожидания.

Последнее утверждение, мягко говоря, было не совсем честным.

— Ах, прошу прощения. Разрешите представить вам Регину Кляйн. Регина, господин Винтер, коммерческий директор «Дрезден-Вербунг».

— Много слышала о вас. Очень приятно познакомиться.

Винтер окинул помещение офиса одобрительным взглядом.

— Павильон обустроен великолепно. Я хотел бы посмотреть другие помещения…

— Это не проблема, — ответил Георг. — Пойдемте, я все покажу.

Он надеялся, что Клаудиа и Фердинанд слышали диалог и последние слова, которые он произнес нарочито громко. Но от волнения все равно вспотел. Сначала он провел Винтера на кухню, потом на склад, потом в кают-компанию. Наконец они оказались у перегородки, за которой находилась жилая. Руки Георга дрожали, когда он открывал дверь, но, когда они вошли, из сокровищницы уже не доносилось ни звука.

— Очень хорошо, — озвучил Винтер свои впечатления, когда они вернулись в офис, где их ждала Регина. — Мне очень понравилось, очень.

Винтер посмотрел на часы.

— Вы удовлетворены посещаемостью?

— Более чем. И здесь, и на других площадках праздника. Очень велика роль вашей наружной рекламы, не только в Дрездене, но и в регионах.

— Ну да. — Винтер польщенно засмеялся. — Мы приложили некоторые усилия. А сейчас я должен идти.

— Еще один момент, — остановил его Георг. — Вам не показалось, что ваша компания недополучила печатные материалы о фестивале?

— Нет, но, откровенно говоря, я не особенно вникал в этот вопрос.

— Видите ли, в типографии ошибочно направили сюда часть материалов, предназначенных вам. Вы сами видели, что склад забит упаковками с программками. Я хотел вам сегодня звонить по этому поводу. Мы не сможем распространить такое количество материалов. Вы не могли бы прислать машину, чтобы забрать эти буклеты. Вы бы очень здорово нас разгрузили.

— Само собой. Машина нужна прямо сейчас?

— Нет, мне нужно будет немного разобраться. Я позвоню сегодня вечером или завтра утром. Номер вашего мобильного телефона у меня есть. Было бы хорошо сделать это как можно быстрее.

— Я распоряжусь тотчас после вашего звонка. Ну, теперь все? Тогда удачи!

Едва Винтер вышел из павильона, Регина и Георг переглянулись. Никто не произнес ни слова, но на лицах было облегчение.

Симон закончил завтрак, съел на десерт апельсин и переместился на диван. Он закрыл глаза и задумался. В сотый раз он прокручивал в голове план, который они разработали некоторое время назад у него дома вместе с Клаудией, Георгом, Региной и Фердинандом. План и возможные альтернативы. Симон вспомнил, как Фердинанд в самом конце задал вопрос, ставший решающим:

— За нами могут следить?

— Однозначно.

— Значит, нас могут подслушивать.

— Как это пришло вам в голову? — удивилась тогда Клаудиа.

— Тот, кто будет вести слежку, должен понимать, что от слежки будет толк только в том случае, если он будет слышать, о чем мы говорим. Значит, он должен установить прослушивающие устройства. При современном уровне развития микроэлектроники это совсем не сложно, поверьте мне. Я бы учел эту проблему.

Никто не нашелся что возразить, никто не переспросил, отчего Фердинанд так уверен в этом.

Симон встал, бросил халат на кровать и быстро оделся. До сих пор все шло хорошо. Он взял куртку и вышел из комнаты. Сегодня у него по плану был осмотр ювелирной экспозиции в музее «Грюне Гевёльбе».

К обеду в сокровищнице стало жарко. Весеннее солнце пригревало очень хорошо.

«Скоро у меня поедет крыша», — подумала Клаудиа, обливаясь потом. Но продолжала копать.

Она стояла на дне ямы глубиной два с половиной метра, края которой почти сровнялись со стенами комнатки. Мышцы нестерпимо болели, копать становилось все труднее. Да и края ямы постоянно осыпались, так что кладоискателям приходилось больше отгребать осыпавшуюся землю, чем копать.

— Снова камень, — пробурчала Клаудиа себе под нос, наткнувшись на что-то твердое.

