я и жду. Тринадцать дней наших сумасшедших отношений. Я покажу тебе каждый уголок своего злодея, и уверен, что ты не сможешь устоять перед ним.
Фыркаю от его слов.
— Мне он противен, — кривлюсь я.
— Вряд ли. Не помню, чтобы раньше ты так смотрела на меня, боролась со мной и за свою жизнь. Именно злодей тебя во мне привлекает. С ним ты становишься собой, ничего не боясь. А власть возбуждает. Ты вкусила её, и теперь тебе хочется больше, но пока боишься этого. Всё просто, Энрика. Тебе нужно довериться и подчиниться мне. Тебе понравится это. К тому же я ни разу не предал тебя и продолжаю защищать и оберегать. Я выкупил все записи, чтобы ты не пострадала. Я мучаюсь без тебя. Посмотри, во что ты превратила мою жизнь, Энрика. От боли я схожу с ума. Облегчи нам обоим этот путь. Тринадцать дней ты будешь в моей власти.
— А если не подпишу? Если пошлю тебя к чёрту, Слэйн? — прищуриваясь, спрашиваю.
Он несколько секунд внимательно смотрит мне в глаза, а потом смеётся.
— Видишь, о чём я и говорю. Прислушайся к себе. Ты чувствуешь силу, уверенность, бесстрашие, желание бороться за себя. Разве это плохо? А что касается твоего вопроса, то он уже решён. Не вынуждай меня снова разочароваться в тебе, — равнодушно отвечает Слэйн.
Чёрт, когда он играет в злодея, мне хочется надавать ему по заднице. Он становится самоуверенным, наглым и жестоким. Это завораживает, не отрицаю, но Слэйн не должен быть прав, потому что всё это просто какой-то фарс.
— Я буду помогать тебе. Я отомщу за то, что они использовали нас. Но не буду спать с тобой, никакого секса. Не стану подчиняться тебе во всём. Я живой человек, а не чья-то вещь. Это ты должен запомнить. Если нет, то ничего, сама справлюсь. Я тебе нужна больше, чем ты мне, — прищуриваясь, произношу.
— Ошибаешься. Ты зависишь от меня, Энрика. Ты, действительно, не осознаёшь, в какое дерьмо попала? Мой папочка никому не позволит причинить мне боль, он отыграется на тебе. Ты для него, как бельмо на глазу, а от подобного он предпочитает избавляться быстро. Вспомни, что он сделал с твоим отцом, и даже не задумываясь над тем, что вся ваша семья пострадает. Нет, он намеревался убить всех вас. Так и случилось бы, если бы мой дядя вовремя не помог вам. А если мой отец охотится на тебя, то и на всех людей, с которыми ты общалась. Вновь пострадают невинные. Ты думаешь, что ему сложно убить твою подружку-шлюху или того слащавого бармена? Нет. И отец следит за тобой. Да, пока он не предпринимает активных действий, но мне пришлось отдать последнее, чтобы защитить тебя. Дальше будет хуже. И так будет продолжаться до тех пор, пока мы их не остановим. Или ты хочешь, чтобы Лиам остался безнаказанным?
— Нет, не хочу. Это нечестно, — отрицательно мотаю головой.
— Поэтому вместе мы сильнее. Мы всегда хорошо ладили. Ты могла найти для меня нужные слова, а я мог обнять тебя, когда тебе становилось страшно. Я закрывал тебя собой до тех пор, пока в одну минуту ты всё не разрушила. Меня не разрушила. Я знал, что ты подставила меня. Когда я вернулся в офис, то уже знал, что ты играла со мной…
— Это не так, — быстро шепчу я.
