Вместо традиционных половых, возрастных, национальных, социальных различий теперь формируется конгломерат новых: при помощи пластической хирургии и стилиста можно изменить не только внешний вид, но и пол, возраст, черты лица, относящие их носителя к определенному этносу (ширину скул, разрез глаз). С помощью собственного визуального образа человек заявляет о своей принадлежности (реальной или желаемой) к определенной субкультуре. Это позволяет ему быть принятым и быстро адаптироваться среди членов своей группы и отталкивать представителей других субкультур, притом, что в социальной сфере все более заметной становится тенденция субкультурного расслоения по таким основаниям, как образ и стиль жизни, социальная идентичность, позиция, статус.
Веками художники искали и изображали на своих полотнах идеалы человеческой красоты. Физическая красота и здоровье в современной ситуации являются показателем не только телесного совершенства, но и культурного уровня, степени социализации личности. Спорт «больших достижений» все больше обращает внимание на художественную, эстетическую стороны спортивных соревнований. Художники принимают участие не только в подготовке церемоний открытия спортивных мероприятий, которые становятся культурным событием мирового значения, но и в поиске гармоничного внешнего вида, отвечающего внутреннему миру спортсмена, сути его выступления. Художественно-эстетическая компонента спорта играет роль в утверждении ценности гармонично развитой личности как идеала современности. Человеческое тело, его образ и структура все меньше связываются с природой или божественным замыслом. Культ здоровья, связывающий телесное здоровье с социальной успешностью, в массовой культуре так же иногда принимает уродливые формы, приводит к насилию человека над собой, психическим расстройствам, особенно у подростков. Не случайно в 1990-е годы увеличилось количество пластических операций среди мужчин; показательно, что образцом для подражания становятся не только образы актеров, но и известных спортсменов. Правда, в этом наши современники мало отличаются от своих предков, достаточно вспомнить испанский аристократический костюм семнадцатого века, который прокладывался проклеенным картоном, чтобы придать мужчине более солидный, мужественный вид. Так называемый «массовый спорт» пропагандирует здоровый образ жизни как неотъемлемую часть бытия современного человека, привлекает новых адептов красивой удобной спортивной формой и аксессуарами.
Мода – отражение духовных идеалов социальной группы в конкретных объектах, выражающих определенные ценности. Поэтому мода является и отражением значимости конкретных ценностей для определенной культуры. Интерес моды к спорту выражается в нескольких направлениях: спортивный стиль в костюме, модная одежда для занятий спортом; утверждение ценностей здорового образа жизни как модного стандарта, актуализация спортсменов как модных персон, олицетворяющих спортивный дух, основанный на честной борьбе. Нелинейность развития культуры человечества, множественность векторов ее формирования отражается в поливариантности означения-прочтения спортивного стиля. Спортивная одежда кроме демократичности, иногда доходящей до унификационности, сегодня ассоциируется с эргономичной модой. Новые материалы, термобелье, учет анатомических особенностей человека при создании спортивной одежды вызывают у потребителя ассоциации со «здоровой-удобной одеждой».
Здоровое тело, здоровый дух, здоровый образ жизни становятся особой ценностью для современного человека, ищущего новых социокультурных идеалов. Внешний вид спортсмена, тренера является не только рекламой самого спорта, но и инструментом для продвижения спортивного образа жизни, саморекламы конкретного человека. Сегодня болезненный внешний вид, неспортивное тело – признаки бедности и неудачной карьеры, то есть социальной несостоятельности. Технологическая цивилизация, с одной стороны, отчуждает человека от традиции, с другой, демонстрирует сосуществование различных версий традиций, конструирует «зрительское» [146] стороннее отношение к истории. Технология отчуждения превращает реальность в процесс коллажирования, монтаж обработки образов, стереотипов, пришедших из различных источников информации (устных, письменных, визуальных). Призывая достроить, трансформировать ваше тело при помощи индустрии «красоты и здоровья», средства массовой информации, крупные корпорации в качестве награды обещают счастье, а в качестве инструментов – достижения и возможности визуальных искусств. Ранее практически во всех культурах телесное и душевное здоровье связывались со способностью к продолжению рода и возможностью достойного воспитания потомства, сегодня ряд людей отказывается от этого ради сохранения внешнего вида и профессионального роста, а красота и здоровье оказываются самоцелью или средством демонстрации социальной успешности.