Она начала медленно отгребать землю, но лопата внезапно зацепилась. Пришлось попросить Фердинанда подать маленькую лопатку. Когда девушка отгребла землю, перед ее глазами оказалась металлическая пластина шириной примерно пять сантиметров. Пластина была прикреплена к выступавшему из-под земли куску дерева. На сей раз это был не корень и не камень. Клаудиа подняла глаза наверх, приложила палец к губам и дала Фердинанду знак, чтобы тот спустился на дно ямы. С краев снова посыпалась земля, и им пришлось отгребать ее, на этот раз руками. Вне сомнений, то, что они увидели, могло быть частью сундука. Не говоря ни слова, только сопя, они принялись копать дальше. Фердинанд лопатой, Клаудиа голыми руками. Однако они мешали друг другу, в яме было слишком тесно. Девушка вскарабкалась наверх и бросила Фердинанду мешок. Он медленно освобождал сундук, сначала крышку, потом стенки, на которых обнаружились ручки. Клаудиа забыла о боли в спине, не обращала внимания на пот, который тек ручьем. Наконец Фердинанд обкопал сундук со всех сторон, взялся за ручки и вытянул его из углубления в дне ямы. Клаудиа заметила, как у него от напряжения вздулись на лбу вены. Они медленно вытянули ящик из ямы и поставили к стене. Площадью примерно шестьдесят на тридцать сантиметров и высотой тридцать сантиметров, сундучок был плотно окантован двумя металлическими лентами. Все еще не говоря ни слова, Клаудиа снова сползла вниз. В яме обозначилось еще одно углубление. Девушка отгребла землю вокруг и снова увидела кусок дерева. Второй сундук! Следующие двадцать минут они снова продолжали свою работу, не успевая перевести дух. На свет появились еще два сундука примерно такого же размера, как первый. Клаудиа взяла металлоискатель и обследовала дно ямы. Сигнала больше не было.

— На данный момент достаточно, — сказала она Фердинанду, который сидел на краю ямы, свесив вниз ноги. — Давай отдохнем.

— Согласен, — кивнул тот. — Я проголодался. Клаудиа взяла в руки телефон и набрала номер. Трубку взял Георг.

— Мы проголодались. Пожалуйста, два обеда.

— Что вам сегодня подать? — проговорил Георг в трубку, стоя в каких-то десяти метрах от нее.

— Все равно. Главное, побольше.

— Будет исполнено.

Когда Регина принесла им еду, Клаудиа, сияющими глазами глядя на нее, протянула записку. Регина прочла следующее:

«Мы нашли ящики. Открыть здесь не можем. Закрой дверь между складом и жилой и сообщи Симону. Сегодня вечером все будет готово. В остальном — как договаривались. Машину завтра до обеда».

Регина недоверчиво уставилась на Клаудиу. Клаудиа молча кивнула в сторону соседнего помещения. Три небольших сундучка стояли возле двери в сокровищницу.

Не говоря ни слова, Регина судорожно сглотнула и направилась в офис. Георг общался с двумя молодыми людьми. Регина вышла на улицу. В глухом уголке парка, оставшись одна, она набрала номер.

Симон уже больше часа с воодушевлением осматривал экспозицию. Когда он оказался в зале, называемом Красным, у него просто захватило дух. Ювелир Августа Сильного, Иоганн Фридрих Диглингер, воссоздал один из эпизодов жизни при дворе курфюрста. В зале, оформленном в стиле барокко, он разместил сто тридцать две отлитые из золота и раскрашенные фигуры придворных. Их позы, искусно выполненные костюмы полностью соответствовали духу того времени. Абсолютное чувство пространства, понимание культурных традиций того времени, мастерство, с которым были выполнены скульптуры, не могли оставить равнодушным ни одного подлинного ценителя искусства.

Наконец Шустер добрался до Желтого зала, в котором была представлена ювелирная коллекция, и остановился напротив одной из витрин, чтобы лучше рассмотреть продолговатый, искрящийся зелеными лучами бриллиант Зеленый дрезденский, образующий с несколькими бриллиантами меньшего размера своеобразный гарнитур из драгоценных камней. В этот момент зазвонил мобильный. Он, торопясь, достал аппарат, чтобы как можно быстрее начать и закончить такой неуместный в этой обстановке разговор.