— Не отрицай, всё именно так. Лиам дал мне прослушать записи ваших разговоров на той встрече, в то время пока заказчик отлучился. Он обещал уничтожить меня, или я сам сделаю это по своей воле. Я ушёл, потому что моё сердце разорвалось от боли, когда я узнал твой голос. Я не мог больше слышать ненависть в твоём голосе. Не мог поверить в то, что ты была рядом со мной и врала мне. Смотрела мне в глаза, ласкала, обнимала меня и врала. Я упал, Энрика. Ты тоже. Мы оба упали. Пришло время подняться, и мы сделаем это вместе. А секс, — Слэйн взмахивает рукой и тяжело вздыхает, — всего лишь неотъемлемая часть наших отношений. Ты знаешь, что я прав. Ты будешь бороться со своим желанием. Я не против и умею ждать. Я умею ждать тебя. Но в этой ситуации тебе лучше доказать, что ты непричастна к новым проблемам. Докажи мне, Энрика, потому что твоя ложь убивает меня. Она уничтожает и тебя тоже. Тебе нравится так жить и всего бояться? — Слэйн хватает меня за затылок, и мне приходится выгнуть шею, чтобы посмотреть на него.
— Да, контракт — это моя уловка, чтобы заполучить тебя. Меня тянет к тебе, и я ненавижу себя за это. Ненавижу и презираю. Мне хочется придушить тебя за то, что ты делаешь со мной. Но я не могу тронуть тебя и пальцем. Меня просто рвёт на части, — быстро шепчет он мне в губы. Шум в ушах от повысившейся частоты пульса усиливается, и я теряюсь в аромате, жаре и сладком дыхании Слэйна.
— Ты хоть понимаешь, что забрала у меня? Веру в тебя, Энрика. В тебя. Я видел в тебе ангела, который спасёт меня из темноты. Посмотри, что меня окружает. Так я живу с рождения. Чёрное. Всё чёрное. А ты принесла яркие краски в мою жизнь. Я одержим желанием обладать тобой с того момента, как только увидел. Я подготовил для нас тот дом, наше место, где всегда будет тепло и безопасно. Я старался для тебя. Я так надеялся, что именно с тобой смогу почувствовать то, чего меня лишили. Заботу. Любовь. Искренность. Меня всегда предавали. Каждую минуту моей жизни. А ты… я больше не хочу ошибаться, Энрика. Ты была для меня последним шансом, и я потерял всё. Себя потерял. — Слэйн отпускает меня и отодвигается. Его слова, пропитанные горечью и болью, выворачивают меня наизнанку. Они лишают меня воли и подталкивают в спину, чтобы помочь ему. Вырвать его жизнь из лап тьмы, окружающей нас. Да, будет сложно нам обоим. Мне будет страшно и больно видеть его злодеем каждый день. Знаю, в его сердце есть свет, и я найду его снова.
Быстро хватаю ручку и ставлю свою подпись на обоих экземплярах.
— Я с тобой, Слэйн. Но не обещаю, что смогу быть близка со злодеем. Я не отрицаю того, что ещё влюблена в тебя и делаю это ради того Слэйна, которого знала, а не ради того, кого вижу сейчас перед собой. Не надейся, что тебе удастся обратить меня в свою тёмную веру, потому что я собираюсь драться с тобой за твою жизнь, — решительно произношу и кладу бумаги на стол.
Допиваю свой виски и поднимаюсь с дивана, оставляя стакан на журнальном столике.
— Мне не нужен контракт, чтобы следовать правилам. Мне нечего больше от тебя скрывать, я честна. Мне не страшно. Но после этих тринадцати дней мы больше никогда не встретимся. Это будет завершением нашего знакомства. И если ты не оставишь меня в покое, то я лучше покончу с собой, потому что рядом с тобой всё равно умру от боли. Я знаю, что ты делаешь. Манипулируешь мной, играя на жалости и моём чувстве вины. Хорошо, если тебе так легче, играй дальше, но не жди, что получишь в ответ старую Энрику. Она живёт только ради Слэйна, у которого есть сердце, — добавляю я.
— Значит, нас обоих будут ждать огромные сюрпризы, — произносит Слэйн, широко улыбаясь, и от этой чертовски привлекательной улыбки у меня поджимаются пальцы на ногах.
Злясь, дёргаю головой, всё ещё не веря в то, что снова позволила втянуть себя в неприятности. Подхожу к рюкзаку, который упал у дверей лифта, и нажимаю на кнопку. Но там загорается «Заблокировано».
— И куда ты собралась, Энрика? — спрашивает Слэйн.
— Домой. Куда же ещё? Разблокируй лифт, — отвечаю, поворачиваясь к нему.
Он отрицательно качает головой.
— Как это нет? — возмущаюсь я. — Ты не можешь