Искусство в данной сфере сегодня меняет холст, бумагу на человеческое тело – художественный образ оказывается воплощенным в «живом материале». Этот «живой художественный субъект» развивается и меняется в процессе существования. Дизайнеры, придавая привлекательность повседневным практикам, не ограничивают свое влияние только вещным миром. Дизайн-проектирование сегодня затрагивает область формирования социокультурных стереотипов и ожиданий общества. Известный критик дизайна Ральф Каплан писал о том, что «первые успешные дизайн-операции подействовали на экономику как магия, и первые дизайнеры могли играть роль волшебников… Дизайн был новой алхимией, и в отличие от старой он работал». [147] Особенность данного вида художественной деятельности – неразрывная связь с социокультурной средой, зависимость от потребителя, сотворчество с ним. Не случайно, термином, используемым для обозначения динамики данной деятельности, становится «мода». Мода (fr. Mode, lat. modus) – мера, способ, правило, господство в данное время тех или иных внешних форм в предметах быта, главным образом, в одежде. [148] Понятие «Мода» сегодня понимается скорее как совокупность эстетических норм и технологических требований к повседневным практикам, отражающих ценности и стереотипы, присущие определенной эпохе.
Художники, работающие в сфере повседневности, декларируют отношение человека к себе, как к палитре, чистому листу, на который при помощи спорта, косметики, диеты, одежды можно «нанести» любой образ. Право на самовыражение индивидуальности сегодня является привилегией интеллектуальной элиты, но чтобы стать ее частью, требуется пройти сложный путь развития себя, болезненный путь отказа от легкой «жизни по образцам», от жизни потребления. Если раньше ответственность за судьбу человека перекладывалась на высшие силы, власть, то сегодня «Я» могу отвечать за себя сам, если только «Я» этого хочу. С такой позиции можно говорить о том, что власть мягко и незаметно «похищает» тело у человека, манипулируя его сознанием, заставляет отказаться от визуальной индивидуальности, заменяя ее подобием образцов, обменивает «индивидуальное тело» на успех, социализацию, признание, шантажируя нездоровьем и неустроенностью.
Властью в данном контексте обладает и андеграундная часть культуры, предлагающая свои нормы внешнего облика, не менее строгие, чем официальные. Противостояние «глянцевому телу» находит свое отражение в искусстве и в визуальных поисках альтернативы «модному телу» в рамках субкультур. К реконфигурирующему направлению относится боди-арт – одна из форм авангардного искусства, где главным объектом творчества становится тело человека, а содержание раскрывается с помощью невербального языка: поз, жестов, мимики, нанесения на тело знаков, «украшений». Объектом боди-арта также могут выступать рисунки, фото, видео и муляжи тела. Тело рассматривается как вещь для манипулирования, повышенный интерес художники проявляют к пограничным экзистенциальным ситуациям (например, ситуации борьбы, страдания, случайности, страха, вины/долга и т.д.). Композиции боди-арта разыгрываются прямо перед зрителем. Направление возникло на ранней стадии авангарда, сегодня является важной частью «contemporary art».
Наиболее экспериментальной областью художественных поисков в области конфигурации тела является биомеханический морфинг, в рамках которого больше не стоит рассматривать тело как вместилище духовного или социального опыта, но скорее как структуру, которую можно контролировать и модифицировать. Тело выступает не как субъект, а как объект (не объект желаний, а объект для дизайна). Слияние компьютерных технологий с мифом о красоте может в один прекрасный день привести к появлению созданий, мало отличающихся от Прис – андроида-модели из кинофильма «Бегущий по лезвию бритвы», – считает Наоми Вольф.
